Воители безмолвия - Пьер Бордаж

С тоской в душе, оранжанин набрал тайный код: Вьел-анж… Образовано от Вьелин и Оранж… Не забудь дефис… Ваша смерть была напрасной, франсао Майтрелли, я теряю ее… Она была пассажиркой, а он служащим, техником, тем, кто только открывает дороги пространства и времени… Во второй раз за двое суток, на двух разных мирах… Его преследовал рок.

Бронированная дверь медленно повернулась на своих петлях. За ней виднелся зал деремата, комната-мансарда, залитая голубым светом от водных бра и ламп на потолке. Посреди комнаты на овальном цоколе высилась продолговатая черная машина с двумя горизонтальными кабинками. Двухместная, хорошая штучка, Тиксу оценил ее как знаток.

Ручка управления была под передним обтекателем. Оранжанин присел на корточки и ввел индекс открытия кабинок. К великому разочарованию Тиксу, деремат Майтрелли не был оборудован декодером ДНК, и створки раскрылись, как лепестки цветка. Он выпрямился и вслух прочел текст на подсвеченной панели:

Телепортер марки Телвит, радиус действия, двадцать световых лет; тип транспортировки, любой, продолжительность телепортации: три стандартных секунды на один световой год; подготовку транспортировки проводить по инструкциям на экране кабинки… Телвит изготовлен «Гудда и Братьями Страггион» на планете Иссигор…

Он повернулся к Лоншу Па:

– Переносит на двадцать световых лет…

– Мы поняли! – сухо прервал его Филп Асмусса. – Превосходно! Можем добраться до промежуточного деремата Ордена. Он рассчитан на двух человек?

– Конечно! – ответил Тиксу, которого уже давно раздражал презрительный голос воина. – Если запрограммировать обе кабинки на одни координаты, нет никаких причин, чтобы пассажиры не материализовались в одном и том же месте.

– Вы, вероятно, техник, а я нет! Можно ли стереть координаты отправки?

– Этот тип машин имеет программу автоматического стирания данных…

Тиксу казалось, что каждое его слово только углубляло собственную могилу. Было все равно, согласится он или нет предоставить свои знания на службу Ордену. Если он не поможет, они обойдутся без него! Но сиракузянку ему не отдадут. И хотя отказывался признаться в этом, он понимал, что помощь была единственно правильным выходом. Девушка попадала в надежные руки.

– Прошу вас покинуть помещение! – злобно произнес Филп Асмусса. – Я должен набрать тайные координаты промежуточного деремата Ордена. Без вашего присутствия. Если не подчинитесь, я буду вынужден убить вас на месте. Не так ли, рыцарь?

Лоншу Па долго колебался перед тем, как ответить:

– Это действительно одно из правил орденского регламента…

– Счастлив сознавать, что хоть в чем-то мы сходимся! Редкий случай! Поэтому, рыцарь, вы и наберете программу, которую я вам передам. И по кодексу чести сохраните ее в тайне… Еще раз прошу вас покинуть это помещение. Третьего раза не будет.

Тиксу окаменел, пристально посмотрел на сиракузянку и пробормотал:

– А она?.. Что вы собираетесь сделать с ней?..

– Забудьте о ней! – злобно взревел Филп Асмусса. – Это единственное, что вам следует сделать. Я не собираюсь давать вам объяснения…

Тиксу стоял рядом с дерематом. У него не было времени познакомиться с Афикит, доказать, что он стоил большего, чем ей показалось в захламленном агентстве на Двусезонье. Он вырвал ее из когтей двух монстров, Глактуса и Абера Мицо, и хотел, чтобы она знала об этом! Он хотел хоть капельку уважения, чуточку признательности…

Видя, что он не реагирует на его угрозы, Филп осторожно уложил девушку на цоколь деремата и бросил наполненный ядом взгляд на оранжанина.

Лоншу Па счел необходимым вмешаться. Он встал между решительно настроенным воином и растерянным Тиксу.

– Хватит играть в злодея, воин! Вам следовало бы испытывать уважение к этому молодому человеку! Не забывайте, он и его друзья сделали всю работу в Ражиата-На…

– Уйдите с дороги, отщепенец! – зарычал Филп. – Не заставляйте меня разбираться и с вами!

– Загляните в собственную душу, господин третий сын сеньора Асмусса, – спокойно возразил рыцарь. – Вы – стандартный продукт идеологической системы!.. Клон! Вы застыли во времени! И уже мертвец!

Эти слова не пробили оболочку упрямой решимости Фил-па, стоявшего в позе зверя, готового к убийству. Лоншу Па, понимая, что ничто не может поколебать слепого фанатизма воина, повернулся к Тиксу:

– Делайте, как он говорит! Он имеет поручение от директории Ордена. И поэтому ни на йоту не отступит от полученных инструкций. Выйдите на площадку. После программирования я присоединюсь к вам.

– Но… я не могу ее покинуть! – запротестовал Тиксу, указывая дрожащим от ярости и отчаяния пальцем на сиракузянку. – Это… и моя миссия!

Лоншу Па в упор поглядел на него и шепнул:

– Я не прошу вас отказываться от нее… Препятствия, воздвигаемые судьбой, не являются неодолимыми. Позже вы найдете иное решение. Если будете противиться сейчас, Потеряете все! Вас убьют! Из всех добродетелей терпение – самое почетное. Если это – ваше личное колесо, ваша судьба найти ее, вы ее отыщете…

Он положил руку на плечо оранжанина и мягко, но с твердостью увлек к металлической двери. Тиксу в последний раз глянул на сиракузянку, полулежавшую на цоколе, в одежде, которая открывала ее ноги и бедра. Она перехватила его взгляд и поглядела на него своими сверкающими от лихорадки глазами. Он постарался запомнить яркий свет ее глаз, одновременно прозрачных и замутненных усталостью. Он всегда верил в предназначение. Эта вера была удобной и оправдывала собственные неудачи, особенно во время пребывания на Двусезонье, где влага и алкоголь объединились, чтобы доказать ему, что он обладал почти патологическим отсутствием воли. Ему пришлось смириться еще раз, покориться адской спирали личного колеса, своей посредственности, и проснуться с горьким привкусом во рту после ночи, наполненной странными и чудесными снами. Тиксу, простой смертный, был сброшен на землю после того, как летал с богами.

В момент, когда они переступали порог двери, сиракузянка протянула руку и воскликнула.

– Подождите!

Филп Асмусса не успел среагировать, и она рывком поднялась, отбросила пиджак франсао и ринулась к двум мужчинам, оставшись только в рубашке из грубого полотна, рваной и грязной. Голова ее была окружена ореолом золотых волос.

– Оставьте меня с ним, – попросила она рыцаря. – Предупредите вашего друга, что я вернусь к нему, как только закончу.

Лоншу Па без возражений и вопросов отодвинулся и направился к обескураженному Филпу.

Сиракузянка внимательно вгляделась в Тиксу. Несмотря на снедавшую ее лихорадку, лицо девушки светилось радужной улыбкой.

– Я – Афикит, дочь Шри Алексу. – Голос ее был тихим мелодичным рокотом. – Вы дважды спасли мне жизнь. В первый раз на Двусезонье. Во второй раз здесь, в пустыне. Сейчас я отправляюсь на Селп Дик в полном соответствии с пожеланиями моего отца, чтобы встретиться с махди Секорамом. Вы видите, я не лгала, когда вымаливала у вас путешествие в агентстве на Двусезонье. Но я была презрительна по отношению к вам и за это прошу вас… Я…

У нее закружилась голова, и она покачнулась. Тиксу схватил ее за талию и прижал к себе. Она опустила голову ему на плечо. Он ощутил запах и тепло тела сквозь лохмотья, шелк волос на шее, мягкость груди. Она выпрямилась, подняла свое прекрасное лицо к нему и произнесла задыхаясь:

– Перед тем как расстаться с вами, я хотела бы сделать вам подарок…

Дыхание Афикит овевало его губы, и он с наслаждением втягивал его в себя. Ему казалось, что это был лучший воздух, которым ему доводилось дышать.

– Самый ценный из подарков… Звук… Антра… С того момента, как вы пришли ко мне на помощь, они не перестанут вас искать… Они будут гоняться за вами… Скаиты… Антра защитит вас… от проникновения чужих мыслей… от смерти…

Глаза ее затянула пленка.

– Быстрее… Я имею право передать вам звук… Готовы ли вы принять его?..

Ноги уже не держали ее. Тиксу крепче сжал девушку.

– Я готов, – выдохнул он.

– Во имя… во имя… индисской традиции и… от имени наставников…

Она нечеловеческими усилиями пыталась сохранить ясность мыслей, словно тонущий человек, который стремится удержать голову над водой. Она перечислила несколько странно звучащих имен.

– Вот ваш звук, антра жизни… Вам не надо… вызывать его. Он сам становится на службу посвященного… При условии, что посвященный не будет его использовать в личных или разрушительных… целях… Это – обязательство… Как… как вас зовут?

– Тиксу Оти.

– Итак, посвященный Тиксу Оти… отныне вы будете едины с данным звуком…

Она резко тряхнула головой, чтобы не потерять сознания. Потом издала неясный и непонятный звук, где в основном звучали «а» и «м». Звук исходил не только из ее горла, но казалось, пересекал пространство и время… Ослепительный разряд энергии обрушился на Тиксу, который едва не выпустил из рук девушку. Афикит потеряла сознание и повисла на его руках, как сломанная кукла. Жгучий огонь проник в тело оранжанина, залил его голову, живот, пронесся по позвоночнику, наполнил все его конечности. Он ощущал себя распятым, разбитым на атомы, как в начале дематериализации, но это ощущение не уходило и становилось невыносимым. Горячий пот выступил на его коже, зал деремата поплыл в его глазах, превратился в хаотический, бредовый танец форм и красок.