Раскалённая луна - Мария Куприянова

— Наверное потому, что вы тоже многое от меня скрыли.

— Поразительно… — Охотник вернулся за стол, опустился в кресло, потер бороду. — Кобра говорила, что у тебя невероятные способности к контролю, но чтобы так…

— Ирбис! — не выдержал я. — Говорите прямо! Что со мной? Почему я вижу мертвецов?

— Боюсь, Маугли, я едва ли смогу ответить на твой вопрос. Возможно, какая-то часть тебя подсознательно искала ответы на вопросы, а возможно… — он замолчал, сосредоточенно хмуря брови и морща лоб. — Наша праматерь дала тебе больше, чем любому из нас.

— Но зачем?

— Я не знаю, — честно признался Ирбис. — Ты можешь рассказать, что именно видел?

— Я видел…

Смерть… ужас… отчаяние… последний разговор и короткая схватка… Они всплыли в сознании, встали перед глазами. Прошлое несправедливо. Напрасно. Бесполезно. Отец хотел все исправить. Но не смог. Думал, ценою собственной жизни искупил грехи. Но ошибался.

— Мы все ошибались, — тихо произнес Ирбис, выслушав меня. — Считали Лиса предателем, но не знали, что он пытался сделать.

— Я найду ублюдка, — процедил я. — Найду Анубиса и отрублю ему голову.

— Это охота за призраком, Маугли. Думаешь, мы не пытались? Перс едва не погиб, преследуя его. Месть лишила его осторожности, сделала уязвимым. Мне стоило огромных усилий вернуть его к нормальной жизни, переключить на работу в Обители.

— Я не знал…

Вот, значит, в чем дело. Вот почему он так ко мне отнесся. В гибели сестры Перс винил Лиса. Разыскивал Анубиса — но безрезультатно. А потом появился я. Сын человека, которого он ненавидел.

— Возможно, когда-нибудь тебе удастся то, что оказалось нам не по плечу, — продолжал Ирбис. — Но не сейчас. Главная твоя задача — учиться. Ты делаешь успехи.

— Какие успехи? Я даже зрение истинного не могу… — я осекся, вспомнив вдруг в каком состоянии сюда пришел. — У меня получилось… Получилось!

— Конечно, — улыбнулся охотник. — Я же говорил. Просто понадобился некий толчок. Ты сможешь повторить?

Повторить? Все дело во внутреннем барьере. Чужой я могу сломить, так почему бы не уничтожить свой? Закрыть глаза, расслабиться, сконцентрироваться. Слушать биение сердца, а потом, где-то между его ударами надавить на сознание, перестроить восприятие.

Засветился красным Ирбис. Окружающие предметы сделались как никогда четкими и ясными. Я притянул к себе первую попавшуюся книгу, открыл ее, удивленно вздохнув: вереница из серебряных букв пробежалась по странице, сложилась в слова, в предложения, в знание. История охотников — порой мрачная, порой жестокая, но всегда полная мужества и героизма, самопожертвования и любви, пролетела перед внутренним видением. Ошарашенный, я моргнул и "тепловизор" выключился, но и нескольких минут хватило, чтобы понять, как его вызвать.

Я отложил книгу, прочитав ее название "Обитель в XVI–XVII веке".

— И как? Ты прочел ее? — спросил Ирбис.

Я только кивнул, пораженный открывшимися возможностями. Теперь необязательно штудировать все эти талмуды, которыми меня завалила Орхидея, тратить время на "теорию вампирологии". Какие еще горизонты открывает "тепловизор"?

— И не мечтай, — охотник будто мысли мои прочел, — общие знания никогда не заменят досконального и методичного изучения предмета. Но в чем-то, конечно, оно тебе поможет.

И он не ошибся.

Теперь, когда занятия с Ирбисом начали приносить результаты, дело пошло намного быстрее. Через неделю я мог удерживать зрение истинного на довольно продолжительный срок. Так же как полностью контролировать действия и сохранять хладнокровие. Вскоре не осталось никаких причин, чтобы удерживать меня в стороне от общих тренировок. И хотя Перс продолжал соблюдать холодную дистанцию, надо отдать ему должное, моему возвращению не препятствовал.

Так пролетел сентябрь, подошел к концу октябрь. Близилось к завершению учебное полугодие, а вместе с ним и подсчет набранных очков. Все мы уже неплохо управлялись с боевыми кукри, преуспели в стрельбе из арбалетов и в рукопашном бое. И надеялись на победу в общегрупповом зачете, так как очень быстро набирали баллы благодаря "тепловизору", усидчивости Панды, усердию Селены и отличной боевой подготовке Дика. Каждый из нас вносил свой вклад, став незаменимой частью единой команды.

Сегодня погода не слишком благоприятствовала тренировке. Утро выдалось туманным, то и дело шел мелкий, едва заметный дождь, а сырость проникала даже сквозь ветровки. В любой другой день самым большим желанием было бы побыстрее закончить занятие и укрыться в столовой с горячей чашкой чая. Но не сегодня. На заключительном занятии у Перса раскрасневшиеся адепты отрабатывали удары сначала на "страшилах", затем перешли к спаррингу, в надежде заработать дополнительные очки за безошибочную комбинацию движений.

— Достаточно, — вдруг прервал нас Перс. — Самурай и Маугли — ко мне.

Удивленные, мы подошли.

— По результатам зачета, — объявил он, прохаживаясь перед нами, — победившей группе будут вручены боевые клинки. Первое место пока что удерживает первая.

Самурай гордо приосанился, окинув высокомерным взглядом остальных.

— Однако в спину им дышит пятая. Так что счет еще может поменяться.

— Черта с два я дам упыренышу выиграть, — ухмыльнулся Самурай.

— За оскорбление товарища снимаю два балла, — охладил его пыл Перс.

— Он мне не товарищ, — брякнул адепт.

— Еще минус очко за неуважение. Я устал объяснять вам, как важно доверять друг другу. И не только в бою.

Самурай хотел сказать еще что-то, но его осадил Кот:

— Да замолчи уже! Проиграем турнир, даже не начав его.

Таким железным аргументам возражать никто не стал. Перс чуть заметно улыбнулся и сказал:

— Осталось еще одно задание. Думаю, вы оба к нему готовы.

— К чему? — спросил Самурай.

— К тому, чтобы сразиться со мной. Сегодня вампиром буду я. Никаких поблажек — полная имитация схватки. Кто победит — получит наибольшее количество очков, а следовательно, право носить боевые кукри.

— А почему нам нельзя? — обиженно протянула Герда. — Мы отстаем совсем чуть-чуть.

— Потому что вам следует еще подучить некоторые удары. Без обид. Ну, так кто первый?

Первым выступил Самурай. Я же специально не торопился вступать в бой. Видел, на что способен Перс. И даже несмотря на его безоружность знал — победить его будет очень непросто.

Самурай закружил вокруг тренера, сжимая в руках тренировочный нож. Я почувствовал, как по спине пробежался легкий холодок — Перс применил гипноз, стараясь обездвижить противника. Но тот умело выставил ментальные щиты. Хорошо, видать, запомнил тот случай на крыше башни, и подготовился. А потом он атаковал. Перс и Самурай закружились так быстро, что глаза едва успевали за ними следить. Тренер уверенно уходил от каждого взмаха, уклонялся, пропуская мимо лезвие клыка.