Отчаяние - Константин Лебедев

насколько мне известно, не планирует умирать в ближайшее время, — вступил в разговор Огл.

— Именно так я и подумал. Мне пришлось отступить от своих принципов, чтобы попытаться ускорить его встречу с Создателем. Бездействие иногда больший грех, чем кровь на руках. Как я и сказал, революционные ячейки сейчас есть практически в каждом городе континента. Вы знали, что в Карисе научились изготавливать яд, прекрасно имитирующий сердечный приступ?

— Слышал о таком, говорят, его готовят из сока редкого вида кактусов, найти который можно только на плато смерти, — проявил свою осведомленность доктор Рокуэл.

— Верно. Мы не хотели, чтобы приход Оуэна к власти ассоциировался с кровавым переворотом. Все должно было выглядеть так, будто герцог умер от естественных причин.

— Что пошло не так? — с профессиональным интересом в глазах спросил мистер Норрингтон.

— Ячейку Кариса, которая должна была приготовить яд, рассекретила инквизиция. Заговорщики оказались куда менее стойкими, чем Уильям Олридж, а мое имя было слишком хорошо им известно. Мой арест оставался лишь вопросом времени. Понимая, что времени остается немного, я признался Оуэну в том, что планировал убить его отца. Он ничего не ответил, лишь пообещал, что со всем разберется. Я не мог предвидеть, на что он пойдет, — Артур так сильно сжал в руке кубок, что послышался треск.

Большинство людей за столом уже понимали, что произошло дальше. Многие с состраданием смотрели на мистера Кэмбела.

— Если бы я знал, что он предпримет, я бы никогда не открыл ему свою тайну. Мне стоило собственноручно убить герцога и с чистой совестью отправиться на виселицу. Церковь давно следит за мной, но прямых доказательств у нее раньше не было. Тем не менее она никогда бы не допустила такого человека, как я, к подобной экспедиции.

Артур поднял свой кубок и осушил его до самого дна. Сидящий рядом Пит вновь наполнил его вином.

— Оуэн понимал, что вписать меня в состав экспедиции — это единственный способ спасти. Чтобы уберечь меня, он собрал церковный Совет Корквила и объявил о своем желании вступить в ряды белых плащей. Сделал он это публично, чтобы у отца не осталось возможности угомонить строптивого сына.

— Это произошло за несколько дней до отплытия. Я был на дворцовой площади, когда глашатай объявил эту новость, — подтвердил Огл.

— Верно. Счастью церковников, должно быть, не было предела. Политические настроения Оуэна не были для них секретом, и его присоединение к их бело-серому воинству снимало множество вопросов. В этом плане он для них куда более выгодное приобретение, чем я. Им совершенно не нужен был такой прогрессивный правитель на троне одного из великих герцогств. Взамен, по его просьбе, они пообещали, что включат его наставника в экипаж капитана Хольта. На тот момент до Ортоса еще не дошли сведения о моей попытке покушения на герцога.

Кэр сидел, будто пришибленный молотом. Только сейчас он осознавал, вершиной какого айсберга было его неожиданное назначение. Мистер Кэрил оказался простой пешкой, выпущенной на замену более важной фигуры. Он смотрел на мистера Кэмбела и впервые замечал, что дипломат уже не так молод, как ему казалось прежде. В скором времени он должен был встретить свое сорокалетие.

— Поступив так, Оуэн разрушил все, за что я боролся. Неужели он мог подумать, что моя жизнь может быть дороже тех идей, что я пытался внушить ему с детства. Иронично, что мое главное оружие разрушило все, за что я боролся. Оуэн Корд — человек, который должен был повести этот мир за собой в будущее, — пожертвовал всем ради одной мелкой детали системы, которая должна была лишь наставить его на верный путь. Кроме того, подобное решение лишь отсрочило мою смерть. Инквизиторы благополучно вырвали мое имя из уст мятежников ячейки Кариса, и их гонцы уже выдвинулись в сторону Корквила.

Судя по глазам внимательно слушающих офицеров, к ним практически одновременно приходило осознание необходимости поспешного бегства в день отплытия.

— Прошу меня простить. Скорее всего, Совет приказал отменить нашу экспедицию только для того, чтобы задержать одного из лидеров сопротивления. Инквизиторы на причале появились в день отплытия по мою душу. Герцогу теперь известно о моем заговоре. Хорошо, что у меня не осталось живых родственников, иначе их участь была бы печальной. Единственное, чего я не могу понять, откуда нашему капитану стало обо всем известно раньше герцога?

— У меня свои источники, Артур, — Хольт ушел от ответа, хитро улыбнувшись.

— Знаю я твои источники, — многозначительно усмехнулся Дункан, намекая на представительниц прекрасной половины человечества.

— Открывшись нам, вы поставили себя под удар. Если среди нас действительно есть человек герцога, он либо попытается свершить над вами суд самостоятельно, либо подтвердит ваше признание по возвращении, — сказал мистер Нортхэм.

— Я уже сказал, что не планирую возвращаться домой. Меня там ничего не ждет, — проговорил Артур тоном человека, потерявшего смысл жизни.

— Ставлю злотый на то, что мистер Кэмбел первый из нас на очереди к Создателю, — смеющийся штурман повторил свою шутку, швырнув золотую монету на стол.

— Повышаю до двух, — присоединился доктор Рокуэл.

Это пренебрежение к его собственной жизни заставило Артура рассмеяться. Его даже не смутил тот факт, что он лично был свидетелем аналогичной ставки Дункана в отношении мистера Форингтона.

— Может, еще кто-то хочет открыться? Может, наш загадочный доктор пожелает о себе рассказать? — прервав свой кашель, спросил Иона.

— Думаю, в другой раз, на сегодня достаточно откровений, — скромно ответил Чарли Рокуэл, но его зеленые глаза сверкнули огнем.

— Мистер Кэмбел прав. Нам стоит перестать видеть предателя в каждом, — неожиданно вступил мистер Кормак.

Его сразу же поддержали штурман, Родрик и мистер Нортхэм. Остальные не были так категоричны в своем решении.

— И спокойно ждать, когда тебе подсыпят яд, всадят стрелу в спину или воткнут кинжал под ребра. Нет уж, это не по мне, — воскликнул мистер Форингтон.

Началась неразбериха. Каждый за столом импульсивно пытался доказать свою точку зрения.

— Довольно! Неужели вы не понимаете, где мы оказались. У нас есть шанс побывать там, где не ступала нога человека, открыть новые виды живых существ. Забудьте все свои мелкие придирки друг к другу. Сейчас не время для глупостей. Мне надо, чтобы мой экипаж был един перед встречей с неизвестностью. Я должен понимать, что могу доверять каждому из вас, — прекратил беспорядок капитан.

Словно в подтверждение его слов, с верхней палубы послышался крик часового. Слова были едва различимы, но каждый моряк мог выделить одно даже из тысяч других. На горизонте появились очертания неизведанной земли.

Глава 12. Новая Аурлия

Вскочив со своих мест, офицеры бросились вверх на палубу. На горизонте действительно виднелись очертания так ожидаемой моряками суши. Уже сейчас можно было понять, что новая земля куда больше острова Хольта.

— Не уверен, что нас порадует наше открытие, — мрачно заметил Огл, опираясь о борт.

— Брось. Ты последнее время ворчишь не меньше Ионы, — упрекнул его Кэр.

— Это называется опыт и чутье, Итан, — ответил на упрек боцман и отправился успокаивать разбушевавшуюся команду.

Вглядываясь в горизонт, Итан ощутил, как медальон на его груди стал нагреваться. Он оказался таким горячим, что лейтенант едва удержал его в руке, достав из-под рубахи. В голове аурлийца всплыли слова зловещего пророчества, услышанные им от вождя.

— Кажется, я тоже заразился дурными предчувствиями, — проговорил Кэр, но боцман уже отошел достаточно далеко, чтобы его услышать.

Моряки столпились на палубе, открыв от изумления рты. Корабли подплыли к земле достаточно близко, чтобы любопытные матросы могли различить очертания ее берега. А посмотреть было на что. Никто из путешественников не видел ничего подобного прежде. Высоченные клифы, возвышающиеся над водой метров на тридцать, врезались в морскую гладь.