Отчаяние - Константин Лебедев

ближе, его тело рассыпалось на клубы дыма, проходящие сквозь плоть аурлийца. Лейтенант почувствовал невыносимую боль в области сердца и упал на колени.

Потребовалось какое-то время, чтобы он решился вновь поднять голову, и он тут же пожалел о своем решении. Сперва он увидел грязные босые ноги еще одного дикаря. Тот терпеливо дожидался, когда Кэр встретится с ним взглядом. Убедившись, что лейтенант смотрит ему прямо в глаза, дикарь с арбалетным болтом в сердце сел на колени напротив Кэра и положил руку ему на плечо. С непередаваемой тоской в глазах он распался на облако дыма так же, как и его предшественник. Впитав в себя душу мертвеца, Кэр вновь ощутил болезненный укол в сердце.

Лейтенант отшатнулся назад и упал бы, но чужие руки крепко поймали его. Кэр не оборачивался, он уже знал, кого сейчас увидит. Лицо третьего дикаря придвинулось сзади и остановилось прямо рядом с ухом Итана.

— Я был так молод. Зачем ты убил меня? — прошептал он загробным голосом.

Способность мертвеца говорить напугала Кэра гораздо больше всего того, что происходило с ним прежде. Лейтенант почувствовал очередной укол в сердце, и его швырнуло вперед лицом на палубу. Спустя несколько секунд его вновь подняли сильные руки. Прямо перед ним, улыбаясь, стоял Гал.

— Я буду ждать тебя, брат мой, — сказал он, придерживая аурлийца за плечи.

Распавшись, он слился с Кэром. Этот укол в сердце оказался особенно тяжелым. Лейтенант закашлялся и повалился назад, но упасть ему не дали. Две пары рук подняли его над собой. Найдя в себе силы повернуть голову, Итан уставился на лицо одержимого. Вернее, на то, что от него осталось после мести лейтенанта за смерть возлюбленной. Дикари испарились, и Кэр упал на палубу с высоты человеческого роста. От удара у него перехватило дыхание. Сердце бешено стучало, казалось, что оно в любой момент может разорваться изнутри.

Последним над его телом склонился шаман. Старик с обожженным лицом навис над лейтенантом. Кэр едва мог дышать. Шея старика была украшена хорошо знакомым Итану ожерельем из костей. Шаман исчез, окутывая фигуру аурлийца сгустками черного тумана. Последний укол в сердце оказался самым сильным, впитав в себя всю боль жертв, павших от руки молодого мистера Кэрила. Лейтенант закашлялся и, прикрыв рот рукой, ощутил, как на ладонь попало несколько капель крови.

Несмотря на ужасную боль в груди, Кэр ощущал, что пугающее видение вокруг него исчезает. Он снова оказался на том самом месте, где был до того момента, как появилось неприятное ощущение в глазах. Ощущая тяжелую боль в сердце, Итан присел, облокотившись о борт. Во рту ощущался едкий привкус крови. Пит уже тоже пришел в себя и сидел рядом с ним. На счету мистера Колгрейна было куда меньше жизней, и тот сейчас выглядел значительно лучше своего соседа по каюте. Большинство моряков же продолжало стоять, подобно статуям. Глаза их были покрыты пугающей белой пленкой, словно все они разом ослепли.

Столкновение корабля с неизвестным объектом заставило лейтенантов резко дернуться вперед. Поддерживая друг друга, Кэр и Пит рванулись к штурвалу. Остальные моряки понемногу приходили в себя. Повсюду слышались стоны. Кто-то качался из стороны в сторону, обхватив руками голову. С огромным трудом поднявшись по лестнице, лейтенанты были поражены открывшейся картине.

Большинство офицеров все еще находились под действием тумана, а за штурвалом стоял бледный как смерть мистер Грей. Родрик оказался единственным человеком на корабле, руки которого еще не обагрились кровью. Не найдись на корабле такого человека, и «Отчаяние» наверняка бы ждала гибель от столкновения с одним из множества рифов, скрытых туманом. Интенданту не хватало практики, и он с трудом маневрировал, обходя одно препятствие за другим.

Когда лейтенанты добрались до Родрика, остальные офицеры стали понемногу приходить в себя. С носа корабля послышался душераздирающий крик, захлебнувшийся буквально через секунду. Итан видел, как доктор Рокуэл, пошатываясь, направился в сторону источника звука. Капитан сплюнул скопившуюся во рту кровь и, к величайшей радости мистера Грея, сменил его за штурвалом.

— Сколько мы отсутствовали и что, черт побери, это было? — спросил Дункан, но никто не смог ответить на его вопрос.

Ионе очень непросто далось это испытание. Он сидел, облокотившись о поручень. Из его рта, носа и ушей текла кровь. За плечами профессора было слишком много отнятых жизней. Кэр не видел того, кто кричал на носу, но готов был поспорить, что это мистер Норрингтон. С учетом его прошлого, Итан всерьез начал переживать за жизнь бывшего убийцы.

— Мы все видели одно и то же? — морщась от боли, спросил мистер Нортхэм.

Ответом послужили молчаливые лица офицеров, посеревшие от того, что им пришлось только что пережить.

— Мистер Кэрил, проверьте, как там мистер Норрингтон, — приказал капитан.

— Я пойду с ним, — вызвался Огл.

Неуверенной походкой они двинулись в сторону своего товарища. По дороге им на глаза попался мистер Кормак, пытающийся помочь двум матросам прийти в себя. Капитан гвардейцев лежал на палубе и бился в конвульсиях неподалеку от храма инквизитора. Доктор и Уильям пытались его удержать. Подоспевшая подмога сменила лекаря. Чарли вытащил кинжал и попросил Огла разжать челюсти убийцы. Боцману пришлось приложить немало усилий, прежде чем челюсть мистера Норрингтона поддалась.

Доктор Рокуэл моментально зафиксировал рукоять кинжала между зубов капитана гвардейцев, чтобы тот не откусил собственный язык. Покопавшись в своей сумке, Чарли выудил небольшую склянку с успокоительным настоем. От взгляда Кэра не ускользнуло, что из-под маски инквизитора на палубу обильно капает кровь.

Целебный эликсир немного успокоил Джонатана, и им удалось перенести его тело в лазарет, подальше от глаз матросов. Взгляд капитана гвардейцев был полон безумия. В медицинском отсеке потребовалась еще одна склянка успокоительного, чтобы тот уснул.

— Что с ним будет? — спросил Кэр, когда они смогли выдохнуть.

— Я очень надеюсь, что ему удастся сохранить рассудок, — мрачно сказал доктор, протирая лицо пациента от крови, идущей не только из ушей и рта, но и из глаз бывшего убийцы.

Мистер Кормак отчитался капитану, что риф едва задел корабль и серьезных повреждений нет. Хольт подготовил короткое сообщение для адмирала и запечатал его в водонепроницаемый тубус. Небольшое письмо содержало сведения о том, что будет ждать «Последний шанс» в тумане, и рекомендацию приставить к штурвалу людей, на чьей совести еще не было чужих жизней.

Дождавшись, когда корабль отдалится от флагмана на расстояние полумили и связывающий их трос натянется до предела, капитан приказал рубить его. Привязав к одному концу тубус с драгоценной информацией, моряки отправили свое послание. Почувствовав, что напряжение троса спало, матросы «Последнего шанса» затянули его на свой корабль.

Экипаж флагмана не повторил ошибок первопроходцев, и им удалось благополучно миновать таинственную стену. Корабль адмирала не стал задерживаться и сразу же продолжил свой путь на запад. Оглядывая матросов, Кэр четко осознавал, что те сейчас находятся в подавленном состоянии, а в глазах большинства читается страх.

Вопреки ожиданию новых ужасов, следующая неделя прошла без происшествий. Панические настроения потихоньку пошли на спад. Маясь от безделья, Итан замучил мистера Кэмбела расспросами о том, что имел в виду капитан, когда говорил о тайных целях дипломата, но Артур с ловкостью опытного придворного раз за разом уходил от неудобной для него темы. После истории с покушением во время визита адмирала ни у кого не осталось сомнений в том, что на корабле есть человек, не желающий продолжения экспедиции.

Мистер Норрингтон пришел в себя на четвертый день. Рассудок он сохранил, но физически все еще был сильно истощен. Несмотря на то что панику удалось предотвратить, боевой дух экипажа падал с каждым днем. Моряки не могли просто так выбросить из головы произошедшее. К тому же где-то по кораблю расхаживал убийца.

Мистер Грей теперь лично контролировал приготовление каждого блюда. А перед офицерской трапезой приглашался матрос, выступающий в роли дегустатора. Привычная веселость и непринужденность вечерних разговоров