Иллюзия обмана - Илона Романова

— Сейчас не время для предсказаний, а тем более для бесед… Так что ступай в свои покои!..

— Но, сир! — пытался возражать Придворный Проныра. — Вы даже не представляете… Голод и разруха, которые…

— Ты слышал приказ Императора? — громыхнул Цервемза.

— Но…

— Ступай! — проревели две глотки.

Цервемза выразительно взялся за меч. Арнит оглянулся и, не найдя ничего лучшего, схватил кочергу.

Бедняга Предсказатель предпочёл ретироваться, не дожидаясь более серьёзных аргументов.

С минуту Император и слуга молчали. Потом рассмеялись. И лишь спустя некоторое время, вернулись к делам.

— Они сбежали… — то ли зло, то ли озадаченно сказал Арнит. — Все трое…

— Знаю, сир, это моя вина… Эта компания мало того, что сумела выйти из лабиринта, так ещё и самым невероятным образом переплела все тамошние ходы.

— Нет, Цервемза… Твоей вины в этом нет…

— Прикажете снарядить погоню, сир?

— Нет. Пока нет. Я не Конвентус и тем более не Квадра, поэтому Волшебник, Одинокий или ещё какой, меня не интересует — я сам кое-что умею. Ещё меньше волнует меня его женщина. Она, говорят, нехороша собой?

— Полагаю, что да, сир… — не совсем уверенно ответил Цервемза.

— Ну, вот видишь — даже с этой стороны Римэ Вокаявра не может представлять для меня никакого интереса, — некоторое время Император молчал, а потом нехотя добавил: — Другое дело брат Мренд…

— О да, сир, и у меня с этим пройдохой давние счёты! — не сдержавшись, буркнул Советник.

— Не перебивай! — Арнит начал выходить из себя. — Художник развязал ветки.

Цервемза недоумённо поднял брови, словно первый раз услышал о договоре.

— Да… — Император решил не разбираться, что там известно его Советнику. — Он обещал неотлучно находиться при моём дворе, чтобы выполнять любые заказы…

— Простите, сир, но я не могу понять, зачем вообще было арестовывать тех двоих?

— Ты прав. Вероятно, незачем… Но, видишь ли, очень уж хотелось узнать из первых рук, что делается в Дросвоскре. А то с тех пор, как перестал посылать отчёты этот…

— Вы о молодом господине Кураде, сир? — царедворец как будто издевался.

— А ты, болван, думал, что о Грейфе Нюде? — еле слышно прошипел Арнит, глядя на Советника сузившимися от гнева глазами.

— Нет, сир. Просто хотел уточнить… Стало быть, ваш бывший… — Цервемза хотел сказать друг, но произнёс: — …слуга бесследно канул в Амграмане?

— Похоже… — горестно вздохнул Император.

— Не знаю, утешит вас это или расстроит, но осмелюсь предположить, сир, что он предал вас не по своей воле.

— Не понял? — на самом деле Арнит знал и одновременно боялся услышать ответ.

— А так, — Цервемза настолько увлёкся, что заговорил с Императором, как в былые времена. — Помните, молодой господин, что я всю жизнь твердил вам о дюках? Это они заколдовали вашего… Первооткрывателя, как впрочем, и многих других… Эти длинномордые твари не останавливаются никогда и ни перед чем…

— Ну, это мы ещё посмотрим! — неопределённо хмыкнул Император. — Так уж и нет на них никакой управы?

— Считается, что нет. Хотя…

— Продолжай!

— Говорят, их силы не бесконечны…

— Ну же?

— Дело в том, что давеча вы, сир, изволили бранить вашего покорного слугу за провал военной операции… Я не стал тогда спорить с Вашим Величеством. Однако осмелюсь заметить, что всё идёт так, как и должно. Ну… если вам, конечно, не жаль пожертвовать некоторым количеством солдат.

— То есть?

— Сир, я не хотел компрометировать вас в глазах подданных, поэтому взял на себя ответственность за все приготовления к большой войне в Дросвоскре, которой всё равно не избежать. Вы вольны наказать меня, но вначале позвольте объясниться.

— Неплохо… Хотя и несколько самонадеянно…

Арнит отошёл к окну. С одной стороны Цервемза, конечно, его Советник… С другой… Император небезосновательно полагал, что прежде, чем принимать важные решения, неплохо было бы поинтересоваться его мнением. А также хорошо было бы знать, чем и когда он подал повод к самоуправству. Ладно, выслушать он согласен.

Император медленно произнёс:

— Отчего же ты не посвятил в свои планы меня?

— Ну-у, я полагал, что не стоит беспокоить Ваше Величество, когда вы решали столь серьёзные проблемы, как подготовка возвращения Императора Арнита. А мне совсем не безразлично, что происходит на моей родине… И потом… — Цервемза настолько расхрабрился, что добавил: — Осмелюсь напомнить, сир, что решительно все документы, которые касаются вторжения в Дросвоскр, засвидетельствованы вашим перстнем. Полагаю, подданным знать об этом не обязательно?

Арнит предпочёл не заметить язвительного тона Советника.

— Итак…

— Итак, — Цервемза тоже не заметил, как изменился голос повелителя. — Конечной целью была военная операция. Но поскольку так просто никто не мог проникнуть в анклав, находящийся под неусыпным контролем длинномордых, необходимо было притупить их бдительность и подточить силы. Поэтому я подговорил ныне покойного Садовника (не то второго, не то четвёртого по счёту) поделиться ростками оньрека, а заодно и секретами его выращивания. Потом с торговыми караванами заслал эту пакость в Амграману. Они там любят цветочки разводить…

— Разумно…

— Немножко зная тамошних садоводов, я не сомневался, что рано или поздно они сумеют разобраться с напастью.

Арнит удивлённо поднял брови.

— Вы не ослышались, сир, они должны были справиться. Только вот… последствия растительного нашествия оказались весьма плачевны для жителей провинции: во-первых, многие отравили свои души плодами растений, в свою очередь отравленных оньреком. Во-вторых, почувствовали себя неуверенно не только люди, но и дюки. Тогда я заслал в столицу анклава двух самых отпетых негодяев, которых смог найти в Мэнигской тюрьме. В обмен на свободу они согласились пойти на любое преступление. Появляясь в разных уголках Амграманы, они пакостили, как могли: то один что-нибудь украдёт, то другой — испортит. Несложные чары, наведённые одним из придворных шарлатанов, делали их неуловимыми. Постепенно эти двое вошли во вкус и стали зверствовать так, что даже мне стало жутковато. Они настолько разошлись, что неожиданно даже для меня убили одного из амграманских мастеровых.

Говоря это, Цервемза сильно кривил душой. Убийство Пекаря отнюдь не было случайностью. Наоборот, подсылая бандитов в его дом, Советник сбивал одним выстрелом даже не две, а три мишени: перерубал последний родственный корешок, провоцировал дюков, а заодно избавлялся от глупых пешек.