Собиратель костей - Джеффри Дивер

— Ты успел проверить жидкость в спектрографе. Мел?

— Надо повторить анализ. Они отняли у меня эти трусы прежде, чем машина выдала результат.

Он снова взял капельку жидкости и поместил ее в хроматограф. Пока аппарат работал, Сакс внимательно следила за кривой, которую выписывало на экране это сложнейшее устройство. Совсем как графики на бирже. Райм заметил, что Сакс подошла совсем вплотную к кровати, словно ей теперь хотелось побыть поближе к нему. Она заговорила тихим голосом:

— Я была…

— Да?

— Я была чересчур грубой. В общем, повела себя неправильно. Ну, раньше… У меня характер очень вспыльчивый. Даже не знаю, в кого я уродилась такая несдержанная. Но это правда.

— Нет, ты поступила правильно.

Наконец они посмотрели друг другу в глаза открыто. Райм вспомнил о тех временах, когда они с Блэйн частенько вели серьезные разговоры. И во время таких бесед они сосредотачивали взгляд на каком-нибудь нейтральном предмете: на одной из фарфоровых фигурок лошадей, которых она коллекционировала, на книге, на полупустой бутылке «Мерло» или «Шардоне».

— У меня свои методы работы на месте преступления, — пояснил Райм. — И в этом я не похож на большинство криминалистов. Мне нужен был человек, ничего не понимающий в этом деле. И одновременно такой, кто мог бы самостоятельно принимать решения и делать выводы.

Такие противоречивые качества мы обычно ищем в несуществующем и вечно ускользающем любовнике. Нам требуется, чтобы человек одновременно совмещал в себе и ранимость, и силу, причем в равном соотношении.

— Когда я разговаривала с комиссаром Экертом, — объяснила Сакс, — мне хотелось только выяснить все относительно моего перевода на новую службу. И более ничего. Мне и в голову не пришло, что о нашем разговоре могут узнать федералы и, что еще хуже, забрать у нас уже начатое дело.

— Я знаю.

— И все равно я не сдержалась и наговорила кучу гадостей. Простите.

— Не надо отступаться от своих слов, Сакс. Мне нужен человек, который мог бы сказать мне, что я настоящая сволочь, когда я веду себя соответственно. Том, например, говорит мне все это, не стесняясь. Вот за это я его еще больше люблю.

— Не надо сентиментальничать по поводу моей личности, — тут же отозвался Том из противоположного угла комнаты.

— Ведь больше никто так спокойно не пошлет меня ко всем чертям, — продолжал Райм. — Все предпочитают ходить передо мной на цыпочках, а я это ненавижу.

— Мне кажется, что в последнее время здесь бывало не слишком много людей, чтобы кто-то из них мог выразить свое мнение относительно вас, — осторожно заметил Том.

— Пожалуй, ты прав, — после некоторого замешательства признался Линкольн.

На экране хроматографа-спектрометра волнистые линии замерли, обозначив одну из безграничных подписей самой природы. Мел Купер бодро застучал кнопками клавиатуры и громко зачитал результаты анализа:

— Вода, дизельное топливо, фосфат, натрий, следы минералов… Понятия не имею, что это такое.

Райм задумался: «Что же хотел сказать подозреваемый? Может быть, он имел в виду сами трусы? Или все же жидкость…»

— Пойдем дальше, — вслух сказал он. — Посмотрим, что нам даст грязь.

Сакс принесла нужный пакет. В нем содержался розоватый песок, в котором проглядывались кусочки глины и мелкие камешки.

— Это так называемая «бычья печень», — объяснил Райм. — Смесь песка и камней. Ее полно по всему Манхэттену в деловой части. Силикат натрия там нашли?

Купер посмотрел на экран.

— Да, и довольно много.

— Значит, нам надо искать место, расположенное не далее пятидесяти ярдов от кромки воды. — Райм даже засмеялся, взглянув на изумленное лицо Сакс. — Здесь нет никакого волшебства, Амелия. Это самое обычное задание, и я с ним успешно справился. Подрядчики частенько смешивают силикат натрия с «бычьей печенью» для стабилизации почвы, когда роют фундамент в местах, расположенных рядом с водой. Значит, там мы и будем искать. Теперь поглядим на лист.

Она послушно подала ему пакет.

— Ума не приложу, что же это за растение, — признался Райм. — Не думаю, что я его вообще когда-нибудь встречал. Во всяком случае, в Манхэттене.

— У меня есть список сайтов, посвященных растениеводству, — сообщил Купер, не отрывая взгляда от экрана компьютера. — Попробуем поискать там.

Райм в свое время долго путешествовал по Интернету. Но позже произошло то же, что и с книгами, фильмами и репродукциями. Интерес ко всему внешнему миру начал постепенно угасать. Очевидно, потому, что более виртуальным стал его собственный внутренний мир. И всемирная сеть обратилась, в конце концов, для Линкольна в пустынное и грустное место.

На экране у Купера вспыхивали всевозможные графики и таблицы, пока он забирался глубже и глубже в сеть.

— Мне надо загрузить несколько файлов, — пояснил он. — На это уйдет минут десять, а может, и все двадцать.

— Ну, хорошо, — смирился Райм. — Что у нас с остальными предметами? Я имею в виду другие, не «ключевые». Они тоже могут нам рассказать кое-что интересное. Доставай наше тайное оружие. Мел.

— Что это еще такое?

— Следы преступления, разумеется. Почва, грязь, пыль, волоски и прочие мелочи.

Специальный агент Фред Деллрей тщательно разработал всю операцию, в которой должны были принять участие десять человек. Двум командам предстояло проникнуть в дом, остальные обеспечивали прикрытие и контроль. Агенты в бронежилетах, изнывая от жары, неподвижно замерли в кустах. В безопасном месте, расположившись на противоположной стороне улицы, подчиненные Фреда уже начали просматривать комнаты ветхого пустынного дома при помощи инфракрасных видеокамер.

Три снайпера с заряженными и тщательно проверенными «ремингтонами» залегли на трех крышах. Их помощники, вооружившись биноклями, размещались позади стрелков, словно лакеи в старинных экипажах.

Деллрей, одетый в фэбээровскую куртку и джинсы вместо привычного ярко-зеленого наряда, внимательно вслушивался в голоса своих людей, звучащие в наушниках:

— Наблюдение передает командиру. Инфракрасные камеры наведены на подвал. Там, внизу, кто-то перемещается.

— На что этот «кто-то» похож? — поинтересовался Деллрей.

— Не видно. Окна слишком грязные.

— Можно распознать по контурам, один там человек или двое? Не исключено, что он успел захватить жертву. — Деллрей чувствовал, что офицер Сакс была права: преступник уже успел кого-то поймать.

— Нет, невозможно. Мы видим только тепло и движение. Деллрей послал агентов осмотреть боковые стороны здания, и теперь они докладывали своему начальнику о результатах:

— На первом и втором этажах никого нет. Гараж заперт.

— Снайперы, слушаю вас! — приказал Деллрей.

— Стрелок номер один командиру. Прикрываю входную дверь.

Остальные должны были позаботиться о коридоре и зале на первом этаже. Они тоже были наготове.

Деллрей вынул свой автоматический пистолет.

— Ну, хорошо, бумага у нас есть, — произнес он, имея в виду ордер. Значит, стучаться не придется. — Вперед! Команда один и два, развернуться!

Первая группа с помощью тарана высадила входную дверь. Вторая предпочла более цивилизованный метод и, разбив окно у черного хода и отодвинув засов, проникла внутрь. Деллрей вбежал последним, сразу же после офицера из команды номер один, в это старинное и заброшенное здание. Здесь повсюду носился ошеломляющий запах гниющей плоти. Даже Деллрею, которому частенько приходилось посещать места преступлений, стало не по себе, и ему пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы подавить позывы к рвоте.

Вторая команда заняла первый этаж, и после беглого осмотра поднялась на второй, в спальню. Первая в это время спускалась по деревянным ступеням в подвал, громко стуча подошвами по старому, подгнившему дереву.

Деллрей поспешил за ними следом и сразу же услышал, как где-то внизу, чуть ли не под ним, хлопнула невидимая дверь. Одновременно с этим звуком раздался крик:

— Не двигаться! ФБР! Ни с места! Всем стоять! Но когда он сделал несколько шагов вперед, он услышал, как тот же агент в ужасе воскликнул:

— Что за черт? О Господи всемогущий!

— Вот дерьмо! — подхватил другой. — Да, это мерзко.

— Тут просто засранцы какие-то обитают, — сплюнул Деллрей, задыхаясь от омерзительного запаха.

На полу подвала лежал труп мужчины. Возле тела образовалась лужа густой черной жижи. Горло было перерезано. Его мертвые глаза, казалось, смотрели в потолок, но само тело чуть подрагивало. Оно немного раздувалось, потом вновь опадало. Деллрея передернуло: за годы службы в Бюро он так и не сумел привыкнуть к виду полусгнивших трупов, пожираемых изнутри червями и всевозможными насекомыми. По количеству этих паразитов можно было предположить, что мужчина лежит здесь уже по крайней мере трое суток.