Солдаты Оборотня - Владимир Чихирёв

Сбежав с вала Доротея подскочила к своей лошади и, приказав одному из своих офицеров продолжать штурм лагеря с такой же яростью, она, поскакала туда, где трое рыцарей сковали не менее двадцати её солдат. Но когда она добралась до места, все уже было кончено. Лежавших на земле мертвых имперцев мятежники продолжали колоть мечами, вымещая на их телах злобу за столь ожесточенное сопротивление.

— Кто командует этими кретинами? — закричала Доротея поравнявшись с одним из солдат.

— Я, госпожа, — из гущи солдат к ней подъехал молодой парень с ещё оставшимися нашивками имперского капрала.

Она со всего размаха ударила его по лицу.

— Идиоты! Ты что не видишь, что генерал может сейчас уйти!? — Доротея показала рукой на отряд, уже двинувшийся к лесной дороге, что вела к Йерварду. — Ресид ранен, и мы должны добить этого негодяя и его охрану. За мной!

Она развернула лошадь и галопом поскакала к той группе имперцев, что прикрывали отход своего командира. Её кавалеристы не отставали ни на шаг. Отступающие заметили погоню и начали лихорадочно готовиться к отражению атаки. Доротея уже предвкушала, как она сомнет ненавистных ей солдат императора, и когда доберется до раненого генерала, то насладится его предсмертными муками. Она припасла для генерала несколько сюрпризов…

Но Доротея увлеклась погоней и подвела своих людей слишком близко к той части лагеря, который все ещё находился в руках имперцев. Она поняла свою ошибку, когда вокруг неё засвистели стрелы. Несколько всадников упали, и она еле смогла увернуться от рухнувшей впереди неё лошади. Тем временем солдаты, охранявшие Ресида, разделились. Большинство их осталось на месте и готовилось вступить в схватку с кавалеристами Доротеи, а совсем маленькая группа солдат, не более десяти человек, среди которых был сам генерал, спешно отступали к лесу.

Несмотря на стрелы имперских лучников, отряд Доротеи атаковал ряды обороняющихся двумя клиньями. Но, не обладая мощью имперских рыцарей, легкая кавалерия Доротеи быстро увязла в рядах пехоты. Потерявшие свой главный козырь — маневренность, её солдаты вынуждены были сражаться с умелыми имперскими воинами в общей свалке.

Всадников стаскивали вниз, а порой и просто убивали лошадь, тогда она придавливала своего седока, которого затем без помех добивали тяжеловооруженных имперцев. Пробить доспехи таких солдат было делом не простым. Мятежники начали нести катастрофические потери. Отряд Доротеи таял на глазах, сама она с трудом отбивалась от защищенных щитами и латами противников.

Вновь, как и в сражении под Мельницей, Доротея приготовилась умирать, но теперь у неё не было страха, только злость и желание подороже продать свою жизнь. Со звериным рыком, она, изловчившись, вогнала свой клинок в смотровую щель шлема одного из имперцев. Раскинув руки, тот рухнул на спину, но в этот, же момент кто-то сильнейшим ударом меча сломал клинок Доротеи и, оглушив щитом, заставил её повалиться на спину. Оказавшись на земле и выставив перед собой обломок меча, Доротея замерла в ожидании последнего удара.

Звон стали, ругань, ржание раненных лошадей, запах рвоты, крови и пота — все это отошло для неё на второй план. Только лезвие имперского меча, по ложбинке которого стекала, чья то кровь, приковало внимание Доротею. Вот оно со свистом разрезает воздух и опускается на неё. Она успела отклонить этот удар, и ловко перекатившись, вонзила оставшийся от своего оружия обрубок в незащищенную броней ногу нападавшего.

Отшатнувшись, тот направил острие меча ей в горло, но в этот момент мощнейший удар отбросил имперского солдата назад, а затем она увидела, как через неё ловко перепрыгнул Соднар и со всей силы вонзил меч в грудь имперцу. Доротея оглянулась, и поняла, что спасена. С оборонительного вала лагеря к ним на помощь пришли наемники и солдаты её армии. Окончательно захватив лагерь, они спешили на помощь своей госпоже. Мощная волна наступавших в считанные минуты смяла имперских солдат.

Когда Доротея с помощью Соднара поднялась на ноги, то увидела жуткую картину боя. Везде валялись мертвые солдаты, слышались стоны и мольба о помощи. Сама Доротея стояла среди гор трупов. Изуродованные люди и лошади страшным ковром покрывали землю. А там, где все-таки проглядывала трава, она была красной от крови. Над полем боя, хрипло крича, собирались стаи ворон.

— У вас тут было жарко, — проговорил Соднар — впрочем, лагерь тоже завален мертвыми. Мы понесли потери, о которых я даже боялся подумать. Хорошо, что все позади.

— Нет не все, — произнесла Доротея — коня мне.

— Что опять не так?! — вспылил Соднар.

— Возьми с собой человек десять, и скачите вслед за мной.

— Да что случилось?!

— Генерал Ресид сейчас бежит в сторону Йерворда. Нам нельзя дать ему уйти. Кстати, у меня к тебе будет несколько вопросов, ведь ты должен был его убить! — с этими словами она вскочила на подведенную ей лошадь, и, вытащив из тела одного из убитых солдат окровавленный меч поскакала в сторону леса, где пролегала дорога к Йерварду. Соднару оставалось только шепотом проклинать эту «бешеную колдунью» и быстро отдавать приказы об организации погони.

Доротея неслась по дороге окруженной лесом, не думая о том, что может попасть в засаду. И когда дорога вывела её на деревянный мост через реку, она увидела, как на том берегу лежащего в повозке Ресида везут оставшиеся имперские солдаты. Кинувшись на узкий мост, сделанный из связанных веревкой бревен, она только сейчас увидела, что на том конце моста стоит тот самый гигант, который уже один раз чуть не зарубил её. В Мельнице.

Доротея так сильно натянула поводья, что чуть не свалилась с моста. Остановившись, она посмотрела на своего врага. На этот раз он был в походных кожаных доспехах, без щита. Лишь стальной шлем закрывал его лицо. В руках он держал двуручный меч, лезвие которого лежало на веревочных перилах моста. Вся его фигура выражала полнейшее спокойствие и уверенность в собственных силах. Доротея очень пожалела, что у неё не осталось сил на применение своего искусства. Так они и стояли, пока не послышался конский топот и из леса не выехал Соднар со своими наемниками. Они направили лошадей на мост и остановились за спиной у Доротеи.

— Что все это значит? — спросил её Соднар. — Кто это?

— Мой враг, — проговорила Доротея.

— Тогда, что мы стоим на месте? Только что вы, торопились, а сейчас теряете время, рассматривая этого детину.

Доротея зло покосилась на наемника и осторожно тронулась вперед. Следом, вынимая меч, двинулись Соднар с солдатами.

— Проклятье! Какие же идиоты! — крикнул Соднар.