Солдаты Оборотня - Владимир Чихирёв

Над полем разнесся хруст ломающихся копий, предсмертное ржание лошадей и вопли людей. Соднар бросил взгляд через плечо, и увидел то, что и предполагал увидеть. Тяжелая конница имперцев, словно огромный валун, скатившийся с горы, смяла и затоптала его отряд. Лишь немного замедлив ход, рыцари пропороли мятежников, выкидывая тех из седел, втаптывая упавших людей и лошадей в землю. У большинства рыцарей копья оказались сломаны и они, вытаскивая обрубки из седельных замков, бросали их на землю, освобождаясь от обузы. Доставая мечи, рыцари синхронно разворачивались для новой атаки. Завораживающее действо, если только оно ты сам не участвоваешь в этом кровавом спектакле.

Из всего отряда кавалеристов Соднара, схватившихся в бою с рыцарями, в седлах осталось не более половины, при этом имперцы потеряли всего одного конного. Соднар пришпоривал лошадь, стараясь догнать генерала и его спутников. Те из его отряда, что отделились ранее, почти настигли беглецов. Один из имперцев обернулся и Соднар увидел в его руке кавалерист кий арбалет. Выстрел, и преследователь, всплеснув руками, упал с лошади. Генерал и его солдаты резко остановились и, обнажив клинки, приготовились защищаться. Это привело к замешательству среди преследователей, и один из них не удержавшись в седле, упал прямо под лошадь генерала. Ресид, не секунды не мешкая, направил свою лошадь на несчастного. Копыто лошади ударило мятежнику в грудь, не оставляя шанса на спасение. Оставшийся солдат уже пятился назад, когда Соднар подскочил к одному из людей генерала. Тот попытался достать наемника резким выпадом, но Соднар ловко ушел от выставленного клинка и следующим движением вогнал свой меч в бок оборонявшегося. Ломая ребра он погрузил свой меч почти по самую рукоять, и, вынув его, направил окровавленный клинок на следующего врага.

Последний из солдат Соднара, одушевленный успехом своего командира, пришпорил лошадь и бросился на генерала, а Соднар схватился с последним охранником Ресида. Перед ним оказался умелый воин. Соднар не справился с его ударом, и получил первое ранение. Оказавшейся болезненной, порез сильно беспокоил наемника. Но все-таки он смог взять себя в руки и вскоре отбив новую атаку имперца мощным ударом меча разрубил тому ногу, вдобавок ранив ещё и лошадь. Бедное животное встало на дыбы и, падая на землю, придавила своего седока.

Генерал успел убить неопытного противника, разрубив тому шлем резким ударом клинка. Но меч вошел настолько глубоко, что генерал не смог достать застрявшее в черепе мятежника оружие. Он растерянно посмотрел на приближающегося наемника.

Генерал в отчаянной попытке пробовал защититься кинжалом, но Соднар с легкостью выбил его из рук и следующим движением ударил Ресида в живот. Его лошадь на миг дернулась, и Соднар лишь ранил своего противника не рассчитав расстояния до жертвы. Ресид вновь пытался защититься, маневрируя лошадью, но его смерть теперь была делом времени.

А вот времени Соднару не хватило. В пылу схватки он совсем забыл о рыцарях и, обернувшись, увидел, как к нему на полном ходу движется стальная стена, из которой торчало копьё с болтающимся на нем мятежником. Бедняга был мертв. Голова и туловище болталось внизу, а несуразно раскиданные ноги отплясывали чудовищный танец смерти в такт скачущей лошади.

Забыв о генерале, Соднар пришпорил коня и помчался прочь. Он почти чувствовал, как копьё вот-вот войдет ему в спину и, раздробив позвоночник, выйдет у него из груди, и он будет болтаться вместе с этим несчастным, который всего лишь некоторое время назад был его солдатом. И это заставило наемника что есть силы гнать свою лошадь к лагерю.

Рыцари не смогли догнать Соднара, а он, оторвавшись от своей смерти, увидел, как кавалерия под командованием Доротеи преодолевает невысокий палисад и вступает в бой на валу, окружавшем лагерь. А вслед коннице спешит пехота.

Наемник ещё раз обернулся и увидел, что на рыцарей уже идет новая, во много раз многочисленней, волна их кавалерии, отрезая им и генералу Ресиду путь на Серенаду. Ещё раз, пришпорив лошадь он вскоре присоединился к своим воинам и, соскочив с коня, ринулся на оборонявшихся, на валу имперцев.

Доротея видела, как отряд Соднара быстро сокращает расстояние до генеральской кареты и её охранения, и решила, что ждать уже нет никакого смысла. Подняв меч над головой, она своим кличем бросила солдат в бой. Ринулась кавалерия, а за ней отряд наемников и остальная пехота.

Перейдя на галоп и возглавив, кавалеристскую атаку, Доротея позаботилась о магическом прикрытии от стрел. Когда нападавшие приблизились к палисаду, она обнаружила, что вовсе не все имперцы бросились отражать атаку «Гнилого». Вскоре вокруг засвистели стрелы и появились первые убитые и раненные. Применив ослепляющее заклинание, Доротея выиграла несколько мгновений, за которые нападавшие успели преодолеть палисад. И там спешиваясь и выхватывая на бегу клинки, забирались на вал, сметая лучников имперцев.

Те, в свою очередь, опомнившись от ослепительной вспышки, побросав луки, ринулись навстречу мятежникам. На гребне вала закипела жестокая рукопашная схватка и вскоре бой завязался на всем южном валу лагеря. Подкрепление к уже дерущимся солдатам подходило с обеих сторон. Лязг железа, рычание и крики сражающихся людей смешались в единый гул.

Когда на передовой линии оказались наемники и со свежими силами бросились в бой, имперцы не выдержали и стали отступать. Доротея поливала огнем солдат противника до тех пор, пока совсем не обессилела. Постепенно стал сказываться численный перевес ее армии. Там, где наемники Соднара продавили строй оборонявшихся, началось бегство их противника.

Сам Соднар, оказавшийся уже в гуще битвы, вел своих солдат на прорыв обороны имперцев по центру лагеря для того, чтобы расколоть их силы, и, пользуясь численным преимуществом, добить разрозненные группы обороняющихся.

Немного отойдя назад, Доротея, посмотрела на поле, где, по её представлению, должен был погибнуть генерал Ресид и его охрана. Однако увиденное заставило её побелеть от ярости. Кавалерия добивала небольшой отряд рыцарей. Место схватки было устлано мертвыми мятежниками, и оставшиеся трое имперских рыцарей отбивались от наседавших противников, словно лев от стаи шакалов. Но Доротею расстроили вовсе не потери среди её кавалеристов, а то, что она увидела у северной стороны лагеря. Там, в окружении тяжелой пехоты сидел на лошади генерал Ресид, и по активной жестикуляции его солдат она поняла, что генерал ранен. Обладая острым зрением, Доротея не могла ошибиться. Было ясно, что генерала под прикрытием попытаются отправить в Йервард.