Французский садовник - Санта Монтефиоре

— Наверное, вы сменили тему прежде, чем он успел сказать, — заметила Генриетта.

— Пожалуй, вы правы. Я просто его заговорила. Со мной такое случается. Когда я нервничаю, становлюсь слишком болтливой.

Трой весело ухмыльнулся:

— Значит, вы немного им увлеклись?

Миранда улыбнулась:

— Совсем чуть-чуть. Но это уже прошло, — поспешно добавила она.

— Какое облегчение! — воскликнул Трой. — В конце концов, ничто человеческое вам не чуждо!

Миранда ехала домой, думая о Жан-Поле. Возникшие было сомнения быстро рассеялись. Зачем ему упоминать об объявлении? Возможно, он и не задумывался насчет работы, пока Миранда сама не завела разговор о саде. К тому же это Сторм привела его в дом. Не потеряйся малышка, неизвестно, пришел бы Жан-Поль или нет.

Войдя в кухню, Миранда увидела Фатиму, убиравшую со стола остатки завтрака.

— Доброе утро, миссис Клейборн, — поздоровалась она. — Смело оставляйте мне всю работу. — Она вихрем носилась по кухне с живостью, никак не соответствующей ее возрасту. — Идите работайте, а я отмывать ваш дом так, что он будет сиять!

Укрывшись у себя в кабинете, Миранда попыталась сосредоточиться на статье для журнала «Телеграф», но в голову без конца лезли посторонние мысли. Она думала о работавшем в саду Жан-Поле, о детях, которым следовало бы купить зимнюю одежду, о том, как бы ей хотелось бросить все эти нудные статьи и написать настоящий роман. Близилось Рождество, а она так и не удосужилась выбраться в город за подарками. В этом году Миранда с Дэвидом решили встречать Рождество в новом доме, по-семейному, пригласив родителей и одинокую тетку Миранды — старую деву. Сестра Миранды вышла замуж и переехала в Австралию. Узнав об этом, Миранда испытала смешанное чувство изумления и зависти — у сестры хватило храбрости уехать так далеко от матери. Даже сейчас этот дерзкий поступок вызывал у Миранды благоговейный ужас.

Она вяло печатала конец первого абзаца, когда в кабинет вошел мистер Андервуд с охапкой дров в руках. Пробормотав приветствие, он сложил дрова в корзину возле камина. Миранда подняла голову и улыбнулась, а затем совершила ошибку, спросив у старого садовника, как дела.

— Ну, миссис Клейборн, мэм, у меня что-то в последнее время першит в горле. Щекотное такое чувство, знаете ли, как будто в глотку забрался муравей. Я-то знаю, что никакого муравья там нет, а он все ползает и ползает. Или паук какой перебирает лапками. Вот я и начал кашлять. Сходил к доктору, но он ничего у меня не нашел. А в горле-то по-прежнему першит. — Мистер Андервуд закашлялся в подтверждение своих слов.

— Мне жаль это слышать, — пробормотала Миранда, больше сожалея о том, что завела разговор со стариком.

— Миссис Андервуд говорит, что мне надо есть мед ложками. Но беда в том, что я не особенно люблю мед. Уж больно он сладкий, а я любитель остренького. Мне нравится все соленое — вот бекон, к примеру. — Он немного постоял, глядя на Миранду, словно ожидал от нее ответной реплики.

— Ну что ж, я, пожалуй, вернусь к работе, — проговорила Миранда.

— Да-да, не позволяйте мне докучать вам. Не хочу прерывать творческий процесс. Я говорил с Жан-Полем сегодня спозаранок. Этот парень встает вместе с жаворонками, — я пришел в восемь, а он уж час как на ногах. Мы собираемся выкорчевать деревенский садик. Очистить землю и снова засадить.

Миранда пришла в ужас. Ей стало больно за Аву. Это был их сад, Авы и М.Ф. Нельзя позволить Жан-Полю его выкорчевать.

— Неужели вы хотите выкорчевать весь сад? — недоверчиво спросила она.

— Да, миссис Клейборн, мэм. Весь, до единого кустика. Останется одна земля. — Мистер Андервуд встрепенулся, глаза его загорелись. — А потом мы сожжем все сорняки. Разведем большущий костер.

— Я должна поговорить с Жан-Полем. Наверное, что-то можно оставить.

— О нет, там все засохло или сгнило.

— Позвольте мне самой об этом судить, — решительно возразила Миранда, хотя, для того чтобы вынести вердикт, ей явно не хватало знаний. Подойдя к двери, она услышала, как пискнул компьютер, извещая о новом почтовом сообщении. «Черт», — пробормотала она про себя, а затем с торжествующей улыбкой вышла в холл, решив на время забыть об электронной почте.

Миранда нашла Жан-Поля в деревенском садике, на круглой голубой скамье, кольцом обхватившей одинокую рябину в центре поляны. Он сидел, наклонившись вперед, уткнув локти в колени, и с задумчивым видом потирал подбородок. Лицо его казалось таким печальным, что у Миранды сжалось сердце.

— Доброе утро, — сказала Миранда. Жан-Поль поднял голову. Миранда почувствовала, что краснеет, ощутив на себе пронзительный взгляд его темных глаз.

— Я был далеко, за многие мили отсюда. — Он тяжело вздохнул.

— Думали о чем-то приятном? — с живостью спросила Миранда.

— О да, — кивнул Жан-Поль. — Приятно вспоминать прошлое. — В его голосе звучала острая тоска, и Миранду охватило любопытство. Вопросы так и вертелись у нее на языке, но она не решилась их задать — что-то в выражении лица Жан-Поля остановило ее. Она села рядом с ним на скамью.

— Мистер Андервуд сказал мне, что вы хотите выкорчевать этот сад.

— Нет. Не весь сад. Кое-что удастся сохранить, а некоторые растения придется посадить заново. Мы немного опоздали, на дворе уже декабрь. Но погода стоит на редкость теплая для этого времени года, и если пустить в ход немного волшебства…

Миранда закусила губу.

— Я помню, вы просили предоставить вам полную свободу действий. Сказали, что я могу положиться на ваш выбор, — нерешительно начала она. — Уверена, так и есть. Но дело в том, что миссис Лайтли очень любила этот сад. Он был ей по-настоящему дорог. Мне кажется, надо оставить все как есть.

Жан-Поль с подозрением прищурился:

— Откуда вам известно о миссис Лайтли?

— Мне о ней рассказывали. Ее все здесь знали. О ее саде ходили легенды. Конечно, деревенский садик был ей особенно дорог. — Миранде страстно хотелось рассказать кому-нибудь об альбоме, но это значило бы раскрыть чужую тайну и предать женщину, доверившую свой секрет ветхим бумажным листам.

— Послушайте, Миранда, я понимаю, вам не хочется разрушать сад, созданный предыдущими владельцами. Я тоже не собираюсь ничего менять. Несмотря на бурьян, мне уже ясно, как выглядел этот сад прежде. Я попытаюсь воссоздать его первоначальный облик.

Миранда облегченно вздохнула.

— Правда? — Жан-Поль кивнул. — Большое вам спасибо. Невыносимо думать, как огорчится миссис Лайтли, если когда-нибудь вернется и увидит, что мы погубили ее сад.

— Вы полагаете, она вернется?