Алькар. Воскресшие тени - Светлана Скиба

в дверях гостью, она немного растерялась, поправив свою растрепанную прическу, из которой вынырнуло несколько медных локонов – пружинок.

– Мам, это Соня, – Леона показала на подругу, – а это моя мама Элья и та, кто не дает нам спать по ночам, – она подмигнула своей младшей сестренке, которая тут же кинулась ее обнимать.

– Добро пожаловать, – улыбнулась женщина и на ее щеках показались ямочки, – ну проходите, что вы встали в двери?

Соня улыбнулась в ответ и прошла на кухню вслед за Леоной, которая уже успела набить рот ягодами.

– Вы учитесь в одной группе? – поинтересовалась женщина, ставя на стол круглую тарелку с пирогом, от которого шёл такой аромат, что у Сони заурчало в животе.

– Не совсем, я новенькая, – ответила она, присаживаясь на стул рядом с подругой.

– Она родилась на Земле, ну помнишь, я тебе рассказывала? – вмешалась Леона, на шее которой висела ее младшая сестра.

Женщина призадумалась, видимо вспоминая разговор.

– Так ты внучка Артура Киля? – ее глаза цвета лайма с неподдельным интересом всматривались в гостью.

– Да, – Соня чуть заерзала на стуле, – я почти не помню своего дедушку.

– Мой супруг знал его, и всегда был о нем самого высокого мнения, – мама Леоны протяжно вздохнула и поставила чайник на печь.

– Он тоже воин? – поинтересовалась Соня.

– Нет, мой муж работает в теплицах, но во время Кровопролитной битвы одним из первых вызвался добровольцем и встал на защиту нашего города, – ответила она с нотками гордости. – Так вышло, что отрядом, в который его зачислили, руководил твой дедушка. Он был очень отважным и у меня есть подозрения, что ты на него похожа, – добавила госпожа Элья. – Я наслышана про незаконный вылет и пересечение границы с Мертвой пустошью…

Соня заметно напряглась, ожидая услышать порицание и нравоучительные наставления в свой адрес.

– Бедная дитя! – покачала головой женщина. – Даже трудно представить какое отчаянье и боль толкнули тебя на такой поступок… – ее голос был полон сострадания,– ты не голодная?

Пока обескураженная Соня, молча, хлопала глазами, госпожа Элья отрезала огромный кусок пирога (его треть) и положила на ее тарелку.

– Поешь, – предложила она, ласково улыбнувшись, и на ее лице снова показались ямочки.

Неловкость первого знакомства отступила и Соня с большим удовольствием уплела вкуснейший пирог с кисло- сладкими ягодами. Леона, маленькая Инжер и господа Элья тоже присоединились к трапезе, буквально в считанные минуты опустошив блюдо, на котором находился пирог.

На печи у хозяйки дома что-то шкварчало, и по кухне разносились аппетитные ароматы, смешиваясь между собой. Над деревянным потертым столом парил фонарь, одетый в забавный абажур оранжевого цвета, как и занавески на окнах, из которых можно было увидеть второй и третий ярус саженцев.

– Как тебе у нас на Алькаре? – размешивая кухонной лопаткой дымящееся блюдо в чане, поинтересовалась мама Леоны, – ты уже хорошо освоилась? Тебе не нужна помощь?

– Нет, спасибо. Иногда у меня складывается такое ощущение, что я здесь родилась.

Госпожа Элья понимающе кивнула.

– Значит, это твой истинный дом, ты на своём месте. А это очень важно быть на своём месте. Некоторые его так и не находят в течение всей жизни. – Она открыла духовку, и достала противень с чем-то, очень похожим на запеченный картофель.

– Попробуй, это очень вкусно, – переложила хозяйка дома.

Пока Соня застенчиво ерзала на стуле, маленькая Инжер и Леона схватили обуглившихся кругляшки и принялись их чистить своим острыми ноготками. Сестра Леоны, которая была ее уменьшенной копией, то и дело поглядывала на гостью, особенно на ее отросшую сиреневую прядь волос.

– У тебя волосы как у моей куклы, – звонким голоском сообщила она, спрыгнув с колен сёстры и подойдя к Соне, погладила ее по голове.

– Инжер, так не прилично себя вести, – сделала ей замечание госпожа Элья, – но девочка уже взобралась на Сонины колени, продолжая с любопытством теребить ее волосы.

– А у тебя есть братик или сестричка? – спросила она, хлопая длинными ресницами, окаймлявшими выразительные глаза желто-зеленого цвета.

– Есть, – кивнула Соня, – ее зовут Лара. Она осталась там, на Земле, как и моя мама.

Госпожа Элья снова сочувственно вздохнула, покачав головой.

– А ещё, у Сониной мамы сегодня день рождения, – вставила Леона, взяв подругу за руку.

Женщина всплеснула руками.

– Ах, если бы я только знала об этом пораньше, то испекла бы настоящий праздничный пирог! – воскликнула она, глядя на Соню с жалостью.

Той самой жалостью, которая не унижала, не делала уязвимой, а укутывала своей заботой. Маленькая Инжер окончательно угнездившееся на Сониных коленях, даже под страхом наказания за неподобающее повеление, не желала покидать насиженное место. Именно сейчас, в окружении Леоныной семьи, сидя за старым щербатым столом, заставленным простыми, но невероятно вкусными яствами, Соня почувствовала себя чуточку счастливее.

Госпожа Элья, видимо решив, что она непременно голодает, заставила Соню съесть все приготовленные ею блюда и выпить несколько чашек карамельного какао. Когда она удостоверилась в сытости гостьи, то засыпала ее вопросами о Земле, растянувшимися на несколько часов.

– Как жаль, что я не знаю твой язык, Соня, – вздохнула она, – я бы с большим удовольствием почитала ваши земные книги. – У нас дома есть небольшая библиотека, я начала собирать ее примерно с твоего возраста. Хочешь взглянуть?

– Конечно, – согласилась Соня, отчего хозяйка дома просияла, а Леона обреченно вздохнула.

– Тогда за мной, – госпожа Элья выпорхнула из кухни, а остальные поплелись за ней следом.

Пройдя по скрипящим половицам, они зашли в небольшую проходную комнату, заставленную разномастной мягкой мебелью с потертой обивкой. На выцветшем ковре с проплешинами валились грабли, погнутая вилка, мяч, цветные кегли, лейка, и потрепанная кукла с облезлыми фиолетовыми волосами (видимо, та самая, на которую похожа Соня).

– Это игрушки Инжер, – пояснила Леона, заметив задержавшийся взгляд подруги на кукле, – а это ее творчество, за которое, она была наказана, – она показала на разрисованные обои и нарочито суровым взглядом покосилась на младшую сестренку.

Та лишь картинно нахмурилась, а затем заливисто рассмеявшись, запрыгала по ковру. Следующей комнатой, в которую они вошли, оказалась та самая библиотека, про которую говорила мама Леоны. Маленькая, уютная, она буквально утопала в бесчисленном количестве полок с книгами. Около большого окна, выходившего на улицу стояло плетёное кресло – качалка на мягком сиденье которого ждала своего часа недосчитанная книга с выглядывающем лессе. Почему-то вся эта обстановка напомнила Соне земную квартиру, в которую она больше никогда не вернётся. Госпожа Элья открыла дверцу шкафа и копошилась до тех пор, пока не выудила из него небольшую брошюру с загнутыми страницами.

– Эта книжка была моей самой любимой в юности, я ее перечитывала несколько раз, –