Алькар. Воскресшие тени - Светлана Скиба

– Кто мог прислать эти приглашения? – хмуря брови, спросил он, – странно все это…

– Да какая разница? – махнула рукой Леона, – главное, мы идём встречать день Вечного Обновления в Мраморный зал Белой башни! О высшие силы, я так долго об этом мечтала!

Макс продолжал испытывающим взглядом гипнотизировать карточки, словно они могли ответить ему, кто их заказчик.

– Кому это нужно, чтобы мы присутствовали на празднике в Мраморном зале? – не унимался он.

Леона раздраженно фыркнула.

– Почему ты постоянно во всем видишь подвох? И вообще, не хотите идти, не надо, мы сами с Соней пойдём, – они кинула на подругу взгляд, требующий поддержки.

– Я надеюсь, мы пойдём все вместе, – сказала Соня, пробежав взглядом по каждому из друзей, – возможно, что-то и выясним о загадочном отправителе.

На этот раз Макс ничего не возразил, но при этом и не согласился. Когда друзья разошлись по домам, она обнаружила в гостиной небрежно брошенное приглашение, адресованное Максу и благополучно проигнорированное им.

39

Всю следующую неделю, после занятий, Соня провела в лягушачьем питомнике.

– Ты так нравишься серебристым лягушкам, что они стали чаще размножаться, – сказал господин Ливс, явно довольный текущими делами в питомнике.

Соне, конечно, льстила такая реакция серебристых лягушек на ее персону, но теперь ей приходилось все чаще задерживаться на работе и отказывать себе в удовольствии лишний раз встретиться с друзьями.

– Этот вардан – лис уже сел тебе на шею, – заявил на днях Макс, пересекшись с Соней на истории Алькара.

– Разве его вина, что скоро на свет появятся несколько десятков лягушат? – возразила Соня.

Макс нахмурился, покачав досадливо головой.

– Ты целыми днями пропадаешь в своем питомнике.

– Как и ты в орлианнике, – парировала она.

Сегодня на уроках, которых было всего два, Соня была крайне неусидчива, все ее мысли летали в районе лягушачьего питомника. По подсчётам господина Ливса, именно в этот день должны вылупиться на свет лягушата. Как только госпожа Ливория объявила, что ее урок закончен и ученики могут спокойно собираться, Соня, подобно спринтеру на старте вылетела из класса. Директор учебного центра, который как раз, пыхтя и обливаясь потом, поднимался по центральной лестнице, едва успел отпрянуть в сторону, чтобы избежать столкновения с бегуньей.

– Прошу прощения, господин директор, – протараторила Соня, – меня ждут яйца, точнее лягушки, то есть я хотела сказать…

– Хорошо, ступайте, – снисходительно махнул рукой господин Фарид.

Быстро кивнув, что означало «спасибо за понимание и прощайте», Соня продолжила свой спринтерский забег. Домчав до лягушачьего питомника за рекордно короткое время, она пулей влетела в стеклянную дверь, угодив ногой в одну из нор, и грациозно растянулась вдоль кормушки.

– Ещё не вылупились? – тяжело дыша, спросила она у изумленного вардана.

– Нет. Воды, милочка?

– Угу, – кивнула Соня, стряхивая с лица лягушачий помет.

Чтобы ничего не пропустить, она села поближе к дюжине будущих серебристых лягушек, помещенных в неглубокую ямку, с ограждением. Круглые яйца, похожие на мыльные пузыри, с плотной оболочкой, через которую проглядывались очертания скрюченных тел, пошли первыми трещинками. Соня с приоткрытым ртом следила за происходящим. Одно за другим яйца- пузыри стали трескаться, выпуская в мир крохотных, размером с цыплёнка лягушат. Мокрые, перемазанные в прозрачной слизи, они делали первые неуклюжие прыжки по отведённому для них вольеру. При малейшем шуме, лягушата прижимались к земле или Сониным ногам, видимо решив, что она их мама.

Тем временем вернулся Ливс с водой для Сони.

– Я же говорил, что ты нравишься этим существам, – ухмыльнулся он, протягивая кружку.

– Они такие смешные, беззащитные и так громко пищат, – с блаженной улыбкой проговорила Соня, поглаживая маленькие комочки.

– Это они просто голодные, – констатировал вардан, – специально для них я отварил кашу с ягодами и орехами, – он всучил Соне небольшое ведёрко с ложкой. – Тренируйся. Орлианы тоже любят такую кашу, особенно если ягоды и орехи сменить на мясной горох.

Соня внимательно слушала вардана, внимая каждому его слову, скоро ей это пригодится. Вдоволь наевшись, распушившиеся серебристые комочки, сгруппировались в кучку, и растопырив лапки сладко заснули.

– Пока в детском саду тихий час, предлагаю немного перекусить, – прошептал Ливс, кивнув в сторону своей покосившейся хибарки.

Соня не стала возражать. Оказывается, от нервов и забегов жутко хочется есть. Расположившись в грязной, затхлой кухне, которую, кажется, сроду никто не мыл, смотрители серебристых лягушек наконец-то смогли перевезти дух. Хозяин дома предложил гостье свой фирменный морс из водяной вишни и засохшие печенья, одиноко лежавшие в засаленной вазочке на кухонном столе.

– Как поживает твой будущий орлиан? – поинтересовался Ливс.

– Ждет своего часа. Я очень переживаю, что не справлюсь.

– Справишься, я в тебе уверен, милочка. На крайний случай твой приятель облетчик поможет, я полагаю, он не плохо ладит с живностью. И я даже не удивлюсь, если ему удаться приручить железнокрылого пса, – вардан ухмыльнулся, обнажив свои острые зубы.

При одном воспоминании о железнокрылых псах, по Сониной спине побежала дрожь. Эти раскрытые пасти, сверкающие клыки, вязкие слюни, стекающие на землю…

– Тебе очень повезло, что ты осталась жива, – подметил Ливс, видимо догадавшись, о чем она сейчас подумала. – На моей памяти это единственный случай, когда кому-то удалось сбежать из замка Повелительницы теней. Ведь это просто невозможно!

Соня громко фыркнула.

– Я готова на все ради своего отца, даже встретиться лицом к лицу с этой … Моренией.

В янтарных глазах вардана проскользнул ужас.

– Не говори так, – зашипел он. – Она очень сильная, могущественная…

– Вы ей восхищаетесь?

– Я лишь хочу сказать, что не стоит недооценивать противника, – он устремил взгляд на стеклянную стену питомника, за которой промелькнула чья – то тень и тут же скрылась в зарослях парящих кустарников. Лицо варана тут же исказила злая гримаса, отчего оно приобрело звериные черты.

– Можешь идти домой, милочка, сегодня я сам справлюсь, – не отрывая глаз от стеклянной стены, проговорил Ливс.

Соня не стала с ним спорить, попрощавшись с хозяином дома, она бесшумно пересекла все еще спящий питомник (взрослые особи тоже решили вздремнуть, попрятавшись в норках) и вышла в стеклянную дверь. Хоть она сейчас никого и не обнаружила, чувство, что за ней кто-то наблюдает, присутствовало всегда. Соня была уверенна, просто убеждена, что этим соглядатаем являлся норник Пульф. Только вот для каких целей он это делает?

40

С каждым днём все сильнее чувствовалось приближение праздника. Народ все меньше говорил о насущных делах, проблемах, а все больше о предстоящем мероприятии. В учебном центре, кафетерии, даже в очереди за горячими пончиками витали такие слова как: подарки, наряды, праздничный стол, танцы, золотой пух.

– Ой, это так чудесно… – прошептала Леона,