Удача игрока - Джульет МакКенна

Так что насчет маленькой игры Рузии в скороговорку? Но это была не игра, верно? Рузия верила в то, что говорит, как и все остальные. Но стоит ли придавать этому значение? Стоит ли придавать значение тем нескольким вещам, сказанным ею, которые оказались достаточно близки к правде, чтобы все больше и больше меня тревожить? Куда подевались Грен и Сорград, чтоб им пусто было? Небось соблазняют девиц прелестными безделушками. Я решительно прогнала от себя давно избегаемые воспоминания о детстве, о родителях и всем остальном. Я смотрю в будущее, на новые возможности, и надеюсь разделить их с Райшедом. Вот почему я никак не могу заснуть в этой неуютной, продуваемой сквозняком, дымной лачуге.

Я почти убедила себя в этом, когда неожиданный сон сморил меня.

– Это еще что такое? – изумленно воскликнул Джирран. Кейсил прищурился от солнца.

– Повозки, жители низин, дым…

Стук молотка эхом отразился от гладких склонов долины.

– Да как они смеют! – Тейриол оглянулся на своих спутников за поддержкой.

Эйриз наклонилась со спины серого грубошерстного пони.

– Давайте не будем вмешиваться, – взмолилась она. – Доберемся до фесса, и они разберутся с этим, не так ли?

– Если им хватит духу. – Сомнение омрачило слова Джиррана.

– Пошли. – Кейсил потянул головного вьючного мула за уздечку.

Мул безмятежно последовал за ним, сзади вереницей потянулись остальные. Джирран и Тейриол немного замешкались, сердито глядя на активное движение, теперь ясно видимое, во впадине у ручья. Там стояла горсть фургонов с натянутыми между ними навесами. Маленькие фигуры копошились вокруг груды свежесрубленных деревьев, клубы пыли поднимались из пилильной ямы, и один человек верхом на толстом стволе снимал топором кору и ветки. Остальные с помощью колышков и веревок намечали в грязной траве границы будущего дома.

– Эй, вы там!

Оклик заставил горцев повернуть головы. Мужчина в грубой домотканой одежде въехал на холм на высокой, гнедой лошади.

– Куда вы направляетесь? – Тон его был учтив, но в нем звучала бессознательная власть, от которой борода Джиррана ощетинилась.

– В фесс Тейва, – коротко ответил Кейсил. Мужчина покачал головой.

– Куда?

– В фесс, – с раздражением повторил Джирран. – По-вашему – крепость.

Всадник кивнул, рассеянно поворачивая лошадь. За спиной у него висел лук, а к седлу был приторочен полный колчан стрел.

– У вас с собой нет собак?

– Нет, – протянул Кейсил. – А что?

– Мы пасем овец у реки, – объяснил всадник. – Ну, доброго вам дня.

– Подожди! – Джирран отпустил повод своего мула и шагнул вперед. – Что это значит, вы пасете овец? Кто вам позволил и что вы строите? Как вы смеете рубить в этих лесах?

Но житель низин, не удостоив его ответом, скрылся за холмом.

– Треклятое отродье… – Джирран разинул рот.

– Давайте не вмешиваться, – повторила Эйриз. – Род Тейва расскажет нам, что происходит.

– Может, они сдали это пастбище на лето жителям низин? – не слишком уверенно предположил Кейсил.

– С разрешением рубить и строить? – язвительно вопросил Джирран.

Кейсил дернул повод своего мула.

– Давайте послушаем, что скажет род Тейва.

Они замедлили шаг на длинном подъеме. Далеко впереди, раскалывая поросшие лесом горные лощины, возвышались голые пики, увенчанные снегами. Два длинных гребня заключали мелкую долину в защитные объятия. Крепкий каменный мост соединял берега стремительной реки, высоко несущей свою пену над каменистым руслом. На мосту, пиная ногами парапет, сидел одинокий страж.

– Серик! – Джирран бросил поводья Тейриолу и не оглядываясь побежал к сторожу. – Что происходит в нижней долине?

Пожилой горец сурово посмотрел на склон и оперся на рукоять топора.

– Жители низин, из Ущелья. – Он презрительно сплюнул изжеванный лист. – Появились через несколько дней после того, как вы отправились на юг. Думаю, они претендуют на всю землю вплоть до этого моста, считая, что тут никто не живет!

– Но это ваше зимнее пастбище, – запротестовал Тейриол.

Страж моста свирепо глянул на него из-под густых белоснежных бровей.

– Так пойди и скажи им это, юноша. Нас они не замечают, может, тебя послушают!

– А почему ты здесь, у моста, – Кейсил кивнул на топор, – с этим?

Горец тяжело вздохнул.

– У нас беда.

– Случилось что-то скверное? – Джирран воинственно насупил брови.

– Сквернее не бывает, – угрюмо ответил Серик. – Джедрез возвращался со своим парнем из дальнего леса, когда обнаружил всех этих овец, пожирающих сенокосные луга. Этот тип из Ущелья, он велел Джедрезу убираться, вы представляете, убираться с его земли. А Джедрез говорит: трахай, мол своих овец! Ну, житель низин хотел дать ему в зубы, но наш Джедрез первым ему врезал. За ними погнались, и тогда он велел парню натравить собак на этого ублюдка и его овец, поглядим, мол, как ему это понравится. А житель низин свистнул на подмогу банду воров. – Серик покачал головой. – О том, что было после, малый ничего толком не рассказывает, но, короче говоря, Джедрез оказался мертвым с ножом в спине.

– Ох, – огорченно воскликнула Эйриз. – Бедная Йеврейн! Могу я чем-нибудь помочь?..

Серик повернулся к женщине, его морщинистое лицо смягчилось.

– Она будет рада тебе, я ручаюсь. Шелтий прибыл утром, а в полдень они вынесли Джедреза, так что для нее это был трудный день.

– Как парень? – спросил Кейсил. Серик покачал головой.

– Тяжело это переносит, но его никто не винит. Как он, еще мальчишка, мог справиться со всей этой сворой? Ублюдки отстегали его кнутами!

Джирран и Тейриол разразились яростными восклицаниями, но Кейсил перекричал их:

– Хватит! Здесь от нас никакой пользы. Давайте доберемся до фесса и утешим их, чем сможем.

Они пересекли мост и вошли в длинную долину, где дикая красота деревьев и травы давно сгинула под безобразными грудами битого камня, а земля была изуродована рудниками, старыми и новыми. Несколько человек запруживали ручей, отводя воду в ряд каналов и желобов. Они прекратили работу, разглядывая новоприбывших. Бодрое махание Тейриола осталось без ответа, а мужчины вскоре вернулись к своему занятию.

Эйриз ударила каблуками пони и оказалась у ворот крепости значительно раньше остальных. Стена высотой в два человеческих роста была сложена из массивных, неправильной формы камней, пригнанных так, что даже лезвие кинжала не могло проникнуть между ними, лабиринт их стыков и углов озадачивал взгляд. Бдительные часовые ходили на зубчатой стене, и один, с копьем в руке, перегнулся через парапет, чтобы окликнуть женщину. Эйриз встала в стременах, и когда подошли Джирран и остальные, мощные ворота уже открылись как раз настолько, чтобы впустить по одному вереницу мулов. Кейсил повел своих подопечных через сужающийся туннель, образованный толщей стены.