Нескорая помощь или Как победить маразм - Михаил Орловский

Очередной уличный вызов на «03». Бригада с врачом и фельдшером оперативно собирается и едет по начертанному адресу. Прибыв на место и осмотрев клиента, асоциального элемента а-ля бомж, закемарившего на автобусной остановке, они его будят. Долго будят. Затем, путём расспроса и анамнеза, выясняют, что помощи медицинской ему не надо, а проблема лишь в заправке желудка. Фельдшер отзванивается по рации и получает свежий посыл к бабуле с головной болью. «Что-то знакомое, — думает фельдшер и тут же мочалит себя по лбу: — Это же постоянная клиентка».

— Виктор Степанович, — обращается он к врачу. — Купчинская, десять. Пациентка Дурикова.

— А-а-а, — протягивает доктор, который уже почти сел в машину. — Это та бабуленция, которая дёргает «скорую» по три раза в сутки, принимать лекарства отказывается, а участкового терапевта из поликлиники ей ждать целый день не хочется — ведь приедет «скорая» и быстро излечит всю её хворь?

— Да, она-она, — скороговоркой кивает фельдшер.

— М-м-м, — задумчиво чешет подбородок доктор. — Только я хочу сказать, не в этот раз. Нет уж, господа, мы попробуем другие источники целительства.

С этими словами врач выпрыгивает обратно и возвращается к остановке. Несостоявшийся клиент продолжает дремать, но просыпается буквально сразу после легкого сотрясения плечевого сустава.

Растормошив бомжа и поинтересовавшись, действительно ли он настолько категорично голоден, что готов на подвиги, доктор обещает накормить несчастного за крошечную услугу. После сего медики сажают «товарища» в машину и едут по зачитанному диспетчером до боли знакомому адресу. В пути следуют короткие инструкции. Рисуется нехитрый план действий. Незадолго до финиша врач расслабляется: механизм приведён в действие.

Итак, приехали. Высадились. Врач поднимается с бомжем на нужный этаж, ставит последнего (во всех смыслах) перед дверью, а сам спускается на несколько ступенек вниз. Бомж давит на звонок.

— Кто там? — интересуются за дверью.

Асоциал молчит. Через непродолжительное время он вновь теребит звоночек. Бабуля, насмотревшись в глазок, дверь открывать совсем не желает. Названивание продолжается ещё минут пять, но по ту сторону дураков нет. Доктор связывается по рации с подстанцией и заявляет, что бригада торчит у двери, звонит в чёртов звонок, слышит шевеления, но ни одна душа дверь не открывает. Диспетчер возмущённо набирает бабулин телефон и наезжает: «Вы там, женщина, уже совсем?» Мол, медики клюют в дверь, издеваются над звонком, а ей щеколду лень передвинуть. Меж тем бомж достойно следует инструкциям, продолжая терроризировать квартиру. Старушка мнётся, мечется меж дверью и телефоном, ужасаясь около первой и краснея от слов диспетчера у второго. Такое безобразие продолжается ещё минут пять. Пенсионерка вовсю идёт на износ, ведь челночный бег на дистанции «входная дверь — стационарный телефон» ей даётся нелегко. В итоге, вымотав себя морально и физически и напрочь забыв про головную боль, она сама набирает избитые «0» и «3». После категорически отменяет вызов. Через две минуты доктору по рации сообщают, что бабуля резко и бесповоротно поправилась. Можно ехать домой.

Дав знак бомжу, доктор достал из сумки литр молока с булкой.

— Заработал, — констатировал медик и вручил продукты оголодавшему помощнику.

Псевдодоктор взял провиант и, довольный, уселся на подоконник.

Медработники отправились домой, на подстанцию.

Вызов № 75 КАК ПОБЕДИТЬ МАРАЗМ

Пациент отказался от вскрытия.

Разумеется, метод с использованием опустившейся, грязной и пахнущей личности, прозванный впоследствии как «медик на замену», вещь достаточно эффективная, но, к сожалению, отнюдь не панацейная. Через какое-то время клиент приходит в себя и вновь звонит эскулапикам. Вот как лечить подобное? Бомжа-то постоянно с собой таскать не будешь. Да и молоко нынче недёшево стоит. Нет. Здесь требуется что-то понадёжнее. Настолько надёжное, чтобы, как говорится, раз и навсегда. Как, например, способ, изобретённый нашим главным товарищем, академиком всей «скорой помощи» и смежных медпунктов, несравненным дядей Славой Здобриковым.

Утро на подстанции. Тишь да гладь. Пик ночных вызовов растворился в рассвете, а дневные пациенты пока ещё спят. Поэтому у медработников есть в запасе полтора-два часа, дабы прийти в себя, попить кофе и заполнить необходимую (для начальства) документацию. Дядя Слава только что отзавтракал и теперь решил хоть немного почитать. В коридоре, ведущем в комнату отдыха, он столкнулся с начальником. Лицо последнего оказалось одето в маску раздражения и бешенства.

— Забирай своего водилу-чертилу к ядрёной матери! А то я его ненароком прямо здесь введу в искусственную кому, — прорычал заведующий яростно.

— А в чём, собственно, дело? — удивился наш товарищ, которому только на работе не хватало маразматических проявлений.

— Собака криволапая. Что б ему столько жратвы в глотку засунули! — Завподстанцией уже начинал бурлить. — Ну кто его, дебилоида, просил?

Дядя Слава, отключивший головной мозг до начала первого вызова, постепенно начал сознавать, что речь идёт не о чём ином, как об аквариуме. И млад, и стар на подстанции знал, словно молитву, тот факт, что начальник Владислав Артурович является беспрецедентным фанатом-рыбочником. У него даже и фамилия соответствующая была — Карасёв. Исходя из оного, исключительно наивысшая каста медучреждения могла подойти к огромному столитровому аквариуму, стоявшему в просторной водительской кухне, и посыпать малую щепотку сухого корма. Придерживаясь самых строгих правил трясущегося поблизости заведующего, разумеется.

— Полбанки вбухал! Ну не затупок? — Карасёв перешёл на морскую терминологию. — Спрячьте его от меня подальше, не то вызывать «скорую» придётся к нам!

И начальник в десятый раз стал рассказывать всем желающим (а попутно и нежелающим), как нерадивый водитель чуть не уморил его ненаглядных жаброносцев, всыпав им половину банки сухого корма. Виновный, стоявший чуть поодаль в коридоре, пытался оправдываться, но меч правосудия хлестал жёстко. Очевидно, самого инцидента Карасёв не видел, но природным нюхом сразу догадался, как далёкий от ихтиологии подчинённый, вместо того чтобы двумя пальцами схватить щепотку, потряс над аквариумом целой банкой. Результат — это порядочный кусок слежавшихся циклопов и дафний, осуществивших массовое купание.

— Уйди гнида, а то зашибу! — не мог урезониться начальник, бросив вслед за криком пару молний в сторону водителя.

— Владислав Артурович, — невозмутимым голосом обратился к заведующему дядя Слава. — Ну что вы из-за мелочи орёте, как на пожаре? Максимум, что грозит вашим рыбкам, так это несварение. Сделайте клизму там или альмагельчиком попоите. Ситуация не критическая. А вот от ваших визгов невроз может накрыть всю подстанцию. И здесь, я вас уверяю, последствия будут более печальные.

Оставив заведующего с открытым (но молчащим) ртом, уставший Славик не стал дальше ожидать развития ситуации, а прямо пошёл к диспетчерской. Душа чуяла, первый вызов должен быть маразматическим. Так случалось всегда, когда утром разлетались крики Карасёва. Примета. Вот и сейчас академик сразу пошёл узнавать: кому уже там не терпится, дабы выложить все идиотские идеи на него.

В диспетчерской даже удивились.

— О-о-о, на ловца и зверь бежит, — радостно воскликнули коллеги. — Вячеслав Алексеевич, вам вызов. Наша постоянная клиентка с Космонавтов.

— С Космонавтов?

— Да, та пенсионерка, которая достала всех настолько, что даже родной сын из её «трёшки» сбежал.

— А-а-а, начинаю припоминать, — дядя Слава взял бланк вызова. — Я, похоже, у неё давно не был.

— Да. Целых две недели, — подтвердили в диспетчерской.

— Чё это? — с лёгким сарказмом удивился наш товарищ. — Откуда такой гуманизм?

— Интерны, — сухо констатировали коллеги, дав понять академику, что ничего личного. — Двухнедельный цикл. Как обычно. Их и посылали.

— Ясно, — выдохнул наш эскулап, выходя обратно в поисках водителя. Последний сидел на кресле вблизи пожарного крана, сливаясь с рядом стоявшим папоротником. Без прицельной концентрации взгляда обнаружить провинившегося антирыбочника не позволялось никоим образом.

— Антоныч? — голосом пошарил по коридору дядя Слава. — Где ты?

Кусты шевельнулись, и мимикренец Сергей Антонович отделился от растения. Взглянув на нашего товарища, он сразу понял, что больные зовут. Отлично. Значит, какое-то время не нужно будет прятаться от сумасшедшего заведующего и его маниакального желания кого-нибудь отпрепарировать. Проследовав за дядей Славой, водитель занял законное место за баранкой, и они тронулись в путь.