Ты задолжал мне любовь (СИ) - Эмилия Иванова

За чайным столом остались только мы с Яковом.

.

Глава 489. Опасный маневр (часть 10)

Лицо мужчины было холодным и безразличным.

Он учтиво налил мне чай, посмотрел на меня и спросил:

— Хочешь вернуться в Россию?

Я была немного удивлена, поднесённая ко рту чашка с чаем дрогнула в моих руках. Поколебавшись мгновение, я сделала глоток чая и сказала:

— Я подумаю!

Яков кивнул и улыбнулся, все еще сохраняя холодный вид, снова налил мне чаю и произнёс:

— Завтра я поеду в Западную Европу. Если хочешь, можешь поехать со мной.

Я была ошеломлена на мгновение и неосознанно ответила:

— Теперь не так просто уехать.

Он нахмурился:

— Не волнуйся, Кхайн у меня в долгу, он ничего тебе не сделает.

Все не могло быть так просто. Поскольку между Кхайном и Русланом была вражда, оставить меня здесь было гораздо важнее.

Несмотря на особое расположение Якова, он мог сделать другой выбор.

Увидев, что я молчу, Яков заговорил:

— Эмилия, тебе просто нужно сказать мне, хочешь ли ты уехать. Если ты хочешь уехать, я найду способ, чтобы решить этот вопрос с Кхайном.

Я помедлила:

— Уехать должна не только я, но и мои подруги!

Мужчина сделал паузу, выглядя так, будто попал в затруднительное положение.

Я знала, что у него была возможность забрать меня, но увезти пять девушек одновременно было уже не так просто, да еще и рискованно.

Увидев, как он, смутившись, нахмурился, я улыбнулась и сказала:

— Господин Ефимов, я ценю Вашу доброту.

— Ладно, я заберу с собой всех!

Когда Яков говорил, его взгляд были твёрдым и уверенным. Я замерла, находясь в небольшом недоумении:

— Что ты имеешь в виду?

Яков поставил стакан с водой на стол и сказал:

— Я возьму всех твоих подруг. Я пришлю человека, чтобы забрать вас завтра.

Я была немного ошеломлена. Мне казалось, что он говорил это не в серьез, поэтому я смотрела на него с недоверием.

Он слегка улыбнулся, прочитав эмоции на моем лице:

— Если кто-то из семьи Ефимовых хочет что-то сделать, и это действительно важно, он делает это. Поскольку я действительно хочу забрать тебя, я хочу, чтобы ты сопровождала меня, поэтому не отказывай мне в моей доброте.

Я была озадачена, хотя я не знала, какие отношения были между ним и Кхайном, но какими бы хорошими они ни были, если он вот так заберет меня, это неизбежно приведет к конфликту между ними. Но если дружба между ними была не такой тесной, и он вдруг увезёт меня, боюсь, что он будет мстить. Как ни крути, ничем хорошим это не закончится, и очевидно никакой пользы ему не принесёт.

— Я хочу знать причину! — После секундного колебания я посмотрела на него и произнесла, чувствуя подвох

Он поднял брови и посмотрел на меня:

— Если я скажу, что испытываю к тебе чувства, ты поверишь?

— Не поверю!

Мы не семнадцатилетние подростки. Откуда взяться столь сильным чувствам? Кроме того, я в чем-то похожа на него. Я не считаю себя первой красавицей и что каждый может влюбиться в меня с первого взгляда. К тому же, во взрослом мире, кто вообще влюбляется с первого взгляда?

Яков слегка улыбнулся, и холод на его лице рассеялся:

— Эмилия, для женщины действительно нехорошо быть слишком здравомыслящей, ты можешь быть по-настоящему сбита с толку. Ты лучше, чем кто-либо другой, знаешь, что ты из тех, в кого влюбляются!

Я поджала губы. Я не находила его слова трогательными. Я просто почувствовала сильный озноб. Через некоторое время я сказала:

— Господин Ефимов, надеюсь, Вы можете сказать правду.

Яков кивнул:

— Помнишь нашу первую встречу, где это было?

— На Всехсвятском кладбище!

Мужчина кивнул и пристально посмотрел на меня:

— Перед могилой бабушки Зины Афанасьевой!

Он знал имя моей бабушки, я не удивилась, просто посмотрела на него и спросила:

— Ну и что?

Когда я пошла к бабушке на родительский день, тогда я встретила Якова. Хотя у меня были сомнения в моем сердце, я не придала этому большого значения. Позже меня чуть не увезли с кладбища. Он предложил помощь. Я думала, что он просто был добрым человеком.

Но если подумать об этом сейчас, все могло быть не так просто, как я предполагала. В этом мире не бывает таких совпадений.

— Я хочу шкатулку из сандалового дерева, которую оставила для тебя бабушка, — произнеся, он посмотрел на меня глубоким и холодным взглядом.

Я невольно замерла и посмотрела на него, нахмурившись:

— Эта шкатулка «Аликс и Ники», откуда Вы знаете, что она у меня?

Он улыбнулся:

— Я выяснил это! — кратко и ясно выразился он, больше ничего не добавив.

Само собой разумеется, что я не могла так легко отдать ему эту шкатулку, ведь она была оставлена моей бабушкой, но если взамен предложено пять жизней и благополучие Руслана, то это того стоило.

Я кивнула:

— Хорошо!

Яков слегка улыбнулся, довольный встал и сказал:

— Ложись сегодня пораньше, завтра рано вставать!

Я кивнула, и когда я хотела сказать ещё кое-что, Кхайн уже спускался с лестницы позади меня.

— О чем вы говорили? Господин Ефимов! — заговорил Кхайн, его глаза сузились, и взгляд упал на меня.

Затем Кхайн в открытую обсмотрел меня и сказал без всякого снисхождения:

— Хотя у неё хорошее телосложение, тонкая талия, большая грудь, черты лица ничего такие, но у неё шрамы, ее нельзя назвать первой красавицей. Что ты в ней нашёл?

Это было сказано Якову.

Яков слегка окинул меня взглядом и улыбнулся:

— Любят не за красоту, а за душу.

Кхайн фыркнул и сел на стул, глядя на меня прищуренными глазами. Он произнёс:

— Философия русских мужчин!

После этого мне было неудобно оставаться дольше, поэтому я развернулась и пошла наверх, думая о словах Якова. Если он действительно сможет забрать нас, то это большое везение.

После того, как я снова увидела Тамару и других, их цвет лица стал намного лучше, но Тамара был едва в сознании. Она притянула меня, и увидев, как в моих глазах блеснули слезы, она сказала:

— Я хочу домой.

Мне стало грустно, я кивнула несколько раз подряд.

Другие девушки также чувствовали себя лучше, но их лица все еще были бледны. Проведя столько времени в этом отвратительном месте, нормальный человек сошел бы с ума.

Кхайн редко бывал на вилле, вероятно, потому, что боялся смерти, поэтому был особенно осторожен, появлялся и исчезал как по волшебству.

Тхун и Танвэй были такими же: много раз, когда я думала,