Ты задолжал мне любовь (СИ) - Эмилия Иванова

— Ааа!!!

Раздался душераздирающий крик Руслана:

— Хватит!

На какое-то время изначально шумная обстановка стала необычайно тихой.

С меня капала кровь, половина моей руки онемела, я чувствовала лишь то, как боль поглощала меня

Проступил холодный пот, и когда я посмотрела вниз, обнаружила, что моя рука была окрашена в кроваво-красный цвет.

Это чувство встречи со смертью было ужасным и мучительным.

Я подняла глаза, чтобы посмотреть на Руслана, его красивые глаза были окутаны пеленой, он смотрел на меня с неописуемой тревогой и страхом в глазах. Впервые я увидела его в таком уязвимом положении.

— Руслан, дай мне уйти, или я заберу ее с собой в могилу! — Кхайн приставил к моей голове пистолет, его голос был холодным и ужасающим.

Руслан сузил глаза, которые уже были под смутной пеленой, его голос был низким и холодным:

— Отпусти ее, и я сохраню тебе жизнь!

— Ха! — Кхайн усмехнулся. — Ты думаешь, я тебе поверю?

Руслан, казалось, сдерживал свой гнев. Если бы он мог убить Кхайна в этот момент, он бы разорвал его на части.

Но Руся сдержался и на некоторое время замолчал, затем сказал:

— Отпусти ее, я буду твоим заложником.

— Нет! — воскликнула я хриплым голосом.

У моего уха раздался высокомерный смех Кхайна:

— Руслан, я думал, что ты способен устоять перед чем угодно, но оказалось, что это не так. Кажется, что это правда, когда говорят, что красота может свести с ума.

Руслан слегка прищурил глаза и приблизился к нам.

«Бах!» — раздался резкий звук.

Кхайн был в ярости:

— Руслан, не двигайся, если не хочешь, чтобы она умерла, ее жизнь намного важнее твоей, я не поменяю ее на тебя. Тебе лучше отпустить нас побыстрее, иначе я не гарантирую, что она не истечет кровью.

Руслан стоял как вкопанный, его взгляд упал на мою уже онемевшую руку, на земле была лужа ярко-красной крови, особенно режущая глаз. Он поджал губы, почти не раздумывая, сказал:

— Дайте им уйти!

Захар, который был готов убить их всех, был ошарашен, недоверчиво посмотрел на Руслана и ошеломлённо произнёс:

— Господин, это наш единственный шанс…

— Дайте им уйти! — Руся снова повторил, его взгляд упал на меня, он был наполнен неописуемой болью.

Кхайн крепко схватил меня и настороженно пошел к другой стороне дороги. Видя, как Руслан заставил всех убрать оружие, его смех становился ещё более безумным. Он бросил меня в машину, за рулем был Танвэй, который быстро увёл машину.

Кхайн прищурив глаза, сосредоточился на меня, улыбнулся и сказал:

— Госпожа Афанасьева, вы нам очень помогли!

Я поджала губы и свирепо посмотрела на него, от потери крови у меня закружилась голова.

Мужчина улыбнулся и посмотрел на Танвэя, который был за рулем:

— Вези нас к Леону!

Танвэй хотел что-то сказать, но, кажется, заметил кровь на моей руке, слегка нахмурился, кивнул и ничего не сказал.

— Нас все еще преследуют! — Танвэй посмотрел в зеркало заднего вида и произнёс.

— Избавься от них! — Кхайн открыл рот, сделал паузу, его взгляд обратился на меня, он внезапно усмехнулся и изменил свои слова. — Раз уж Руслану так нравится гоняться за нами, пусть он продолжает преследование, наматывай круги по городу. Это все ради забавы, на кону всего лишь чья-то жизнь.

Это явно было сказано мне, ведь кровь до сих пор лилась из моей руки. Я уже потеряла слишком много крови, и у меня было небольшое головокружение, потеряв силы, я прислонилась к окну машины, к мозгу переставал поступать кислород.

Танвэй несколько раз обернулся, посмотрел на меня и, нахмурившись, предупредил:

— Господин, боюсь, что она умирает!

Кхайн, который сидел с закрытыми глазами, чтобы прийти в себя, открыл глаза и бросил на меня равнодушной взгляд:

— Хвост все еще следует за нами?

Танвэй оглянулся и слегка покачал головой:

— Кажется, они не последовали за нами.

— Ха! — усмехнулся Кхайн, — Какая скука, едем к Леону!

Танвэй изменил свой маршрут и не стал возвращаться на виллу, а отправился в другое особенно секретное место.

Я потеряла сознание в машине. Когда я снова очнулась, я отказалась под белым одеялом и в совершенно незнакомой обстановке. Боль в руке, казалось, начала отступать, я попыталась пошевелиться, но не смогла.

После нескольких попыток я покрылась холодным потом и сдалась. В горле немного пересохло, видимо из-за того, что я долго не пила воду. Краем глаза я увидела стакан с водой на столе и потянулась за ним, но безрезультатно.

Чья-то тонкая рука с четко очерченными костяшками пальцев вдруг взяла стакан, я застыла и бессознательно огляделась.

Когда я встретила взглядом это холодное лицо, я оцепенела на мгновение, а затем воскликнула:

— Яков! — Мой голос охрип, произнеся лишь его имя, мое горло пронзила сильная боль.

.

Глава 487. Опасный маневр (часть 8)

Ефимов Яков кивнул, и на его холодном лице появилась слабая улыбка, а затем он сказал:

— Хочешь выпить воды?

Я кивнула:

— У меня болит горло!

Он сдвинулся, сел на край кровати, а затем помог мне подняться и опереться на него.

Я нахмурилась, инстинктивно желая отказаться, он вдруг заговорил, голос его был холодным и безразличным:

— Ты больна, не думай слишком много!

Я оцепенела, не в силах среагировать, поэтому мне пришлось повиноваться ему, он поднес стакан с водой к моему рту и дал понять, что я могу пить.

Сделав несколько глотков, я сказала:

— Хватит, спасибо! — Моему горлу стало легче.

Яков поставил стакан с водой и осторожно положил меня обратно на кровать. Его взгляд снова упал на меня, и он спросил:

— Хочешь есть?

Я покачала головой:

— Я не голодна!

Он приподнял брови и молча сел в стороне.

У меня в голове было много вопросов, и я не могла не спросить:

— Господин Ефимов, почему Вы здесь? Вы знакомы с Кхайном?

Яков поднял глаза, чтобы посмотреть на меня, выражение его лица было спокойным и безразличным, он ответил:

— Да, это частная больница семьи Ефимовых.

— Семьи Ефимовых? — Некоторое время я находилась в сомнениях, затем спросила. — Семья Ефимовых из Москвы? Или?

Он поднял брови и сказал:

— Семья Ефимовых, которая спасла тебе жизнь.

Я на мгновение остолбенела, посмотрела на него и еще больше озадачилась:

— Почему меня нужно спасать?

— Нет причин, — сказал мужчина, его глаза были холодны. — К тому же, это нельзя назвать спасением, в этом нет ничего особенного.

Я нахмурилась:

— Вы нашли меня в Миккели, это можно считать спасением!

Он слегка улыбнулся, мужчина был красив, и его улыбка была особенно ослепительна:

— Ты забыла, что обещала мне,