"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Барон Алексей Владимирович

— Все у них не так, — нарушил тишину Трев, — у колдунов у этих. Вот сказала бы, сколько стоит. Заплатили бы, и никаких проблем. Нет же. Ей надо было честным людям настроение испортить. Эх, не возьмут меня в инквизиторы. Я бы хворосту для нее не пожалел.

— Разве благородные рыцари так поступают? — Сэм вытянулся у огня, заложив руки за голову. — Она же, помимо всего прочего, женщина. Рука не дрогнет?

И завязался спор на полночи о том, что достойно рыцаря, а что нет. Под жаркие речи Кассия погрузилась в вязкий сон.

Глава вторая,

в которой Саймон приходит в ярость

Костер потух. Вялый рассвет едва-едва проклевывался на горизонте. В теплом воздухе пахло дождем. Парням явно полегчало: они дурачились и смеялись, но Кассия по-прежнему не могла выкинуть из головы проклятое кольцо. «Блажь», — сказал бы Саймон и был бы прав. «У тебя сроду не было ни одной такой безделушки, и не умерла, — уговаривала себя девушка. — Вот далось же».

— На чем вчера порешили? — зевнула она.

— Каждый при своем остался, — бросил Трев, но Сэм как-то странно улыбнулся.

— Сразу колдуну посылочку снесем? — задала она второй тревоживший ее вопрос.

— Ты с ним знаешься, ты и неси, а я мракобесами сыт по горло, — признался Тревор. — Представляю, как папаша твой взбесится, если кто ему донесет о нашем приключении.

— Ты не донесешь, значит, больше некому, — огрызнулась Кассия.

Трев отпрянул. Он переменился в лице и побледнел.

— Что с тобой? — хрипло спросил парень. — Какая-то ты… не такая.

— Обычная… — Она сунула озябшие руки в карманы.

— Не скажи, — нахмурился тот. — Ведьма напугала? Ну, хочешь, мы вернемся к Виллоу, не с тобой, а с парнями, и прикончим заразу?

— Дурень, — процедила сквозь зубы девушка. — Запрещаю тебе ходить к ней без меня.

Тревор с детства сыпал идеями, но большинство из них, к счастью для всех, никогда не претворялось в жизнь. Он много и увлеченно говорил, даже размахивал руками, но дальше дело не шло. Для действий ему обычно не хватало самой малости — цели. Трев, способный свернуть горы, не представлял — зачем.

До города добрались без приключений. Когда лес кончился, друзьям открылась потрясающая картина: небо, словно рассеченное надвое. С одной стороны еще светило солнце, порхали бабочки, играли яркие краски. А с другой — неумолимо надвигалась черная туча. Косматая и громадная, она ползла вперед, накрывая своим брюхом землю. В плотных клубах мелькали белые всполохи.

— На что похоже? — Глаза Тревора блестели от возбуждения.

— На тучу, — пожал плечами Сэм.

— А я вижу там черных коней, они в мыле несутся на нас, высекая искры копытами! — продолжил тот.

Кассию восхищала привычка Трева замечать чудесное в самых простых вещах. Он часами мог валяться в траве с белым, как снег, одуванчиком и плести небылицы про сказочный город, притаившийся в пушистом шарике. Тревор на ходу выдумывал басни про говорящих зверей и рыб, про фей, исполняющих желания и насылающих чары, про владык далеких земель, которых нет и в помине. Эти истории заставляли Кас смеяться и плакать, а Сэма — скептически морщить нос.

— Шире шаг, братцы, — посоветовала девушка — Не то эти кони нас растопчут.

— В смысле? — Трев с трудом отвлекся от фантазий.

— В смысле, не желаю мокнуть под дождем, — отрезала она.

Парни предложили подруге сперва переодеться, чтобы колдун по ошибке не принял ее за разбойницу. Слишком много лихих людей шастало по округе. И не мудрено. До самых отдаленных уголков Империи долетали невеселые новости. Ну, что где-то там аристократы сплошь и рядом предают друг друга, никого не удивляло. Особенно когда император Демосфен слишком слаб, чтобы стукнуть кулаком по столу. Так, во всяком случае, считал Саймон. Потом поползли слухи, что нашелся похищенный Утер и что именно он теперь станет править Империей. Отец посмеивался: «Плохи наши дела, если на троне сопляк голубых кровей». А потом и вовсе неразбериха началась.

«Пока у нас в достатке сушеное мясо, пока не заржавели наши мечи, мы будем служить барону Седрику. — Заводя такие речи, Саймон обычно уже едва ворочал языком от выпитого. — Ему всяко виднее, под чьими знаменами идти в бой». Только ни в какой бой сэр Седрик не шел. Фальвик — глухая восточная окраина Империи на самой границе Эльфийских лесов. Из местных достопримечательностей неподалеку располагались разве что развалины легендарного Альмарейна — города единения всех разумных рас. Кончился мир, исчез и Альмарейн, и даже его руины почти слились с многострадальной землей Невендаара. Предкам барона до сих пор удавалось сохранить самостоятельность по отношению к Фергалу, и Седрик не собирался изменять их заветам. Он всячески оберегал свои земли перед нестроением, охватившим Империю. Воины барона вязали чужаков, площадных болтунов и смутьянов, бросали их в подземелье, особо рьяных — вешали. «Мы маленькие, но независимые», — гордился отец.

Кассия уже видела однажды Сэра Седрика близко-близко. Ему тогда четырнадцать было. На охоте Седрик упал с коня и повредил колено. Крошка Кас по приказу Саймона промывала рану юного барона. Сэр Седрик сидел на пне, подвернув штанину, и смотрел, как капли крови сбегают по голени в сапог. Мальчик не расстраивался, скорее злился на старое дерево с выступающими корнями. Кассия помнила, как стояла на коленях перед Седриком с мисочкой теплой воды и тряпкой. И как тот стиснул зубы от боли, помнила тоже. С тех пор отец отсылал дочь подальше, когда господин приезжал поохотиться. Кас искренне не понимала, почему.

У самого дома Кассия услышала жалобный крик сокола. Тут бы насторожиться, но девушка попрощалась с друзьями и переступила порог. Тетка ждала ее возвращения, сидя впотьмах.

— Вернулась, шельма — Присцилла грубо вытолкала ее на середину комнаты и захлопнула дверь. — Бандитка окаянная. Признавайся, кого на этот раз ограбила!

— У меня и первого-то раза не было отродясь, — справедливо возразила девушка.

— А золото откуда? Я все нашла! — торжествовала та.

Над крышей громыхнуло. Обещанная гроза рвалась в дом. Кассия таращилась в темноту, пытаясь разобрать, мерещится ли ей тень у стола.

— Отвечай старшим как положено, дочка. — Саймон высек кресалом искру, раздул трут и раскурил трубку.

— Свои деньги заработала честно. — Она расправила плечи.

— Честно — это как я, в поте лица. — Отец пыхнул трубкой: слабый свет тлеющего табака выхватил из мрака усы, бороду и кончик носа. — За что же нынче так щедро платят?

— За доставку, — с вызовом произнесла Кас.

— Продолжай, — кивнул тот.

— Уплачено вперед, — замялась девушка. — Ты ж всегда говорил: золото — это золото. Один заезжий старик попросил Виллоу навестить, чтобы вещи свои у нее забрать.

— К Виллоу послал? Старик, значит? — Саймон рассвирепел.

Он хватил об пол трубкой так, что табак разлетелся рыжими искрами, а тетка взвизгнула и бросилась в кухню сперва за водой — искры табачные залить, потом за тряпкой, чтобы убрать лужу.

— Батюшки, матушки! — причитала она, зажигая подсвечник на грубо сколоченном столе.

Желтоватый, колеблющийся свет залил просторную, в три окна, комнату с высоким камином, несколькими трехногими табуретами, лавкой у стены и головой кабана над нею, охотничьим трофеем Саймона. Лесничий взял дочь за волосы и тряхнул. На глаза у Кассии навернулись такие крупные слезы, что даже густые ресницы не смогли их удержать.

— Вымахала, лошадь. Ума только не набралась, — уже спокойнее сказал отец, заставляя дочь вытянуться в струнку. — Свою голову к плечам не приставишь, значит, остается только придурь выбивать. Бестолочь. Ведьма эта Виллоу. Тихая, не злобная, но все же. На цепь тебя сажать, что ли?

— А с посылкой что делать? — Девушка балансировала на носочках.

— Она еще и дрянь в дом притащила! — Саймон снова тряхнул дочь за волосы.

— Там не дрянь. Ларчик запертый, — сквозь зубы процедила Кассия.

— Ларчик, — хмыкнул тот и разжал кулак. — Тут в лесу двух путников волки подрали. Прихожу спросить, как дочь, а мне в ответ новости о тебе и старом маге. Что прикажешь думать? — Отец опустил девушку, и та с облегчением вздохнула.