'Фантастика 2025-140'. Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

ее волнение. — Я просто проведу с ними серьезную беседу. Масштабы неприязни, которые галаардцы испытывают к беженцам, уже переходят всякие гуманные нормы. Еще немного, и здесь начнутся гонения, подобные тем, что случились пять лет назад в Освении. А это недопустимо.

— Совершенно с Вами согласна, — закивала Марина. — Местные жители очень агрессивно настроены к моим воспитанникам. Сегодня даже приходили с вилами и факелами. К счастью, благодаря Ксавьеру, обошлось.

Марина указала на своего спутника.

— Приятно познакомиться, Ксавьер, — сказал старик и протянул руку.

«Вот ты и еще раз налажала, — хмыкнул внутренний голос. — Спутников, вообще-то представлять полагается. И полным именем, а не просто „Ксавьер“, как пацанчика на побегушках».

Марина смутилась и покраснела. Действительно, ее очень удивило, что хозяин дома все это время общался только с ней, как будто игнорируя Ксавьера. Видимо, согласно местному этикету, пока человек не был ему представлен, заводить с ним разговор было не принято.

Но мужчины уже и сами справились. Они пожали друг другу руки, и господин Гарден принялся беседовать теперь уже с Ксавьером:

— У меня такое чувство, что я Вас уже видел прежде, — сказал он.

— Вы приходили к нам на праздник после Алхимических Игрищ, — напомнил Ксавьер.

— Нет, мне кажется, я видел Вас еще раньше, — подумав, сказал старик, внимательно оглядывая собеседника. — Впрочем, может быть, все дело в том, что Вы напоминаете мне одного старого друга — почтенного лорда Аурелия Брефеду. Вы ему, часом, не родственник?

— Я его сын, — коротко ответил Ксавьер. — И я тоже помню Вас: Вы были у моего отца на празднике нового года шесть лет назад.

— О, — искренне удивился мужчина. — Ксавьер Брефеда. Я Вас не узнал, простите. Вы так изменились за эти годы: возмужали, посерьезнели. И эта борода… Вы с ней так не похожи на себя прежнего. Ну, что ж. Говорят, если Вас не узнали — это к богатству.

Ксавьер сдержанно улыбнулся. Марина поняла, что именно этого он и опасался — что его узнают. Возможно, потому и бороду отпустил. Пасть из уважаемых лордов на самое дно социального колодца не так страшно, как сделать то же самое, но у всех на виду. Однако, теперь было уже поздно что-либо менять.

— А что же мы стоим? — спохватился хозяин дома. — Вы, наверное, устали с дороги? Давайте присядем и побеседуем.

И он жестом показал в сторону диванчиков, от которых к ним и пришел. Ксавьер молча подал Марине руку, она смущенно за нее ухватилась, и вся компания двинулась следом за хозяином.

На диванчиках уже сидели какие-то важные мужи. Господин Гарден представил их, но Марина не запомнила ни одного имени. Она вообще сомневалась, что имеет право с ними говорить: мужчины выглядели очень представительно и поглядывали на нее свысока, а на магиков не глядели вовсе, делая вид, что тех нет.

Ради знакомства все поднялись со своих мест, а когда пришло время садиться обратно, возникла одна проблема: все не помещались. Однако эта проблема быстро решилась: важные мужи извинились, заявив, что еще хотят кое с кем побеседовать, откланялись и ушли. Господин Гарден поджал губы, и Марина поняла: это был еще один жест протеста против магиков, только очень культурный и вежливый. Даже не жест, а легкий намек.

«У, ты начинаешь понимать намеки, — подколол ее внутренний голос. — Гляди, еще светской львицей заделаешься. А что? Поместье — есть, аристократы в доме — есть. Можешь свой салон открывать, как у Гарденов».

Марина не ответила.

Они расселись. Подошел лакей с подносом, и все взяли по бокалу. Между Ксавьером и господином Гарденом завязалась беседа в стиле «Ах, какие были времена». Точнее, это был почти полностью монолог господина Гардена, а Ксавьер лишь кивал время от времени, да односложно отвечал на вопросы старика. Впрочем, и неудовольствия не выказывал, только отсутствие интереса.

Зато Марине моментально стало скучно. Господин Гарден, как человек деликатный, старательно обходил все «острые» темы и политические события, которые хоть как-то касались семьи Ксавьера. А слушать про то, какой хлеб пекли на какой-то там улице, да какими вещами восхищался старик во время визита в столицу Освении, Марине было неинтересно. К счастью, она почти сразу заметила в дальнем углу зала Алисию и, извинившись, поспешила туда.

Глава 14

Девушка стояла с бокалом вина в компании молодых людей и, судя по виду, принимала комплименты. Но по улыбке, наклону головы и легкому отстранению Марина поняла: парням не светит, и девица просто выслушивает их, чтоб не обидеть.

— Добрый вечер, — поздоровалась Марина.

— О, госпожа Калинина! — искренне обрадовалась девушка. — Вы все-таки пришли!

Она ловко выскользнула из почти сомкнувшегося вокруг нее кольца молодых людей и неожиданно набросилась на Марину с объятиями. Впрочем, причина такого ее поведения сразу стала ясна:

— Дорогая, спасите меня от этих болтунов, — зашептала девушка ей на ухо. — Сил больше нет их слушать.

Марина усмехнулась и, как только Алисия ее отпустила, повернулась к молодым людям:

— Господа, извините, но я собираюсь украсть у вас эту юную леди, — сказала она.

Мужчины издали шутливый стон разочарования, но спорить не стали и отпустили девушку с миром.

— Спасибо, — с улыбкой сказала Алисия, беря Марину под руку и ведя ее в сторону эркера, в котором из всей мебели были только узкие скамьи, а потому популярностью это место не пользовалось. — А где же Ваши девочки и чемпионы?

— О, они там, возле… — Марина обернулась, чтобы указать на диванчики, где она оставила магиков, но там были только Ксавьер и господин Гарден.

Марина ощутила, как в ее кровь стремительно поступает адреналин, и зашарила взглядом по помещению, отыскивая потерянное. Неужели уже успели что-то натворить? Она же всего на минуту отошла!

— Ах, вон они, у закусок, — первой отыскала пропавших Алисия и расплылась в улыбке. — Такие милые…

Марина тоже, наконец, обнаружила ребят. Но насчет «милых» могла бы поспорить. Уильям больше заслуживал эпитета «заносчивый», Флокси с Касси подошло бы определение «восторженные», а Леам… Ну, Леам, да, пожалуй, что и милый. Ребята осторожно, неловко косясь по сторонам, уничтожали горку пирожных. И, зная их аппетиты, Марина подозревала, что к концу вечера закусок на столе не останется вовсе — ни сладких, ни соленых.

— Ладно, не будем их смущать, — улыбнулась