ИНЫЕ МИРЫ, ИНЫЕ ВРЕМЕНА. Сборник зарубежной фантастики - Айзек Азимов

Процессия торжественно прошествовала по центральной улице и остановилась почти у самого железного столба на площади. Дэвидсон поставил повозку на ручные тормоза, опустил маленькую платформу, на которбй ему предстояло давать представление, и вступил на нее, облаченный в красный плащ, усыпанный золотистыми звездами. По толпе пробежал шепот восхищения.

Высокий фермер в первом ряду выкрикнул:

— Вы и есть тот самый… как его… жон, жонглер?

— Я — Мариус-Жонглер, — загробным голосом ответил Дэвидсон. Он уже предвкушал удовольствие.

— Так покажи нам, что ты умеешь! — не унимался все тот же крестьянин.

Дэвидсон ухмыльнулся. Здесь ему даже не потребуется зазывала в толпе.

— Молодой человек, мои номера поражают воображение, заставляют не верить собственным глазам и делают невозможное реальностью.

Он широким, грандиозным жестом взмахнул руками.

— Я могу вызывать духов из тьмы веков, — гремел он. — Я владею секретами жизни и смерти!

— Все вы так говорите, — протянул кто-то из толпы скучным голосом. — Давай-ка, прежде чем мы заплатим, покажи, на что способен!

— Ну хорошо, неверящий! — Дэвидсон извлек на свет пару тонких восковых свечей, чиркнул спичкой, и поджег их. — Смотрите внимательно за мной — огонь нe причинит мне вреда.

Он подкинул свечи в воздух и принялся жонглировать ими телекинетически таким образом, что в руки ему неизменно попадали незажженные концы свечек. Сначала он играл двумя свечами, затем добавил третью. Толпа притихла, наблюдая за Дэвидсоном. Когда свечи догoрели до половины, он отбросил их в сторону. Тотчас толпа ответила звоном монет.

— Спасибо вам всем, спасибо, — раскланялся Дэвидсон. Он вытащил коробку с цветными шарами и без лишних предисловий принялся ими жонглировать. Через несколько секунд в воздухе уже было пять шаров — в те время как сам он лишь для вида махал руками; в действительности управлял он шарами при помощи телекинеза.

В процессе представления он сам себе улыбался.

Вполне возможно, что эти люди и раньше встречались с телекинетиками и даже сжигали их на кострах. Но то были НАСТОЯЩИЕ телекинетики; он же производил впечатление всего лишь фокусника с ловкими руками, человека с исключительной быстротой реакций, странствующего шарлатана. Всем известно, что все фокусники- липовые волшебники, и шары вращаются в воздухе только благодаря ловкости рук.

Когда дождь монет приостановился, он подхватил шары и уложил их обратно в коробку. Затем приступил к новому номеру, в котором требовалась отвлекающая болтовня, пока шли необходимые приготовления. Поставив несколько стульев на спинки друг другу, добавив к ним разной мебели из обстановки повозки, сделав тем самым свое сооружение еще более шатким, он нагромоздил кучу высотой в целых двенадцать футов. Для пущей убедительности несколько раз обошел вокруг нее, руками подправляя стулья там и сям, на самом деле держа все сооружение под своим телекинетическим контролем.

Наконец он вроде бы остался доволен равновесием и начал осторожно взбираться наверх. Достигнув верхнего стула — балансируя лишь на одной ноге — он выпрямился, опираясь только на спинку стула и несколько секунд так и стоял, глядя сверху вниз на замершую толпу. Затем легко спрыгнул на землю и триумфально взмахнул рукой. Тотчас посыпался новый град минет.

Вот это и есть выход, думал он, глядя на рукоплескающую толпу. Его никогда не заподозрят в том, что он использует настоящее волшебство. Он сможет практиковать свои парасилы и обыденной жизни, а шарлатанство будет тому надежным прикрытием.

Когда он вернется обратно на Землю, то гораздо быстрее адаптируется, чем, скажем, тот же самый Немой Джо. Дэвидсон остался в обществе. Он не убежал.

Маленький мальчик в первом ряду вдруг заголосил:

— Ага, я знаю, как вы это делаете, — презрительно, говорил он. — Это всего-навсего обман. Вы все это…

— Тише, сынок, — прервал его Дэвидсон нарочито тихим шепотом. — Пусть все секреты останутся между; нами волшебниками, хорошо?

ИНАЯ ИСТОРИЯ

Гордон Р. ДИКСОН

ПРИСЛУШАЙСЯ

Когда Тэдди и его родители садились за стол, Реру оставался в холле, дожидаясь мальчика. Ему не нравилось смотреть на жующих людей.

— … и он абсолютно прав, — голос отца напоминал раскаты грома, — потому что обладает такой же свободой выбора, как любой из нас. Помни об этом, Тэдди, и не забывай, когда станешь взрослым. Единственная причина успешного покорения Галактики человеком в том, что мы — люди — всегда согласуем свои действия с нуждами и интересами аборигенов.

— Ох, Гарри! — воскликнула мать. — Тэдди слишком мал для твоих рассуждений.

— Я не маленький, — возразил Тэдди, с трудом проталкиная слова сквозь наполненный рот, — мне уже четыре года.

— Слышишь, Селия? Ему уже четыре! Он совсем взрослый! — рассмеялся отец. — Если серьезно, милая, нашему сыну предстоит вырасти в мире, населенном мирйанами, разумными существами, похожими на Реру. Так что Тэдди следует как можно раньше найти общий язык с местными обитателями.

— Ну, я не знаю, — проворчала мать. — Надеюсь, ты не забыл, что Тэдди родился во время полета, в космосе, очень хрупким и впечатлительным ребенком.

— Хрупким? Чушь! — прогрохотал отец. — Наш мальчик- представитель самой развитой, самой выносливой раеы во всей Галактике. Сравни его вот хоть с мирианином, прикованным к планете столь многочисленными снмбиотическими цепочками, что наши ученые до сих пор не в силах расшифровать их. К примеру, Реру: тихий, инфантильный, не приспособленный к жестокой борьбе за выживание, одним словом — типичный представитель расы мириан. Идеальная работа для него- нянчить нашего мальчика.

— О, ты не понял, я не имею ничего против Реру, — ответила мать. — Он отличный воспитатель, и прекрасно относится к Тэдди. Но я никак не привыкну к тому, как он неожиданно замирает, склоняя голову набок, как петух, и слушает. Мне становится страшно…

— Тьфу, пропасть! Опять ты с этим, Селия! Тысячу повторял, что он всего лишь слышит голоса коров, ждущих дойки.

Тэдди заерзал на стуле — уж он-то знал буквально все о коровах — шестиногих мирианских животных, странствующих по планете, как Реру и его собратья.

Когда молоко Наполняет корову, она издает высокий пронзительный крик, призывая Реру, или его собрата, поспешить к ней на помощь и высосать молоко. Вот и все: коровы больше не интересны для Тэдди. Не то что Реру! Вспомнив о друге, Тэдди быстро управился с завтраком.