Между нами искра - Кэролайн Халс

ней уже бывало: когда она ездила в Париж и ходила под дождем смотреть на собор Парижской Богоматери, то, моргая, разглядывала его и думала: «Да-да, гаргульи, большие окна. Пойду теперь к Триумфальной арке».

— Как жарко!

Стелла опустила голову. На нее смотрел маленький племянник.

— Привет, Чарли. — Джордж присел рядом с мальчиком. — Постой с нами.

Он протянул ребенку руку, Стелла тоже, и Чарли взял обоих за руки.

— А ты не видел… — Стелла подумала, — бабулю? — Кого?

— Бабушку Маргарет. Даму в лиловом платье, которая всеми командует.

— Бабушка на кухне, раздает телефоны. На нее все орут.

— И совершенно справедливо, — пробормотала Стелла.

Хелен перебежала через улицу к магазину, крича:

— Изабель!

Стелла видела, как сестра попыталась открыть дверь, но не смогла.

У Стеллы подкосились ноги.

— Присмотри за Чарли, Джордж, — бросила она и помчалась на помощь.

Из-за мусорных контейнеров появилась Изабель, и Стелла замедлила шаг и выдохнула — она даже не заметила, что у нее перехватило дыхание.

Стелла видела, как обнялись Хелен и Изабель, как тонкие руки девочки обвили материнскую спину. Несколько мгновений они разговаривали, и вдруг Хелен снова запаниковала и стала проталкивать сквозь толпу к магазину.

— Папа! Папа! Кто-нибудь видел моего отца?

Стелла похолодела.

Хелен побежала к ней.

— В магазине мог быть отец!

— Он ушел. — Изабель побежала вслед за матерью. — Еще до пожара. Я так думаю. — Она взглянула на Стеллу. — Иначе я бы не…

— Он мог быть внутри? — переспросила Стелла. Изабель смотрела на нее широко распахнутыми глазами.

— Он ушел, я уверена. — Изабель махала в сторону магазина, пожираемого пламенем. — Там никого не было.

— Я посмотрю в кабинете, — сказала Хелен сестре, — а ты проверь сарай.

Стелла помчалась на задний двор и бросилась к дверям сарая.

«Только не это, только не это. Пожалуйста, пусть с отцом все будет в порядке».

55

Пожар, разумеется, всех испугал. Но, поскольку в тот день магазин не работал, внутри никого не было, и Маргарет не могла понять, почему люди вели себя так агрессивно. Все сгрудились над тазом с мобильниками и нетерпеливо тянули туда руки, не дожидаясь своей очереди, отчего теряли способность мыслить трезво. Она же не виновата, что все телефоны выглядят одинаково, а некоторые стикеры отклеились.

— Давай я помогу тебе, Маргарет. — Шерил осторожно взяла у нее из рук таз. — У тебя, наверно, шок.

— Ничего подобного, — рявкнула в ответ хозяйка дома.

Шерил сунула руку в таз, достала оттуда телефон и развернула пузырчатую пленку.

— «Самсунг» в черном футляре. — Она нажала кнопку, и зажегся экран. — Улыбающийся младенец в синей шапочке.

— Мой, — сказал сосед.

Маргарет уставилась на него. Она, конечно же, знала его имя — он уже лет десять жил на этой улице. Так почему же…

Шерил развернула следующий телефон.

— Айфон с трещиной на экране. Кот развалился пузом вверх на коврике.

— Сиамский? — спросила соседка.

Шерил с сомнением посмотрела на экран.

— Не знаю. Довольно надменный. — Она показала мобильник женщине.

Та взяла аппарат.

— Он не надменный, а довольный жизнью.

— Как скажешь.

— Погоди-ка. Трещина была гораздо меньше!

Шерил вынула следующий мобильник и нажала кнопку.

— Здесь фотография пса в матросском костюмчике и берете.

— Не понимаю, зачем раздавать все телефоны, — вмешалась Маргарет. — Полиция и пожарные уже приехали. Пойду на улицу, а вы тут сами разбирайтесь, если хотите. — Она указала на Шерил с тазом в руках и вышла из дома.

На дороге столпился народ, глядя, как пожарные в желтых шлемах поливали магазин из шланга.

Один из них обернулся, и Маргарет увидела, что это женщина, но сейчас ей некогда было думать о том, как изменилась жизнь.

Она смотрела на магазин. Их магазин. Хотя формально заведение принадлежало не им, а Скотту, но оно кормило семью. Во владении Скотта находилось много недвижимости. Если честно, то слишком много. Раньше подобные вещи не слишком трогали Маргарет, но теперь на улицах было гораздо больше бездомных, чем прежде. А дома с пятью спальнями и двух машин для одного человека, кажется, вполне достаточно.

Нет, это горела не собственность Скотта, а их магазин.

Их бизнес.

Их жизнь.

Маргарет тряхнула головой. Что за сентиментальные мысли!

Она оглядела толпу людей, которые расхаживали вокруг, сокрушались и даже…

— Перестаньте фотографировать! — Она подошла к зевакам. — Так вот для чего вам нужны телефоны? Имейте совесть — это не шоу, а трагедия.

Неподалеку притормозило такси. Маргарет прищурилась.

Ротозеи — низкие людишки, которые усердно выискивают драматические события, или сами устраивают их из ничего, или даже ввязываются в чужие проблемы и усугубляют их.

Маргарет решительно направилась к мужчине, вылезавшему с заднего сиденья такси. На плече у него висела сумка.

Вновь прибывший широко раскрытыми глазами уставился на пожар:

— Ничего себе!

— Посмотрели? А теперь отправляйтесь по своим делам, — приказала Маргарет. — Не мешайте пожарным работать и не смейте вынимать телефон и фотографировать.

— Мама! — раздался голос с другой стороны такси.

Маргарет сделала шаг назад.

— Пит?

Пит схватил с заднего сиденья сумку и захлопнул дверцу машины.

— Мама, что случилось? Магазин горит. Ты цела? Никто не пострадал?

— Как много вопросов! — Маргарет поспешила обнять сына. — Все хорошо!

— Чем я могу помочь?

Маргарет улыбнулась. Какой у нее спокойный, самоотверженный мальчик! Все вокруг потеряли голову, а Пит сохраняет самообладание.

— Ах, Пит, я так рада, что ты смог приехать! Ты застрял на работе? Поезд опоздал? По Лондону теперь так трудно передвигаться — все эти дорожные работы и забастовки сотрудников подземки…

Мама, и все-таки что стряслось?

— Несчастный случай. — Она повернулась к спутнику Пита и сделала книксен. Получилось очень кокетливо, и Маргарет надеялась, что этого никто не заметил. — А с кем ты приехал?

— Это Джин, — представил Пит.

Маргарет переводила взгляд с Пита на Джина. С внушительной фигуры сына на очень привлекательного мужчину того же возраста и обладающего еще большим шармом.

Она совсем расплылась в улыбке.

— Похоже, мы немного не вовремя. Здравствуйте, Маргарет. — Красавчик стеснительно протянул ей руку. — Можно вас так называть?

— Конечно! — с придыханием проговорила Маргарет. — Только так и называйте! — И она схватила его кисть двумя руками.

А потом снова обняла Пита.

— Мама, ты меня задушишь, — прохрипел сын.

— Просто я очень тебе рада.

— В самом деле, мама, я не могу дышать. Я и так уже наглотался дыма.

Маргарет отпустила его, а Пит наклонился вперед и зашелся гортанным кашлем.

На тротуар перед Маргарет опустился кусок обожженной бумаги, и женщина оттолкнула его носком замшевой туфли.

— Я много слышал о вас, Маргарет, — сказал Джин.

Улыбка у него была просто обворожительная.

— Аяовас!