Участник поисков - Борис Иванов

Брендик слабо заскулил, мужественно сцепив свои пугающих размеров зубы, но преодолел высоту, не подав и виду, что его боевые ранения причиняют ему хоть какое-то неудобство. Вслед за ним, цепляясь за выступы и впадины протектора гигантской шины, совершил свое восхождение Орри.

— Сюда, сюда, за брезент, — распорядился Бирим. И в этот момент сразу с обеих сторон громадного контейнеровоза затопали чьи-то ноги и заговорили чьи-то голоса.

— Давай, давай, Кароль, за руль. Здесь легавые, — орал тот, кто подходил с тылу.

— Да на хрена ж ты их дожидался, сука проклятая! — вторил ему тот, кто судорожно карабкался в кабину.

— Пломбу, пломбу срочно вешай, а то погорим начисто!

Торопливые шаги приближались, хотя и откуда-то издалека — с двух сторон сразу.

— Все! Не знаю, как они, а мы — погорели! — в отчаянии прошипел Бирим. — Сейчас они полезут сюда и...

— Кто они? — прошипел в ответ Орри. — Те, которые про пломбу орут?

— Сопровождающие... — все тем же шипом объяснил ему Бирим, пытаясь сдвинуть в сторону стальную дверь контейнера. — Здесь они груз принимают. В смысле — настоящий, а не тот, что по документам... И пломбы липовые на двери лепят. Мол, проверено уже на месте погрузки... Контрабанда чистой воды... Я-то думал...

Он снова приналег на дверь.

— Я-то думал, что они уже двери запломбировали и теперь мы здесь, под брезентом, поедем... А теперь — по шеям получим. В лучшем случае. В самом лучшем. Если в контейнер не занырнем...

— А зачем — в контейнер?

— А затем, что и убить могут. Если подумают, что мы что-то видели... Это смотря на кого нарвешься...

— А ты откуда это знаешь?..

— От верблюда! — зло оборвал его Бирим и в отчаянии — шаги сопровождающих приближались — снова бросился на треклятую дверь.

И тут, когда сопровождающие уже было сошлись у торца контейнера, дверь вдруг, словно сама собой, легко отошла в сторону, и в образовавшуюся щель высунулась мускулистая рука. Рука эта ухватила Бирима за шиворот и втянула его внутрь стального ящика. Орри, порядком напуганный перспективой встретиться с сурово настроенными сопровождающими, не теряя времени, опрометью кинулся за ним следом, увлекая за собой Брендика и больно ударившись о чей-то твердый как скала живот.

Дверь с лязгом задвинулась, и на мгновение Орри оказался в полнейшей тьме. Потом кто-то в темноте хрипло произнес:

— Это Бирим!.. Разорви меня черти, если это не Бирим! Откуда ты здесь?! Ты же ведь уже год как смотался! Зачем вернулся? По Рыжей Бороде соскучился? Он-то про тебя чуть не каждый день вспоминает. Как сам понимаешь — добрым словом... Тебе не икалось там, где тебя бес носил? И кого это ты с собой притащил, стихоплет чертов?

Бирим мрачно буркнул в ответ:

— Эй, кто-нибудь — посветите мальку. Не видите, что ли, что он не из наших?

— Погодите, — отозвался другой голос. — Пусть они пломбы сначала наложат. А то вздумают заглянуть, а тут два зайца и собака...

Словно подслушав его слова, дверь отъехала чуть в сторону, и — сварливый голос спросил снаружи:

— Ну, вы там — лишенцы... Все на месте? Больше никого не ждем. Сейчас патруль нагрянет. Так что сидите тихо и не бубните там...

Дверь плотно въехала в пазы, и послышалась торопливая возня с замками. Кто-то бесшумно взял Орри за плечи и легко, как игрушку, перенес в глубь контейнера на что-то мягкое и пахнущее сиденьем автобуса. Потом на колени его был водружен жалобно пискнувший Брендик.

Кто-то громко зашипел, призывая к тишине.

За стенами контейнера глухо спорили несколько голосов. О чем спорили — разобрать было совершенно невозможно.

— Торжественный миг, — прошептал кто-то во мраке, скорее ехидно, чем тихо, — полиция на лапу получает...

На остряка зашикали, и мрак снова наполнился тишиной. Слился с ней.

«Они, наверное, родственники, — подумалось почему-то Орри, — мрак и тишина... Брат и сестра, наверное. А может — муж и жена... Надо у Бирима спросить. Где-нибудь в стихах такое наверняка сказано... А если не сказано — пусть сочинит... Красиво получится...»

Разговоры снаружи смолкли. Кто-то условным стуком постучал в стенку контейнера, потом еле слышно взвыл какой-то сервомотор. Что-то клацнуло, лязгнуло, и контейнер качнуло.

— Тронулись, — вздохнул кто-то, и во тьме вспыхнул приглушенным зеленоватым светом крохотный фонарик.

Орри принялся вглядываться в окружающее. Этим окружающим были в основном лица. Лица эти были разными — плоскими и острыми, как лезвие секиры, круглыми и вытянутыми, веселыми и грустными. Но во всех было что-то общее. Не хорошее и не плохое — просто общее. Долго догадываться о причинах такого неуловимого сходства не приходилось.

— Вы что тут? — осторожно спросил Орри. — Все андроиды, что ли?

Ответом ему был несильный взрыв невеселого смеха.

— Ты не ошибся, малек... — произнес наконец чей-то горьковатый голос. — Да, здесь все мы до одного — андроиды. Куклы Судьбы. И все мы — беглецы. Ты уж прости, но наша и твоя, наверное, родная Бэ-Ка нам горше горькой редьки... Не выжить нам в ней... А вот ты-то зачем в бега подался, несмышленыш? Ведь для вас — людей — жизнь там вполне ничего. На папу обиделся за то, что по попке нашлепал? Или стихи Биримовы так полюбились, что ты к нему в ученики-оруженосцы подался?

— Шутки шутками, — прервал эту тираду хриплый голос, — а ситуация аховая. Я уж не говорю про то, что будет, когда там — в конце пути — выяснится, что у нас тут перебор на две с половиной личности... Там мы уж как-то их прикроем... В обиду не дадим. Хотя особой зависти к их судьбе я не испытываю. Коли они денежек с собой в избытке не прихватили. Но вот с какой радости ты, Бирим, снова на Бэ-Ка подался? Знаешь, просто в ум не возьму. А потом снова назад, с планеты прочь — зачем?

— Да я и в мыслях не имел с планеты снова убегать! — запальчиво возразил Бирим. — Мне теперь судьба — на родине лапти откинуть...

Он умолк и погрустнел, насколько это можно было различить в темноте.

Орри тем временем слегка адаптировался к слабому освещению и стал различать детали интерьера контейнера. Изнутри контейнер был вовсе не контейнером. Был он чем-то вроде той титановой емкости, в которой, если судить по видеофильмам и «виртуалке», перевозят для участия в смертельных схватках с инопланетной нечистью героев Космодесанта. Ну разве что сильно потрепанный. На стенках были развешаны регенераторы кислорода и пластиковые баллоны с питьевой водой. Народ, наполнявший слабо освещенное пространство вокруг, располагался на точно таких противоперегрузочных креслах-лежанках, какие Орри частенько видел по Ти-Ви — как видно, списанных с армейских кораблей. Точно на такой лежанке устроили и его — благо примерно половина лежанок вокруг пустовала.