Обреченные на свободу - Юлия Харитонюк

– Радуйся, что у тебя есть такой прекрасный друг, иначе бы я… не стала тебя слушать. Но раз все иначе. Пойдем, я покажу тебе кое-что.

– Легко сказать пойдем. А ноги мне освободить не судьба? – проворчала я, предприняв героическую попытку шагнуть.

Вместо ответа девушка провела посохом над травой, которая тот час же послушно отпустила пленницу. М-да… Повезло мне, что она миролюбиво отнеслась…

По лесу шли не долго. Кусты послушно расступалась перед природницей, пропуская ее. Мне оставалось только успевать прошмыгнуть за ней, прежде чем растительность возвращалась на прежнее место.

Пришли мы на большую поляну, поросшую молодыми деревцами. Тонкие гладкие стволы красноватого цвета поднимались над землей примерно на метр и могли через несколько лет стать вполне красивыми деревьями. Но зачем мне-то это было показывать? Чтобы красотой леса прониклась?

– Смотри, – кивнула на деревья природница, – эти побеги вельтата, чародейского дерева, как его называют простые люди. Растут они очень быстро, через станут «зрелыми» и тогда… Идем дальше, я покажу, из-за чего мы готовы кровью защищать этот лес.

Пожав плечами – что на умалишенных злиться – я пошла вслед за проводницей, которая с какого-то перепуга решила устроить экскурсию по лесу.

И вот мы пришли на очередную полянку. Только была она не такой жизнеутверждающей, как предыдущая. Вместо деревьев – пеньки, часть из них свежая, вместо травы – выжженная земля… Пожар у них тут что ли случился?

– Я предупреждала – нельзя вырубать вельтат, – свистящим шепотом проговорила природница, глядя на это безобразие, – он слишком тесно связан с землей…

– Понятно, а мы-то тут причем? Топоров у нас нет, напалма тоже… Да и вообще, не поджигатели мы!

– Но вас наняли маги, по воле которых и были вырублены эти деревья. Вы, наемники, никогда не думаете головой, прежде чем браться за задание… Хранители умны, сразу догадались о моем присутствии и попытались избавиться от меня чужими руками.

– Ладно-ладно, со статусом «редиска всея Хайверта» я согласна. С тем что нас маги наняли тоже. Так не объяснишь, почему ты так трясешься над этими вел… деревьями? Золотые они что ли? – в своей излюбленной манере заявила я.

Девушка промолчала. Я уж было подумала – а не потеряла ли она дар речи от моей наглости, как природница заговорила. Голос ее был полон тоски, словно я сильно задела ее своими словами.

– Наемница… Ты не чувствуешь боль земли, не можешь понять страданий леса… Но прислушайся хотя бы к советам своей харраш, она многое может тебе рассказать.

Нельзя сказать, что совету я последовала с энтузиазмом. Скорее с любопытством. А вдруг правда? Прикрыв глаза, я обратилась к Клепе, став на время с ней единой. И… Мне стал понятен гнев природницы. Даже не знаю, как перевести чувства на язык слов, но… Чародейские деревья были для леса своего рода барьером от всякой нечисти (не любит однако она природную магию). Пока эти деревья растут, они впитывают корнями силу земли, а после смерти постепенно отдают ее другим растениям леса. Но вырубка нарушает этот баланс, вызывая резкий всплеск энергии, следствием которого становятся пожары. Вот такие дела.

– Ммм… – промычала я, прикидывая, чтобы предпринять, – с одной стороны мне, как наемнику, стоит прибить тебя и отчитаться о выполненной работе. Волки ведь тебе подчинялись, верно? Можешь не отвечать… Что я думаю. Но делать мне этого почему-то не хочется… И как быть?

– Оставь проблемы леса и местных на моей совести. Вас, наемников, они не касаются.

– Угу. Только орден Аливена не поймет в таком случае… Слушай, а ты с деревенскими пробовала договориться, прежде чем сезон охоты открывать? Ну там уговорами действовать…

– Пробовала, – скривилась природница, – когда лесник пришел в лес с топором и стал вырубать вельтаты, я просила его одуматься, но он… Хранители заплатили ему заранее и отступать он не хотел.

– Ясно. Как знакомо. А как насчет старосты? Он-то вроде мужик адекватный. Поговори с ним, пусть остальным жителям растолкует сам.

Природница задумалась. Я почти визуально видела ее внутреннюю борьбу. С одной стороны девушке хотелось последовать моему совету, с другой – полагаться только на свои силы. Но желания дожидаться самотечного решения дилеммы у меня нет, будем действовать внушением.

– Ладно, твоя взяла, – поддавшись на «уговоры», решила девушка, – я на днях поговорю с жителями, объясню им проблему леса и на основании полученных данных решу, что же делать дальше. А ты обещай, что вы покинете лес в течение суток.

– Обещаю, – проговорила я, держа за спиной скрещенные пальцы. А что, перестраховаться не мешает.

По договоренности, природница проводила меня до опушки леса. К людям я возвращалась, испытывая двойственные чувства. С одной стороны радовалась успешному разрешению вопроса, с другой – чувство что нас использовали несколько отравляло радость. Да еще и с Аливеном нужно будет переговорить…

К чести сквайра должна признать, мой рассказ он выслушал внимательно и неэмоционально, как и полагает рыцарю. Правда после вспылил, но это детали. Я бы на его месте еще большую истерику закатила.

– Вита ты… вы, поверили какой-то природнице?! – с праведным возмущением восклицал Аливен, – даже если… если! Она права, то мне все равно придется завершить свое задание! Орден…

– Послушай, – вздохнув, я попыталась приложить к убеждению все свое очарование, – я охотно верю, что твое задание важно и выполнить его жизненно необходимо, но… Лично я рисковать своей шкурой ради того, чтобы кто-то поставил галочку в деле не хочу. И ребята наверняка не хотят. Так что извини, но «истреблять волков» тебе придется в одиночку. Если упрямства в тебе больше, чем разумности.

– Но… Леди, я охотно верю вам и вашим словам, но как выбрать между долгом и сердцем? – горько вздохнул Аливен, постепенно успокаиваясь, – я…

– Хватит, – вмешался в нашу увещевательную беседу Жэннистер, – Аливен, сейчас ты больше показушно «страдаешь», чем действительно реально обдумываешь. Предлагаю отложить принятие решения до утра, а там… все будет ясно.

Аливен глянул на эстха далеким от уважения взглядом, но смолчал. Извинившись передо мной и Феэйрой, сквайр вышел прочь.

– Ну и чего тебе приспичило лезть не в свое дело? – недовольно поморщила я, с укоризной глянув на эстха.

– А зачем ему понадобилось устраивать показушные сомнения? – пожал плечами Жэнни, – я всего лишь дал понять, что его страдания нас не касаются.

Я вздохнула. Вот уж не ожила от «мудрого» эстха такого ребячества. Или это наоборот, демонстрация здравого смысла? А еще немного ревность напоминает, хотя этим тут уд точно и не пахнет. Эх…