Белое пламя дракона - Илья Крымов

Тобиус вышел из сторожки к рабочим пристройкам, где выбрал подходящее место и с помощью элементарной трансмутации преобразовал утоптанную, засыпанную опилками землю в ровный каменный квадрат двадцать на двадцать шагов. Ритуальный нож запорхал над площадкой, вырезая чертеж в виде круга с помещенной в него семиконечной звездой – основной фигурой, используемой для создания «знака врат», – и множеством побочных знаков. Завершив начитывание словоформул, он вдавил в ровную каменную поверхность, словно в глину, несколько небольших самоцветов, а также оставил оттиск собственной ладони. Только завершив эту магическую заготовку, волшебник отправился обратно в деревню.

Несколько часов он расхаживал вокруг Под-Замка, вычисляя примерную длину стен, так чтобы они не липли к околице, выискивал лучшие места для дозорных башен и ворот. Затем, проверив состояние варящегося в башне зелья, он отправился в покои принцессы исполнять свои лекарские обязательства.

– На осмотр, – бросил он стражникам, проходя внутрь.

Бейерон пребывал на том же месте, на котором Тобиус видел его еще утром. Окутав больную паутиной диагностических чар, следя за положительными изменениями ее состояния, волшебник ввязался в небольшую словесную пикировку, которая подняла Хлое настроение.

– Что ж, мне очень приятно отмечать, что, хотя времени прошло немного, вы уже идете на поправку. Тут у меня есть микстура, которую вам надлежит разбавлять и пить дважды в сутки. Она кисленькая, но будьте любезны не подслащать, а то лягушачьей кожей покроетесь. Кхем, я не шучу – покроетесь. Сир, можно вас на пару слов?

Бейерон медленно, сдерживая кряхтенье, выбрался из кресла – было видно, что тело его несколько одеревенело. Вместе они вышли в коридор и немного отошли от двери.

– Чар Тобиус, скажи, почему ей хуже, чем Бальдену?

– Хм? Я не уверен, но если отбросить тот факт, что наш генерал здоровенный и недурственно закаленный мужик, а миледи хоть и не кисейная барышня, но все-таки барышня… так вот, если отбросить это обстоятельство, то я могу предположить, что дело в редкой аллергии. Удивительно, как ей не повезло нарваться именно на этот материал. Амгарская глина не токсична, уверяю, но миледи противопоказан контакт с нею. Через недельку, я уверен, ваша дочь будет здорова.

– Надеюсь, надеюсь. Ты хотел что-то мне рассказать?

Тобиус коротко поведал о своих сегодняшних инициативах, и Бейерон, задумавшись ненадолго, полностью их одобрил.

– Я удивляюсь, как эта деревушка вообще просуществовала так долго без стены и ворот, – сказал отрекшийся король. – Она будто живет в своем маленьком придуманном мирке, в котором пограничное селение может не нуждаться в повышенной защите.

– Какое-то сказочное… игрушечное королевство в игрушечном мирке…

Попрощавшись, Тобиус отправился в свою башню. Некоторое время назад он обнаружил в подвалах замка огромные стеклянные бутыли, некогда служившие емкостями для содержания вин. После подобающей обработки и извлечения пары мышиных трупов они стали пригодны для содержания магического зелья.

– Эмма! Иди, держи воронку!

– Что?

– Воронку держи!

– Я занята!

– Иди сюда и помогай учителю, несносная девчонка!

Ученица спустилась по лестнице, дуя губы. Совершенно не обращая внимания на ее постное личико, Тобиус вручил стальной деве медную воронку. Зелье из огромного котла было перелито в стеклянные емкости, а сам котел тщательно вычищен. Волшебник без промедления начал готовить новую и далеко не последнюю порцию.

Ближе к вечеру он вышел к околице и недалеко от деревенской дороги начал создавать новую точку переноса. Закончив с этим, Тобиус зашел в кузницу, зачаровал новый плафон-фонарь и лично определил его на нужном месте, восстанавливая световой периметр. Маг еще раз обошел деревню, после чего направился в гости к старосте. Того дома не оказалось, но патриарх клана Гоферов заверил волшебника, что завтра батраки отправятся на лесопилку.

Вернувшись в башню, Тобиус посвятил время прочим делам, ближе к вечеру посетил свою единственную пациентку, получил небольшую порцию словесных пик, ответил как следует, чтобы держать ее высочество в форме, затем поужинал и отправился к себе.

– Ты поела? – спросил маг, вешая полумантию на вешалку.

Эмма растянулась на старинном диване гостиной, в которую был переделан первый этаж башни, и читала книгу.

– Ага.

Тобиус глянул на обложку массивного гримуара, на котором значилось: «Ситорская руническая традиция, альтернатива гномской рунописи».

– Молодец, ученица. А теперь…

Молниеносным движением он выхватил из-за большой книги томик поскромнее.

– «Хкама-Теарасса. Книга любви и наслаждения»? Где ты только откопала эту пошлятину? Какого цвета разочарование, Эмма? Глянь мне в глаза и ответь!

– Желтого! Спокойной ночи!

Морф рысью ринулась по винтовой лестнице на свой этаж.

– Завтра будешь перечислять мне ситорские руны по памяти! Весь набор! Смысл каждой руны и все ее значения!

Волшебник с недовольством мазнул взглядом по странице конфискованной книги, невольно заинтересовался гравюрой и наверх пошел, уже внимательно читая и периодически хмыкая. Проходя через шестой этаж, он глянул на Эмму, которая укрылась одеялом с головой.

– Завтра идем за реку. Возможно, пробудем там до вечера. Подготовься.

Утро проходило как-то скомканно и спешно, царила атмосфера нервозности, которая возникает всякий раз, когда люди намереваются покинуть жилище и отправиться в долгий путь. Вроде бы все уже готово, пора выходить, однако в последний момент как будто из-под земли возникают мелкие проблемы, которых много, и они «цепляются за штанины» злобными маленькими собачонками.

Волшебник и стальная дева быстро позавтракали, после чего Эмма спустилась во внутренний двор готовить белок, а Тобиус метнулся на кухню. Немного послушав ругательства мэтра Шовиньоля, он все же получил два мешка с провизией.

Бальден, стоит отдать ему должное, задавшись целью создать беличью кавалерию, преуспел. Учитывая упрямство и целеустремленность этого человека, можно думать, что он смог бы создать и коровью кавалерию, кабы захотел. Конечно, не все у него шло так уж гладко – не хватало места для размещения крупного зверя, которого надо было еще и кормить, а округа мало подходила для тренировки. Часть животных приходилось держать в сараях и амбарах.

Эмма выбрала двух смирных белочек, одну полностью серую, с черными кисточками на ушах, а другую обычного окраса – тоже серую, но с обильной рыжиной. Ездить на белках оказалось очень некомфортно, гигантские грызуны передвигались длинными прыжками, и без выработанной привычки седоков болтало так, будто они скакали на взбешенном быке.

У реки белки встали – они в дикой природе никогда не плавали и предпочитали не мочить лап. Бестиологическое подчинение исправило дело, и звери перешли Ильму вброд.

– Ты знал, что мокрые белки так сильно пахнут? – поморщилась Эмма.

– Удивлен не меньше тебя.

Скакать по лесу на лесных же зверях оказалось еще тяжелее, чем на лошади. То и дело приходилось пускать мохнатых прыгунов шагом, чтобы не дать низко растущей ветке выбить себя из седла. Пути в непроходимых дебрях, разумеется, не было. Тобиус ехал впереди, концентрируясь на своем чувстве магии, выискивая энергетические нити, ведшие к источнику силы.

– Ученица, продекламируй мне теорию природы Астрала! Живо!

Эмма устало вздохнула и одарила затылок Тобиуса сердитым взглядом.

– Астрал – это энергетическая прослойка бытия… и там еще отображения… ну, всякое такое… – начала она мямлить.

– Сейчас станешь пересказывать мне ситорские руны!

– Астрал – это энергетическая прослойка бытия, в которой, словно в ночном небе звезды, подвешены источники силы! – громко и внятно процитировала она. – Часть Астрала была открыта для магов в далеком прошлом, еще при жизни Джассара Ансафаруса, но по прошествии эпох, а именно Второй войны Магов и Гроганской эпохи, вследствие истребления волшебников и уничтожения их библиотек, эта грань Искусства была утеряна.

– Так, молодец. А теперь астральные тени.

– Тени… они…

– Что означает руна «туркван»? Как ее использовать, какой эффект она дает и на какие материалы лучше всего ее наносить?

– Всякое значительное происшествие в материальном мире накладывает тень на астральное пространство! – затараторила Эмма. – Кровавая битва или место массовой молитвы изменяют часть Астрала, прилегающую к тому месту. Некоторые души застревают в энергетическом пространстве, если обстоятельства их смерти были специфическими. Особенно сильно на Астрал влияет магия. Если идет магический бой или творится сильное волшебство, Астрал оживает, бурлит и меняется, становится нестабильным и непредсказуемым. Впоследствии на том месте могут проявляться различные энергетические аномалии, особенно если после не зачистить территорию от остаточной магии.