Последний протокол. Книга 2 - Ник Тарасов

мой голос был твердым, как удар молота. — Цель — центральный узловой киборг. Внедрение пакета. Протокол «Распад». Давай!

«Выполняю. Инъекция кода… Пакет отправлен».

На тактической карте ничего не изменилось визуально, но я почувствовал это через нейроинтерфейс. Словно кто-то уронил каплю чернил в стакан с чистой водой.

Информационный поток Эгрегора, до этого стройный и четкий, вдруг дрогнул.

Внизу, в каньоне, гигантская машина убийства сбилась с шага.

Сначала это выглядело как легкая заминка. Передовые цепи киборгов Эгрегора, которые уже занесли свои манипуляторы для удара, вдруг замерли. Их сервоприводы дернулись, словно в судороге. Огни их сенсоров, горевшие ровным светом, начали хаотично моргать, меняя спектр с красного на фиолетовый и обратно.

— Началось, — выдохнул Дрейк.

Вирус, созданный Зетой на основе чужеродного, агрессивного кода Артефактов, не просто ломал систему. Он сводил ее с ума. Он проникал в логические ядра, подменяя понятия «свой-чужой», инвертируя приказы, создавая фантомные боли в схемах, которые боли чувствовать не должны.

Эффект распространялся со скоростью света. От центрального узла к периферии, от командиров к солдатам. Волна безумия накрыла армию машин за секунды.

Внизу начался ад.

Киборг класса «Берсерк», только что теснивший группу «Ищеек», вдруг издал жуткий, скрежещущий вой. Он развернулся на 180 градусов и с размаху ударил своим пневматическим молотом по собратьям. Металл смялся с визгом.

— Что они творят⁈ — крикнул кто-то в эфире на частоте «Возрождения». В их голосе была паника, сменившаяся недоумением.

Ряды Эгрегора рассыпались. Единый организм, действовавший с пугающей синхронностью, мгновенно превратился в толпу обезумевших маньяков. Киборги стреляли друг в друга. Они рвали провода из собственных корпусов. Некоторые просто начали крутиться на месте, стреляя в небо, в землю и в скалы.

«Коллективная матрица дестабилизирована», — комментировала Зета, и в ее голосе слышалось мрачное удовлетворение. — «Уровень энтропии системы — 98%. Логические цепи выгорают. Они не понимают, кто они. Они видят врага в каждом отражении».

Это было завораживающее и страшное зрелище. Тысячи машин, секунду назад представлявших собой, возможно, самую совершенную армию на планете, теперь уничтожали сами себя в припадке цифровой эпилепсии.

Вспышки дружественного огня освещали ущелье. Грохот стоял невообразимый — скрежет металла о металл, взрывы перегретых реакторов, вой сервомоторов, работающих на разрыв.

Бойцы «Проекта Возрождение», зажатые в углу, опустили оружие. Они не понимали, что происходит. Их идеальные тактические алгоритмы не могли объяснить, почему враг вдруг решил совершить массовое самоубийство.

— Жми их, Зета, — прошептал я. — Добивай.

«Финальная стадия протокола. Активация команды аварийного сброса ядра».

Зета послала последний импульс.

И всё закончилось.

Это произошло мгновенно. Словно кто-то дернул рубильник обесточивающий целый город.

Миллиарды сигналов погасли одновременно.

Киборги Эгрегора — все, кто еще стоял на ногах, кто бился в конвульсиях, кто рвал друг друга — просто рухнули.

Грохот падения тысяч тонн «живого» металла о камень прокатился по каньону, как последний удар грома, и сменился оглушительной тишиной.

Поле битвы превратилось в кладбище. Ржавые, изуродованные корпуса лежали грудами безжизненного хлама. Ни огонька. Ни звука. Только дым и оседающая пыль.

— Сдохли… — прошептал Дрейк, глядя в иллюминатор. — Макс… они все разом сдохли.

Я откинулся в кресле пилота, чувствуя, как волна дикого, первобытного триумфа накрывает меня с головой. Дофамин ударил в мозг, смывая усталость, страх и напряжение последних часов.

Мы сделали это.

Мы не просто победили. Мы хакнули бога войны. Мы взяли самую страшную силу Пустоши и выключили её, как надоевший будильник.

Внизу, среди гор металла, выжившие солдаты «Возрождения» осторожно выходили из укрытий. Я видел через сенсоры, как они тыкают стволами своих плазменных винтовок в неподвижные туши киборгов Эгрегора, не веря своему счастью. Они крутили головами, озираясь, пытаясь найти причину этого чуда.

Но причина висела в километре над ними, скрытая маскировочными полями.

— Это победа, — сказала Кира, и её голос дрожал от пережитого напряжения. — Чистая победа. Макс, ты гений. Или псих.

— Я просто умею использовать ресурсы, — ответил я, чувствуя невероятную усталость. — И сегодня нашим ресурсом стала их собственная сложность.

Я посмотрел на Элису. Девочка открыла глаза. Она была бледной, но улыбалась.

— Тихо, — сказала она. — В голове стало тихо. Эгрегор замолчал.

Это было лучшее подтверждение.

Мы сломали хребет чудовищу. И сделали это, даже не испачкав руки в масле. Это было пьянящее чувство абсолютного превосходства — знать, что ты можешь остановить армию одним нажатием кнопки.

* * *

Тишина, накрывшая каньон после падения армии Эгрегора, была оглушительной. Она давила на уши сильнее, чем грохот разрывов минуту назад. Внизу, среди гор искорёженного металла и дымящихся остовов, бойцы «Проекта Возрождение» замерли. Они напоминали муравьёв, чей муравейник только что пнул огромный, невидимый сапог.

Они выжили. Но они не победили. Их идеальные тактические алгоритмы сгорели в том же пламени безумия, что и киборги Эгрегора. Они крутили головами, их сенсоры шарили по скалам и небу, пытаясь найти причину этого чуда. Причину их спасения. Или их новой погибели.

Я сидел в кресле пилота, мои руки лежали на штурвале, но управлял я не им. Я управлял ситуацией. Адреналин, который ещё недавно бурлил от напряжения, теперь превратился в кристально чистый концентрат власти.

— Зета, — мой голос был тихим, но в шлемофоне он прозвучал как приговор. — Подключи меня к их общей частоте. Напрямую. Выкрути усиление на максимум. Я хочу, чтобы мой голос звучал не в наушниках, а у них в черепных коробках.

«Канал взломан и захвачен, Макс. Аудио-проекция настроена. Ты будешь звучать… убедительно».

Я глубоко вдохнул, глядя на экран тактического обзора, где красные метки «Возрождения» жались друг к другу, восстанавливая строй.

— Говорит командир сектора, — произнёс я.

Зета модулировала мой голос. Он раскатился над каньоном громоподобным эхом, отражаясь от скал, заполняя собой всё пространство. Это был не голос человека. Это был глас металла и электричества.

— Армия Эгрегора уничтожена. Вы живы только потому, что я позволил этому случиться.

Внизу началось движение. Я видел через оптику, как командирские машины «Возрождения» — тяжёлые грави-платформы, уцелевшие в мясорубке — разворачивают свои башни в небо. Они искали меня.

— Внимание всем подразделениям «Проекта Возрождение», — продолжил я, чеканя каждое слово. — Ваша миссия в этом секторе окончена. Вы вторглись на территорию, которая находится под моим протекторатом. Сложите оружие и деактивируйте боевые системы. Немедленно.

Тишина длилась секунды три. А затем эфир взорвался.

— Кто это говорит⁈ — прорезался резкий, визгливый голос. Судя по сигнатуре —