Финишная кривая - Альберт Байкалов

Шаман потрогал плечо и поморщился:

– Рука болит…

Они почти миновали находящегося в охранении бандита, когда тот наконец приподнялся над землей:

– Э-э, брат, погоди!

Джин, изобразив на лице злость, вскинул автомат. Татарин укрылся за деревом, а Шаман рухнул на землю.

– Не стреляй! – Парень, опасаясь, что у кого-то не выдержат нервы, вновь укрылся за корневищем. – Я свой. Скажите, кто вы и куда идете?

– Выйди, я не вижу тебя, но чувствую, что ты не враг и мы делаем одно дело! – проговорил Джин.

Парень вновь появился. Осторожно ступая, он нерешительно сделал несколько шагов в сторону разведчиков и встал.

Спецназовцы заметили, что парень здесь не один. Чуть в стороне, под густой елью с искривленным стволом, сидел еще один. В отличие от своего напарника, он ничем не выдал своего присутствия. Считая себя не обнаруженным, продолжал внимательно следить за диалогом.

– Кто вы? – между тем спросил парень. – Внизу стреляли, а вы идете как раз оттуда.

– Мы из отряда Сулло, – заговорил Вахид. – Пытались неделю назад пройти в Грузию, но попали в засаду. Это было в Аргуне. Пришлось вернуться, а потом скрыться здесь. Сулло считал, что здесь нет русских, но мы ошиблись. Как ты уже знаешь, был бой. Кафиров было больше, и они напали как раз в тот момент, когда мы вышли к ручью и расположились на отдых. Сулло был убит сразу. Нам удалось уйти. Это все, что осталось от отряда.

– Вы бросили своего командира? – неожиданно крикнул второй боевик.

– Как ты смеешь так говорить?! – возмутился Джин. – Это он покинул нас, уйдя к праотцам. Я же выполнял его волю – прорваться мелкими группами на равнину и продолжить мстить неверным за гибель наших братьев. Перевал уже закрыт не только неверными, но и снегом. У нас нет другого выхода.

Второй бородач выбрался из укрытия и, закинув автомат за спину, позвал своего напарника. С минуту посовещавшись, молодой бросился почти бегом вверх по ручью.

– Сейчас придет наш командир и решит, как быть дальше, – пояснил бандит.

– Хорошо, – кивнул Джин.

Присев у дерева, он сделал вид, что поправляет висевший на поясе кинжал. Однако на самом деле повернул основание рукояти на сто восемьдесят градусов, включив тем самым мощный радиомаяк.

– Меня Насрулло зовут, – представился оставшийся со спецназовцами бандит. – Я из Урус-Мартана. Среди ваших моджахедов были мои земляки?

– Нет, – покачал головой Джин. – Большинство из нас родились и выросли в Курчалоевском районе.

– Здесь много из тех мест людей, – бандит, прищурившись, посмотрел на запад. – Темнеет быстро. Скоро пойдем обратно.

– Куда? – сделав лицо удивленным, спросил Джин.

– На ночлег мы спускаемся вниз, – пояснил Насрулло. – Утром снова сюда.

– Для чего? – обменявшись с Вахидом взглядом, спросил Шаман.

Он присел на дерево, под которым была оборудована позиция молодого боевика.

– Скоро узнаешь, – уклончиво ответил бандит.

Некоторое время сидели молча.

– А вы уверены, что русские, которые напали на вас, ушли? – неожиданно спросил Насрулло.

– Мы долго сидели неподалеку от того места и видели, как они обыскали наших павших братьев, а потом двинули на север.

– Они даже не предали их земле? – удивился Насрулло. – Это нехорошо.

– Ты же знаешь, что эти собаки обязательно теперь вернутся, – посмотрев на бандита как на несмышленого ребенка, усмехнулся Джин. – Наверняка теперь здесь появятся менты и прокуратура. Просто они не смогли найти площадку для вертолета. Я так думаю.

Послышались шаги сразу нескольких человек. Спецназовцы и Насрулло встали.

– Почему ты ушел с поста? – высокий, лет сорока мужчина с тонкими, почти женскими дугообразными бровями строго посмотрел на Насрулло.

– Эти люди, – начал было оправдываться бандит, но мужчина оборвал его:

– Иди на свое место, – после этого он развернулся к Джину: – Мне все рассказали, но я хочу услышать все из первых уст.

Вахид вкратце пересказал события, предшествующие их появлению в этом районе. Особенно мужчину удивило, что русские почти сразу покинули место боя.

– Обычно в таких случаях они долго разбираются по каждому убитому, – не мигая глядя на Джина, говорил бандит. – Устанавливают, кто он, где его дом.

– Нас самих это удивило, – Джин пожал плечами.

– А может, они ждали вовсе не вас? – неожиданно выдвинул предположение бандит. – Вам не показалось так?

– Кого же тогда? – Джин сделал вид, что не понимает, к чему клонит бандит.

– Меня зовут Салман, – наконец представился бандит. – Вот уже почти месяц я и мои люди находимся здесь. Мы создаем новый отряд. Наше убежище внизу. Каждое утро мы идем сюда, а вечером возвращаемся на ночлег. Судя по всему, вы встретили бой как раз там, где мы обычно ходим. Возможно, неверные ждали нас…

– В таком случае они теперь считают, что справились с задачей, – грустно улыбнулся Шаман. – И вас больше нет.

– Я так не думаю, – цокнул языком Салман. – Просто вы нарушили их планы, и они задумали какую-то хитрость. Их задача – уничтожить меня. – Он посмотрел на стоявшего рядом бородача: – Надо быть готовым к нападению в любую минуту.

– Уходим?

– Пока нет, – покачал головой Салман и вновь развернулся к Джину: – Сколько их было?

– Пятнадцать, может, двадцать, – Джин пожал плечами. – Мы тоже много убили и ранили.

– Пойдемте, – на секунду задумавшись, скомандовал араб, и все двинули снова вверх.

Через десять минут ходьбы повернули влево. Миновали ручей и, углубившись в лес, вскоре оказались в гигантской седловине, со всех сторон окруженной возвышенностями. Это напоминало огромных размеров кратер, подобный тем, которые оставляют метеориты. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, чему учат здесь людей. Небольшое открытое пространство использовалось в качестве стрельбища, с одной стороны которого на щитах были закреплены вырезанные из листов серой бумаги мишени. На песчаном дне с десяток человек занимались рукопашным боем. В отличие от араба и чеченцев, которые были в охранении, все остальные не имели бород.

Джин догадался, что это и есть будущие диверсанты. Чтобы кожа на подбородке не отличалась от всего лица, они каждый день брились.

– Я готовлю здесь людей, которые будут не хуже хваленых спецназовцев русских, – не без гордости проговорил Салман. – Они изучают все, что должен знать и уметь настоящий моджахед. Минно-взрывное дело, топографию, рукопашный бой. Многие владеют ножами уже как фокусники, а стреляют не хуже олимпийских чемпионов. Они могут выживать хоть на севере России, есть сырое мясо и ловить рыбу. Мы даже учим их разбираться в грибах. Правда, только на картинках.

– Это настоящие диверсанты, – с восхищением проговорил один из провожатых Салмана, следя за реакцией Джина и его людей.

– С этими людьми занимаются опытные инструктора, которых я нашел в Турции, Афганистане и Эмиратах, – не обращая внимания на реплику подчиненного, продолжал араб.

– Ты хочешь, чтобы мы присоединились к ним? – спросил Джин.

– Нет, – покачал головой Салман. – Вы мне нужны для другого дела.

Говоря это, араб сделал несколько шагов в сторону и неожиданно громко хлопнул в ладоши.

Вахид инстинктивно успел двинуть оказавшегося перед ним боевика в подбородок, как сзади его крепко обхватили, прижав руки к туловищу. Он поджал ноги, подтянув их к животу. Нападавший не смог удержать почти сто килограммов веса и упал на него сверху. Джин ударил его затылком в лицо. Руки бандита ослабли. Схватив злодея за предплечье, Джин перевернул его на землю и подмял под себя. Молодой худощавый парень, неожиданно извернувшись, вонзил ему большой палец в глаз. В тот же момент Джин почувствовал, как его облепили еще две пары рук и перевернули на спину. Шаман и Шах тоже возились недолго. Вскоре вся троица стояла со связанными за спиной руками перед арабом. За ним в одну шеренгу «группа захвата». Оружие, и даже ремни, с разведчиков сняли.

– Зачем? – прохрипел Шаман. – Мы не сделали вам ничего плохого!

– Хорошего тоже, – взгляд араба изменился. Он стал колючим и злым. – Тахир, возьми людей и пройди до того места, где эти ишаки нарвались на русских. Будь осторожен. Посмотри там все хорошо.

– Развяжите руки и верните оружие, – прохрипел Джин.

– Развяжем, – заверил араб, – не беспокойся. Только оружия не вернем. Я не знаю, какими вы были воинами, и мне все равно, сколько побед одержал ваш отряд в борьбе с неверными. По крайней мере, мне неизвестно имя вашего командира. Зато я знаю, что на стороне русских много чеченцев, которые часто выдают себя за наших братьев, а потом заманивают в ловушку. Даже если вы настоящие моджахеды, здесь мне больше никто не нужен. Отпустить не могу, но даю возможность красиво умереть. Каждый из вас будет драться с одним из этих людей, – не оборачиваясь, араб показал кивком головы назад. – Как только вы упадете и не сможете сопротивляться, вам перережут глотку.