Финишная кривая - Альберт Байкалов

С этими словами Антон отошел в сторону.

– Дела! – раздался голос неугомонного Дрона. – Какая свобода? – Капитан стянул с головы косынку и вытер катившийся по лицу пот. – Они Малого положили! Да я его…

Антон не дал договорить не на шутку разошедшемуся капитану. Схватив его за ремень разгрузочного жилета, резко дернул на себя.

– Знаешь, – он внимательно посмотрел ему в глаза, – я вот до сих пор не могу понять, препарат, который подавляет волю и развязывает язык, придумали. Но мне кажется, что в группе не помешает другой, специально для тебя. Чтобы перед выездом сделать тебе инъекцию и всю командировку не слышать глупых советов. И еще учти, – Антон притянул Дрона ближе и, почти касаясь его носа губами, прошептал: – Я выполню какие угодно условия ради того, чтобы вытрясти из него информацию по террористам. Здесь на весах жизнь сотен людей, и не сомневайся, они перевесят гибель Малого.

– Ну что, решил? – вернувшись к пленнику, Антон присел перед ним на корточки.

– Почему я должен тебе верить? – боевик, не мигая, уставился в ответ.

Не было в этом взгляде уже ни ненависти, ни злобы. Он смотрел на Филиппова так, словно хотел прочитать мысли.

Антон понял, весь вопрос сейчас только в том, как убедить бандита в правдивости обещания.

– Филин, это Стропа, – неожиданно ожил наушник. – Нашли площадку. Надо нести сюда Малыша.

– Понял тебя, – не сводя взгляда с пленника, ответил Антон.

– Что ты понял? – удивился бандит, который не мог слышать Истрапилова и поэтому подумал, что фраза относится к нему.

– Это я не тебе, – Антон улыбнулся и пальцем дотронулся до микрофона.

– Хорошо, – чеченец перевел дыхание, – я расскажу тебе. Только одно условие. Ты дашь мне такую станцию, вернешь оружие и отпустишь на километр. Когда отойду, буду говорить.

– Ничего себе! – опешив от такой наглости, Антон встал. – Ты понимаешь, что ты требуешь? Сам свалишь вместе с переговорным устройством, а это просто, потому как сможешь контролировать все наши разговоры и знать о каждом шаге.

Антон блефовал. Новые ПУ шли с системой «Маска», подобно станциям «Арахис». Работающие на этих средствах связи люди могли согласовать между собой лишь цифровую и буквенную аббревиатуру и в течение нескольких минут сменить код и частоты. Причем их разговор будет не доступен ни чужим, ни своим специалистам радиоперехвата. Просто он опасался, что чеченец, хорошо знавший местность, сразу исчезнет, невзирая на все клятвенные заверения.

– У тебя мой брат, – напомнил между тем Ахмар.

– Это не гарантия, – возразил Антон. – И потом, у меня будет одно условие.

– Какое?

– Я не имею желания отпускать на свободу человека, который вновь возьмется за оружие.

– По-твоему, если я заложу сейчас людей, делающих со мной одно дело, то снова вернусь к ним? – чеченец фыркнул.

– Ты запросто можешь сказать, что в плен не попадал. Свидетелей этого, если не считать твоего брата, который так и не пришел до конца в себя, нет. Мало ли, кто оказался у нас в руках? На том берегу осталось еще пять трупов.

– Хорошо, – наконец сдался бандит. – Развяжи.

Антон кивком головы дал понять стоящему позади бандита Шамилю, чтобы тот выполнил его требование.

– Ну, – наблюдая за тем, как Ахмар растирает запястья, поторопил Антон.

– Дай карта, – вздохнул боевик. – Ночью люди в схроне. Днем уходят для занятий в другое место. Всего двадцать диверсантов. Инструктор араб – Салман бен Азиз, и с ним еще несколько моджахед.

В это время Антон развернул перед ним карту.

– С ними еще пять опытный моджахед, – продолжал чеченец, одновременно ведя пальцем по извилистой и тонкой голубой линии реки Асса. – Здесь землянка.

Палец остановился.

Глянув туда, куда указывал Ахмар, Филиппов чертыхнулся. Это было как раз то место, где замерли маяки.

– Точно?! – недоверчиво глядя в глаза пленнику, переспросил он.

– Точнее некуда, – чеченец криво усмехнулся. – Спросишь, почему так близко засаду делал? Все просто. Если бы не получилось вас там перестрелять, я стал бы уходить в противоположный сторона. А если бы все удалось, ваши прилетели бы и не подумали, что стоят рядом с местом, которое ищут.

Но Антон уже не слышал его последние фразы. Выпрямившись, он стал запрашивать Лавра и Шаха, которые ушли именно в тот район, считая, что бандиты просто выбросили куртки, мешающие быстро передвигаться. Однако ни один, ни второй спецназовец не отзывался. Причины могло быть две. Он в овраге, а они удалились на приличное расстояние и находятся за каким-то препятствием. Устойчивая связь для этих средств до полутора километров или на дальность прямой видимости. Но она значительно сокращалась из-за естественных преград. В городских условиях трудно было работать даже через квартал. Не исключена возможность и того, что они уже попали в руки бандитам. Однако неожиданно вышел на связь Банкет, который находился недалеко от оврага, и успокоил, что слышал Лавра.

– Москит! – отыскав взглядом офицера, окликнул Антон. – Ждешь Стропу и Тумана. Выносите вместе раненого и Малого к борту. Один в дозор, а ты, – он тронул за плечо боевика, – им поможешь. Понял? Брата своего до вертушки донесешь и вали на все четыре стороны.

Джин, Банкет, Дрон и Шаман – это все, кто остался. Антон пятый. На каждого по пять хорошо подготовленных боевиков. Антон лихорадочно искал выход из создавшегося положения. Отложить эвакуацию боевика и тела Малого? Он посмотрел на склонившегося над братом Ахмара и отказался от этой мысли.

– Дрон, – головной дозор. Шаман, идешь «крайним». Вперед, – с этими словами он стал подниматься по склону оврага наверх.

Сразу после звонка Надежды, которая сообщила, что Сеня Дирижер приехал и с двумя охранниками направился в парк, Снегирь, бросая по сторонам настороженный взгляд, достал из спортивной сумки винтовку. Положив ее на сиденье справа от себя, взялся за оставленный в замке ключ зажигания. В этот момент в зеркале заднего вида, установленного в салоне, замаячила фигура мужчины. Снегирь насторожился. Он уже видел этого человека. Чуть выше среднего роста, крепкого телосложения в черном полупальто, он отирался какое-то время у поворота с шоссе, потом исчез. Надежда сообщила, что до сих пор ей не удалось установить, есть ли поблизости еще люди Дирижера. Проследив за ним взглядом и дождавшись, когда он свернет за угол, Снегирь перезвонил супруге и в двух словах описал внешность подозрительного типа.

Вскоре вновь сработал виброзвонок сотового телефона, который он все это время держал в руке. Убедившись, что это жена, он сбросил вызов, отложил трубку на панель и выехал со двора. Они договорились, что вызов будет в тот момент, когда Сеня поравняется с последней скамейкой перед выходом из парка. До нее от выбранной им позиции было около сотни метров. Максимальная дальность, с которой гарантированно можно поразить цель. Отечественная малокалиберная винтовка из-за мягкой свинцовой пули и глушителя практически не издавала при стрельбе звука.

Жену он увидел сразу. Она стояла рядом с мужчиной, который насторожил Снегиря.

– Дура! – одними губами проговорил он, разворачивая машину таким образом, чтобы видеть выход из парка. – Отойди дальше. Если это человек Сени, то он не даст тебе вытащить оружие.

Словно услышав его, Надежда шагнула навстречу прохожему. Прикурив сигарету, она отошла чуть в сторону и стала копаться в сумке.

Вновь отругав жену за неосмотрительность, он переключил внимание на Сеню. Тот как раз вышел на тротуар. Снегирь сосредоточился на клиенте. Поймав в прицел его переносицу, он задержал дыхание и плавно нажал на спуск. В этот момент сбоку раздались крики взывающей о помощи жены. Он понял, что мужчина все-таки из команды Дирижера и схватил Надежду. Та, оказавшись в безвыходном положении, решила сыграть на публику, сделать вид, будто к ней пристал хулиган.

Дирижер уже медленно падал, когда вторая пуля вошла в подбородок. Снегирь мысленно осенил себя крестом, забросил винтовку на заднее сиденье, открыл правую дверь и посмотрел в сторону жены. К своему удивлению, он увидел там троих дерущихся между собой мужчин. Четвертый пытался оттащить Надежду в сторону, однако, получив по лицу когтями, отшатнулся. Воспользовавшись моментом, жена бросилась к машине.

Надежда захлопнула двери уже на ходу. Развернув машину, Снегирь, с места набрав приличную скорость, проскочил двор и, объехав трансформаторную будку, свернул за угол многоэтажки. Погони не было. Петляя между новостройками, он облегченно перевел дыхание.

– Кажется, оторвались, – бросив взгляд на Надежду, с шумом перевел дыхание. – А ты тоже хороша!

Снегирь хотел было сделать нравоучение неосмотрительности супруги, как неожиданно ее лицо изменилось. Он перевел взгляд на дорогу и ужаснулся. Прямо перед машиной, словно из-под земли, возникла супружеская пара с коляской. От досады Снегирь лишь фыркнул. Ему было достаточно мгновения, чтобы оценить ситуацию. С коляской не разминуться. Скорость была приличной. Слева стена здания. Справа – припаркованный микроавтобус. Стиснув зубы, он вдавил до отказа педаль газа. Коляска с ребенком легка и должна отлететь. Пока убитые горем родители начнут соображать, они будут уже далеко. В последний момент он услышал крик Надежды. Мощный удар, звон лобового стекла и грохот по капоту на какое-то время сбили Снегиря с толку. Машину сильно подбросило, нога слетела с педали газа, и двигатель заглох. Почти одновременно двери открылись, и возникшие словно из-под земли люди в камуфляже и масках выволокли его на землю. Из глаз брызнули искры. Кто-то, придавив Снегиря сверху, заворачивал руки за спину. С трудом повернув голову вправо, он наконец понял, что попался. Супружеская пара, вопреки ожиданиям, не билась в истерике. Никто не бросался на него. Напротив, молодой мужчина со своей «подругой» как ни в чем не бывало мирно беседовали с человеком в униформе с аббревиатурой ФСБ на спине. На дороге и капоте машины валялось с десяток кирпичей.