Уснуть и только - Дина Лампитт

– Я только на минутку, – заверила Дженна, подхватив сломанную табуретку и торопясь выскользнуть за дверь, пока повар не передумал.

Утренняя прохлада и свежесть уже рассеялись, яркое весеннее солнце окрасило каменные стены в розовый цвет. Дженна остановилась возле конюшни и прислушалась. Из крайней двери доносился равно мерный стук молотка, и сразу же в такт ему забилось сердце Дженны. Ладони девушки увлажнились, она нерешительно двинулась вперед и остановилась в дверях, чтобы потихоньку полюбоваться своим избранником, пока он ее не заметил.

Бенджамин стоял спиной к ней на коленях. Перед ним лежал любимый резной стул леди Мэй. Дженна замерла, в восторге глядя на небольшие ловкие руки, некрупную, но крепкую и гибкую фигуру Миста, на завитки блестящих каштановых волос, опускавшихся на шею.

Дженну захлестнул такой мощный порыв любви, что из ее груди вырвался звук, похожий на рыдание. Бенджамин обернулся, доброжелательно улыбаясь, но когда он разглядел, кто это, улыбка сразу померкла.

– А, это ты, Дженна, – равнодушно произнес плотник.

Дженне показалось, что она видит себя со стороны – раскрасневшуюся, неловкую, высокую, худую, с растрепанными черными волосами.

– Извини, что побеспокоила, Бенджамин. Просто у нас на кухне сломалась табуретка, и старший повар послал меня узнать, сможешь ли ты ее починить.

Бенджамин встал и обтер ладони о штаны.

– Ну-ка, дай взглянуть.

Шагнув вперед, Дженна вручила ему табуретку, беспокоясь в этот момент только о том, что ее необычно высокий для женщины рост может показаться гигантским мужчине среднего телосложения.

– Да, это легко исправить, – сказал Бенджамин, повертев в руках обломки.

Дженна замешкалась, чувствуя, что плотник хочет, чтобы она ушла, но не желая сдаваться.

– Как раз вчера мой отец жаловался, что давно тебя не видел. Он велел узнать, может, ты захочешь как-нибудь зайти поужинать с нами.

Бенджамин молчал так долго, что, если бы на его месте был кто-либо другой, Дженна уже вспылила бы. Наконец он ответил.

– Хорошо. Передай Даниэлю, что я благодарю его за приглашение и зайду как-нибудь на днях.

– Завтра? – настаивала Дженна. – Или послезавтра? Когда?

– Послезавтра.

– Мы будем ждать тебя.

– Ладно, – буркнул он, отворачиваясь. – До свидания, Дженна.

Дженна бегом возвратилась на кухню, опасаясь, что Бенджамин окликнет ее и откажется от приглашения. И только оказавшись в хорошо знакомом помещении с высоким потолком, уже наполненном изысканными ароматами жарящегося на вертеле мяса, сладкого печенья, заварного крема, она пришла в себя.

Девушка, разбившая табуретку, лукаво поглядела на нее.

– Что сказал Бенджамин? Сможет он починить ее?

Погруженная в свои мысли, Дженна не ответила.

– Бенджамин, твой приятель. Починит он табуретку?

– А-а… Да. Он взял ее.

– Говорят, он скоро женится?

– Что?! – Дженна с таким ужасом взглянула на подругу, что та рассмеялась.

– Моя сестра видела, как он гулял в Бивелхэмском лесу с Деборой Вестон. Она говорит, что они целовались.

– Люси, ты говоришь это, чтобы досадить мне?

Лицо девушки смягчилось.

– Нет, это правда. Мне кажется, Дебора давно ему нравится. Если ты хочешь заполучить его, Дженна, тебе следует поторопиться.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты должна отбить у нее Бенджамина!

– Но как?..

– Уж, наверно, есть способы. – Люси понизила голос. – Разве ты не можешь приворожить его?

– Не смей даже говорить об этом. Ты не хуже меня знаешь, какое наказание за это полагается.

– Да, но кто узнает? Воспользуйся тем, что твоя тетка владела всеми этими тайнами!

Дженна поглядела в окно.

– Моя тетка умерла в тюрьме. У меня нет желания повторить ее судьбу.

– Тогда тебе нужно придумать что-нибудь другое. Иначе он достанется этому лакомому кусочку мяса.

– Это что, мужчины ее так называют?

– Да. Мои братья говорят, она такая аппетитная, что хочется ее съесть.

Дженна отвернулась.

– Хватит! Ненавижу ее!

Люси хихикнула.

– Я думаю, ты могла бы и ее заколдовать.

– Ах, перестань, пожалуйста, – вздохнула Дженна, пряча одинокую слезу.

Закончив работу, Бенджамин Мист аккуратно сложил в мешок инструменты и те куски дерева, которые еще могли ему пригодиться, и вышел из дворцовых ворот.

Справа от него, неподалеку от главного Мэгфилдского тракта, располагались жилые дома, слева – хорошо протоптанная тропинка спускалась с холма и, минуя несколько домишек, направлялась дальше, в Кокин-Милл.

Бенджамин в нерешительности топтался на месте. Если он без приглашения явится к Деборе Вестон, угостят ли его ужином? Или, учитывая, как сильно он проголодался, лучше вначале забежать домой и поесть? В конце концов Бенджамин решил пожертвовать желудком ради любви и, взвалив на плечи мешок, повернул налево.

Заходящее за его спиной солнце расцветило небо розовыми и синими полосами. На разные голоса щебетали и пели птицы, и вдруг над самой головой Бенджамина вознес гимн закату певчий дрозд. С реки дул прохладный свежий ветерок, приносивший с собой аромат полевых цветов. Это был самый пре красный весенний вечер, какой только мог себе представить Бенджамин Мист, и навстречу ему бежала Дебора Вестон.

Она была нежной, изящной и хрупкой, как под снежник, миниатюрной блондинкой с копной золотистых волос и сине-фиолетовыми, как весенние фиалки, глазами. И даже кожа у нее была бархатистой и нежной, как лепесток розы.

Когда она подошла ближе, Бенджамин взял руки Деборы в свои и прижал их к груди. Из дверей коттеджа раздался голос ее матери.

– Дебора, кто это пришел? Бенджамин? – и на пороге показалась матушка Вестон – крупная, сварливая, смуглая женщина, полная противоположность своей изящной дочери.

Бенджамин вежливо поклонился, она широко улыбнулась в ответ, при этом ее лицо покрылось сетью из тысячи мелких морщинок. С минуту они стояли, глядя друг на друга и улыбаясь, она думала о том, какой славной добычей для ее дочери будет Бенджамин, с его унаследованным от отца добротным домом, а он – о том, правда ли, что с возрастом дочери становятся похожими на матерей, и какой же в этом случае через двадцать лет станет Дебора.

Однако подобные мысли не помешали ему прошептать, как только мамаша Вестон вернулась к своим кастрюлям:

– Ты по-прежнему уверена, что хочешь выйти за меня замуж?

Дебора слегка насупилась.

– Ты же знаешь, что да. Но есть кое-кто, кто готов меня за это прикончить.

– Кого ты имеешь в виду? Кто это?