Нити судьбы. Новый мир 2. Финал - Эмили Ли

— Простите, что не в подобающем виде.

— Лежите, — укорила его Лайя. — Дайте себе время восстановиться.

— Спасибо, что поверили и дали шанс! Я в неоплатном долгу перед вами!

— Мы все занимаемся тем, чем должны. Вы сражались — я лечила. Поэтому не нужно никаких долгов и переживаний по этому поводу. Мы на одной стороне, на стороне будущего мира.

Лайя и сама не верила, что говорит подобную чушь. Где она и где долг родине? Это всё виноваты вдохновляющие речи, какие Чонсок часто произносит. Вот, прицепились уже и к ней.

Неожиданно покой лечебницы нарушил громкий женский крик, а затем поднялся шум: где-то отлетела, ударяясь в стену, дверь, раздался топот ног. И уже в следующие секунды в пространстве разлился отчетливый след магии. Лайя рванула из комнаты, спеша узнать, что происходит. Проблема была на втором этаже, где держали под охраной раненых имперцев.

Ей навстречу бежала испуганная Лалира, светлая ведьма, которая присоединилась к ним ещё в Трекании.

— Не посылайте меня больше туда! — жалостливо попросила девушка, доверчиво прижимаясь к своей Верховной ведьме. — Их сердца полны тьмы! Зачем их лечить, если они не хотят? Мы каждый раз предлагаем, а в ответ лишь оскорбления!

— Что произошло?

Ответил ей маг, который сегодня дежурил на втором этаже:

— Один из азуров с ножом был. И где только взял его?! Сейчас обыщем их повторно. Простите, не предусмотрели.

— Ты в порядке? — Лайя отстранила от себя ведьму и заметила крупный порез на руке той.

Ведьма тоже сразу вспомнила о своей травме и, испуганно ойкнув, поспешила в сторону комнаты, где лежали перевязочные материалы и находились зелья. Собравшиеся на шум другие ведьмы с сочувствием проводили ту взглядами.

— Наши зелья они разбивают, — вдруг пожаловалась одна из девушек Лайе.

— А вчера меня ударили, когда я заходила проверить повязку одного из больных, — робко сказала ещё одна.

— И меня за руку схватили. Вот, синяк до сих пор!

— И меня!

Жалобы стали смелее, а злость Лайи ярче. Захотелось поджечь всех имперцев в той комнате и решить проблему.

— Я поняла! — перебила поток признаний она. — Пока не заходите к ним. Займитесь иллинуйцами.

Узнать, где сейчас находится Чонсок, не составило труда. Пока шла до нужного здания, злость превращалась в ярость. Что за бессмысленная трата сил и времени? Что-то она не заметила, когда они пришли в разрушенную Илану, такой милости со стороны врага! Так почему они должны проявлять сочувствие? Их даже обменять потом не на кого. Имперцы пленных не брали!

Она практически пинком распахнула дверь, собираясь сразу с порога отчитать его. На неё уставились десятки глаз. Лайя шумно выдохнула, не ожидая, что под «Правитель Лим занят» окажется встреча с представителями бывшей знати Налии. Несмотря на плачевное состояние города и шаткое будущее, элита города снова была в дорогих одеждах и с изысканными украшениями. Их выражение лиц было столь брезгливым, что Лайя сразу вспомнила о собственном виде грязной оборванки с большой дороги. Но вместо смущения испытала новую волну ярости. Пока она днями и ночами дежурит в лечебнице, кто-то нежится на перинах и накрахмаливает воротнички! Сжечь бы и эти надменные физиономии вместе с имперскими!

Правила игры Лайя знала, поэтому склонила голову и с нотками благоговения — по крайней мере она очень старалась это благоговение изобразить — сказала:

— Правитель Лим, прошу извинить меня за вторжение. Дело чрезвычайной важности и требует вашего непосредственного участия.

Чонсок кивнул ей, разрешая выпрямиться, и Лайя одарила его самой обворожительной улыбкой из всех, на какие была способна. Хотя подозревала, что это было больше похоже на оскал. Как только они оказались наедине, в коридоре, лицо Лайи снова перекосило от гнева.

— Чонсок Лим! Какого черта?! Поступить правильно хочешь ты, а страдать приходиться другим! — Чонсок вдруг широко улыбнулся, а глаза засияли весельем. Лайя сначала опешила от такой реакции, а потом снова вспылила: — Не вижу повода для радости!

— Уже представляю тебя на официальном приеме в роли придворной дамы в роскошном платье и со смиренным взглядом. — Он повторил её недавние интонации: — Правитель Лим. — И засмеялся. — Мне понравилось. Только так и обращайся отныне.

Лайя хмыкнула и не зло толкнула его в грудь.

— Амбиции-то свои поумерь! Не родился ещё такой Король, которому я бы прислуживала.

Чонсок снова засмеялся.

— Значит хорошо, что я не Король, а Правитель Лим. — Он вдруг вспомнил о главном и стал серьезным. — Что случилось?

Лайя встрепенулась, тут же эмоционально затараторила, зло сверкая глазами:

— У нас полно своих людей и эльфов, которые нуждаются в помощи, какого черта мы должны лечить врагов?! Имперцы отказываются от лечения и всячески вредительствуют! Один из них сегодня и вовсе напал с ножом! Я больше не буду заставлять своих девочек к ним ходить!

— Подожди минутку. — Он вернулся в зал, а когда вышел снова, коротко сказал: — Идем.

До усадьбы-лечебницы они дошли в молчании. Лайя чувствовала гнев Чона и не рисковала хоть что-то говорить. Уже внутри здания он попросил собрать всех ведьм, которые лечили азуров. Девушки выстроились перед ним, но бросали испуганные взгляды на Верховную ведьму, гадая, чем они так сильно провинились.

— Спасибо за ваш дар и помощь, которую оказываете, — спокойным, но полным искренности голосом проговорил Чонсок. — По окончании войны вашу службу на благо королевства непременно отметят и достойно оплатят наравне с воинами. — Девушки стали переглядываться, не веря услышанному, а потом несмело улыбаться. Кто-то даже рискнул кокетливо улыбнуться ему. Чонсок терпеливо переждал первую волну радости и приступил к цели собрания: — Я прошу вас пройти со мной и указать на тех людей, которые посмели ответить агрессией на вашу доброту. — Реакция была у всех одинаково испуганной, поэтому Чонсок сразу добавил: — Я обещаю, что они больше не причинят вам вреда. Но мне нужно знать, кто недостоин лечения. И только вы можете помочь.

Девушки дружно уставились на Лайю. Она кивнула им.

В сопровождении магов они зашли в большой просторный зал, некогда бальный, а сейчас отданный под лечение врагов. Всех указанных азуров Чонсок приказал увести и заключить в тюремных камерах, где уже сидели другие заключенные, те, что не нуждались в лечении, а потом попросил своих людей выйти. Ведьмы торопливо покинули комнату, маги, которые недавно пришли следить за порядком, потянулись следом, а вот Лайя решение Чона не одобряла. Один на один с этими людьми. Зачем? А если ещё у кого-нибудь окажется оружие?

Её мысли он угадал.

— Я хотел бы поговорить с ними наедине. — Увидев в глазах её «нет», добавил: — Всё будет хорошо.

Раздались презрительные