Судьбы передвижников - Елизавета Э. Газарова

11 (24) июля – Архип Иванович Куинджи скончался в Петербурге.

Похоронен на Смоленском кладбище.

В 1952 году прах перенесён на Тихвинское кладбище Александро-Невской лавры.

Илларион Михайлович Прянишников

(1840–1894)

…живой, горячий Илларион Михайлович Прянишников, один из самых деятельных передвижников, одушевлённый верой в своё дело.

М. В. Нестеров

Илларион Прянишников, одновременно с Василием Перовым заявивший о себе как о прогрессивном художнике-реалисте, охватил своим творчеством многие стороны русской жизни. Живописец прекрасно чувствовал народный характер, достоверно отражал его в своих произведениях, но был не только жанристом. Его талант ярко проявился в работах на военно-исторические и религиозные темы. Художник писал портреты, пейзажи, создавал офорты, иллюстрации. Илларион Михайлович был ревностным блюстителем правды в искусстве, воспринимал его зеркалом действительности и в живописном противоборстве формы и содержания всегда оставался на стороне последнего.

Прянишников стоял у истоков Товарищества передвижных художественных выставок, стал членом-учредителем организации, а со второй выставки вошёл в правление ТПХВ. Самым блестящим образом зарекомендовал себя живописец в качестве педагога Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Илларион Михайлович принял участие в становлении целой плеяды выдающихся деятелей отечественного изобразительного искусства: Архипова, Бакшеева, Богданова-Бельского, Жуковского, Иванова, Касаткина, Корина, Коровина, Лебедева, Малютина, Нестерова, Степанова и многих других. Ученики хранили о своём наставнике добрую память.

Илларион Михайлович Прянишников появился на свет 20 марта 1840 года в купеческой семье. Коммерческие дела отца будущего художника в селе Тимашове Боровского уезда Калужской губернии оставляли желать лучшего, и уж точно не от сытой, благополучной жизни в родительском доме мальчик оказался под крылом своего московского дядюшки – брата отца. Заметные художественные способности привели двенадцатилетнего Иллариона в Московское училище живописи и ваяния. Увы, радость приобщения к любимому занятию продлилась недолго. Спустя год кончина благодетельного родственника принудила подростка озаботиться поиском средств к существованию и поступить в услужение к чаеторговцу. Однако с мечтой стать настоящим художником Илларион не расстался.

Повзрослев и поднакопив жизненного опыта, шестнадцатилетним юношей вернулся он в заветные стены МУЖВ. Училище, открывшее двери бедным сословиям, отличала демократичность учебных установок, что никак не сказывалось на высокой требовательности преподавателей в деле освоения учениками основ живописи и рисунка. Предстоящее обучение виделось Иллариону заманчивой, прекрасной дорогой в мир подлинного искусства. Одно только огорчало и почти лишало надежды: училище не имело возможности поддерживать своих нуждающихся питомцев. И тут произошло то, что случается редко и принято считать подарком судьбы. В жизни Прянишникова такой подарок явился в лице преподавателя училища, выпускника Академии художеств – Егора Яковлевича Васильева. Немногим ранее доброе, бескорыстное участие Егора Яковлевича оказало более чем своевременную помощь Василию Перову, в котором учитель сразу разглядел выдающийся талант. Как и Перов, Прянишников нашёл приют в казённой квартире своего педагога. Помимо этого, Васильев добился освобождения Иллариона от оплаты за обучение и в меру своих возможностей подкармливал поселившихся с ним неимущих учеников.

Владимир Егорович Маковский так характеризовал великодушного Васильева: «…скромный художник, сам воспитавшийся на классиках, в среде тогдашней традиционной условности умело и бережно охранял индивидуальность своих учеников. Такие самобытные таланты, как Перов, Прянишников и другие ученики Е. Я. Васильева, под его руководством достигали полного своего расцвета… И. М. Прянишников всегда с чувством особенного уважения и тёплой благодарности отзывался в воспоминаниях о нём».

В это трудное и скудное для обоих юношей время завязалась крепкая дружба Перова и Прянишникова. А когда Васильев лишился казённой квартиры, молодые люди объединили свои усилия в поисках крыши над головой. Лето 1862 года они провели вместе в непосредственной близости от Троице-Сергиевой лавры. Увы, работы Прянишникова того, раннего периода его жизни не сохранились. Кроме Васильева, развитием своего таланта молодые живописцы были обязаны Сергею Константиновичу Зарянко и Евграфу Семёновичу Сорокину, привившим питомцам фундаментальные, системообразующие творческие принципы. Позднее Илларион Михайлович воспитывал их в своих учениках.

В Первопрестольной Прянишникова привлекло уникальное многообразие людских типов, и вся его дальнейшая творческая и преподавательская жизнь была неразрывно связана с Москвой. «Для нас, русских жанристов, Москва – клад, – говаривал Илларион Михайлович, – тут так много оригинального, своеобразного, такой обильный материал, что художникам и пера и кисти есть над чем поработать». Влюблённые в Москву Прянишников с Перовым часто бродили вдвоём по городу, пополняя копилку своих наблюдений, столь необходимых художникам-жанристам.

Примерно в то же самое время, а именно в 1858 году, по приглашению купца А. Сумкина в маленькое поселение Лальск, расположенное тогда на Вологодчине (ныне оно находится в Лузском районе Кировской области), прибыл двадцатилетний Сергей Прянишников – старший брат Иллариона. Востребованными оказались знания Сергея Михайловича в бумагоделательном производстве, полученные им в родных краях, где эта отрасль была хорошо развита. Впоследствии Сергей Прянишников долгие годы директорствовал на бумажной фабрике Лальска, и некоторое время в этом деле ему помогал брат Александр.

Илларион Михайлович частенько наведывался в Лальск, обогащая своё творчество пейзажными и жанровыми мотивами здешних мест. Названия некоторых работ говорят сами за себя: «Ярмарка в Лальске», «Портрет брата», «Вид фабрики Сумкина» и др. К слову сказать, дом Сергея Михайловича Прянишникова сохранился до наших дней практически без изменений. Интерьеры комнат сегодня представлены в том виде, в каком их видел хозяин дома и его родственники, в том числе Илларион Михайлович.

И всё же более всего в качестве творческой лаборатории Иллариона Прянишникова привлекала Москва. Цепкий взгляд художника, его искреннее сочувствие молчаливой боли маленького человека, довольно быстро сделали из начинающего живописца большого знатока нравов московского купечества, и первое признание не заставило себя долго ждать. В 1864 году Прянишников ездил в Петербург для получения награды – серебряной медали, присуждённой ему академией за «Чтение письма в мелочной лавке» – самой ранней из дошедших до нас его картин.

Илларион Прянишников. 1885 г.

Дом Сергея Прянишникова, директора бумажной фабрики в Лальске, где Илларион Прянишников подолгу гостил у брата. Современный вид

Набирающие силу впечатлительность сердца, зрелость ума и художественное мастерство помогли 25-летнему живописцу создать смелых и чрезвычайно жизненных «Шутников». Эскиз к будущей картине уже обещал произведение неординарное, и художник – тогда ещё воспитанник училища – был поощрён специальной стипендией. Представленное на законченном полотне разнузданное купеческое самодовольство, унижающее бессловесного подвыпившего старика – мелкого чиновника – и шутки ради принуждающее его плясать, произвело большое впечатление. Беспощадная правда смутила высокомерных эстетов, по образному выражению Стасова, «окостеневших в обожании напудренного и нарумяненного искусства». Полотно, взволновавшее соотечественников художника, хотели было продемонстрировать на Венской выставке, но, по предположению того же Стасова, всё же постеснялись «показывать свои язвы Европе». Как бы то ни было, к творчеству Прянишникова отныне было приковано внимание критики и публики.

Зарождение и