Черный дракон и Госпожа Фортуна - Анастасия Сиалана

– Эм? Старушка осерчала? – пошутила я, вот только друзьям было не до смеха.

– Еще как. Казалось, она своего бывшего мужа по стенке за этот трофей размажет. – Эльф весь передернулся. – До сих пор на втором этаже фонит некромагией так, что первокурсники в обморок падают у той аудитории.

Меня выписали тем же вечером и наказали приступить к занятиям с завтрашнего утра. Я ожидала щадящего режима и сочувствия от преподавателей, но не получила ни того, ни другого. Программа истощала студентов до состояния мумий уже к обеду, что говорить о вечере. Еще одним неприятным фактом стало то, что весь наш курс оставили на еще один год в академии. И все эта перерожденная виновата! Видите ли, ее программа неоспоримо лучше и готовит первоклассных магов, а мы отрыжка загнивающей эпохи некромантии!

Было неприятно это слушать, но возмущаться открыто никто не стал. Как никак она стала главой академии. Точнее, вернула свой пост.

Я узнавала все больше и больше, дивилась переменам и тому, как по учебным коридорам во всю шастали личные умертвия. Не угнетенные, не полуразумные, а полноценные и опасные. Оказалось, это ходячие курсовые и дипломные. Без полностью подчиненного высшего умертвия академию было теперь не закончить.

– Она сумасшедшая! – плевалась я ругательствами направо и налево в своей комнате. Хризантемус величественно кивал листиками, выражая поддержку.

Момент, почему цветок Фортуны все еще обитал в моей спальне, объяснил Филимон дэс Эриари. Лич… Лич! Только подумать, в академии сотню лет преподавала нечисть высшего порядка! Неподчиненная! Кошмар! Так вот, именно магистр по физподготовке рассказал, как Хриз поддерживал жизнь в моем бездушном теле, гусенице, а потом и в бабочке, чтобы моя душа не разлетелась, а плоть не сгнила. Это дриадское растение оказалась просто чудесным целителем и могло вырастить все, что угодно. Даже новое тело.

Где вообще эта помешанная нашла семя легендарного дриадского дерева, которое, по легенде, рождало дриад?

Ответа не было, но был Хризантемус Наглоедус, который, как оказалось, не давал телу отвергнуть мою душу. Такое насильное вытеснение меня из собственной оболочки не прошло даром. Душе нужно было время, чтобы вновь срастись с плотью. В общем, растение было своеобразным костылем или целебным клеем, который держал меня во мне. За это я была благодарна Фортуне, но где-то очень глубоко в душе. Остальная моя часть ненавидела ее громко и неистово. Я сама не понимала, откуда взялась такая отчаянная злость на некромантку.

В результате мои метания и громкие выкрики привели меня в кабинет главы.

– Титуниали лив Розалия, вам дали шанс на вторую жизнь, а вы разносите родную альма-матер по кирпичику, – спокойно отчитывал меня магистр дэс Дариан, заполняя документы.

– Я должна была уже выпуститься. Если бы это произошло, не пришлось бы меня терпеть еще год, – нагло ответила я, даже не скрывая обвинительных ноток.

– Даже если бы программа не изменилась, вам все равно пришлось бы продлить обучение в связи с долгим отсутствием, – продолжил ровным голосом бывший глава.

– Я вполне компетентна!

– Не сомневаюсь. – Мужчина оторвал взгляд от документации и посмотрел на меня. Мне показалось, что я увидела нежность и тоску в этих глазах, однако магистр быстро взял себя в руки.

И как я могла забыть, что пионова некромантка крутила роман с главой в моем теле! С мужчиной, в которого я была влюблена до беспамятства. Еще один повод для лютой ненависти. И не важно, что они когда-то были женаты!

– Вы можете покинуть академию хоть сегодня, однако диплом мага среднего уровня – это все, что мы имеем право выдать вам по окончании пяти неполных курсов.

Я стиснула челюсти и услышала скрип собственных зубов.

– Где Фортуна лив Лайлак?

– Глава в командировке, – ответил Родерик, однако я успела заметить любовь на его лице, стоило мне произнести это ненавистное имя.

– Надолго?

– Кто знает. Ученые – очень увлеченные натуры. Очередной эксперимент может затянуться.

– Она сбежала. – Я не спрашивала. Каким-то образом я хорошо понимала эту женщину. Возможно, это из-за памяти, которую сохранило тело, или из-за проведенного бок о бок времени.

– Сбежала, – устало выдохнул дэс Дариан, прежде чем успел остановить себя. – То есть, я хотел сказать, что магистр лив Лайлак сильно занята.

– И где она так занята? – настаивала я. Мне необходимо было с ней поговорить.

Эта несносная женщина не осталась до моего пробуждения, не следила за моим возвращением в тело, да и вообще, задолжала мне личный разговор. Это она украла мое тело, так почему я должна бегать за ней? Это она должна просить прощения.

– В личной лаборатории, – нехотя ответил мужчина.

– Харни?

– Харни.

Что ж, куда еще могла сбежать Фортуна, кроме как в свой личный Харнитовский замок. Как по мне, то это то еще мрачное место, но не мне судить.

Занятия я пропустила, благополучно умыкнув свою виверну из стойла, и отправилась к окраине Топок. Там меня встретил солнечный весенний полдень и цветущие вокруг замка черные тюльпаны. Земля была пропитана мертвой магией, которая просачивалась даже в цветы. Я спешилась на поляне за деревьями так, чтобы меня не увидели раньше времени.

Удивительно, но стоило подойти к высоким двустворчатым дверям, как они отворились передо мной. Либо я понравилась замку, либо меня заманивали в ловушку. Я безошибочно определила, где находится лаборатория, будто раньше была здесь, и спустилась в подвальные помещения.

Я уже хотела с ноги ворваться в обитель ученой, но меня остановили голоса, доносившиеся из-за двери.

– Форти, ты не можешь внедрить кучу нововведений и просто спрятаться в лаборатории, пока все не устаканится. – Совершенно точно это был дэс Дариан. И как только успел так быстро добраться? На своих крыльях мчался, что ли?

– Еще как могу и делаю, – отозвалась женщина, звеня чем-то. – Ты прекрасно справишься без меня, исполняющий обязанности главы академии.

– Да я только из-за тебя держал это учебное заведение на плаву! Чтобы твое наследие жило. Мне этот пост уже в кошмарах снится, – рычал дракон.

– А мне в кошмарах снится твое предложение руки и сердца, – пробурчала Фортуна и начала отдаляться.

Я рискнула и приоткрыла двери лаборатории. Боясь, что меня заметят, наложила на себя заглушающее заклинание. Зря волновалась, эти голубки были заняты исключительно друг другом, поэтому я легко проскользнула внутрь и спряталась за одним из стеллажей с ингредиентами.

– Ты долго еще будешь дуться? Мы женаты. Предложение было формальностью.

– Мы были женаты. Смерть нас разлучила. И ты не нашел ничего лучше, чем в своей ревности к лив Цуне ворваться на заседание попечителей, когда мы