Черный дракон и Госпожа Фортуна - Анастасия Сиалана

ей решил Лисиил. Он был в числе выдающихся студентов, но также присутствовал как принц лисов. – Они могли направлять нежить на богатые поселения, после чего от тех приходил запрос на ее уничтожение. Маги, которые после обучения обязаны были отдавать спонсорам академии процент с их заработка, выполняли свою работу, тем самым пополняя карманы человеческой аристократии. Они формировали спрос, разоряя деревни, тем самым создавая работу для своих магов.

– А знания зачем убирать из программы? – Тут уж не выдержал Висаак.

– А затем, лив Окия, что тогда справится с химерами было бы не сложнее, чем с обычной нежитью. Фортуна лив Лайлак гениальный ученый и блистательный некромант. Вы все прекрасно видели два дня назад, как она спасла академию с помощью своих практик, – ответил глава, смотря на студентов, но потом перевел взгляд на совет и добавил, – кто не видел, тот слышал.

– Но как вы допустили исключение подобных полезных знаний из программы обучения? – ярилась дроу из совета, родственница дэс Махавен.

– Вам напомнить ту панику и ненависть к Фортуне и ее знаниям, когда химеры впервые обрушились на континент? – холодно заметил Родерик. – Да тогда не только вся нежить, даже подчиненная, подвергалась уничтожению, но и многих некромантов казнили прилюдно на городских площадях. Любое упоминание темных искусств незамедлительно приводило к кровавым последствиям. Академия выжила только благодаря спонсорам, и, к сожалению, это оказались люди. Но где были в то время все вы? Помнится, дроу первыми закрылись в своих пещерах! А с ними и все остальные. Так какие претензии к лучшей академии континента, которая сохранила право преподавать некромантию даже в то неспокойное время? Вы нас бросили. – Обвинять дэс Дариана больше никто не хотел.

Речь Родерика была отличной отповедью всем недовольным. И я бы порадовалась, если бы меня внезапно не стукнуло откровением по голове. Я настолько была этим ошарашена, что мысленно попросила Стрихнина, который был на стенографии сегодня, как и всегда на советах, сделать для меня копию и незаметно передать ее мне. Не то чтобы я все еще злилась на паука за то, что тот пошел в услужение Родерику, а не на добровольное захоронение, как остальные, но осадочек остался.

– Драконы хотят войти в совет академии, – выдвинула свое предложение лив Скай. Фамилия у этой девушки была такая же, как у рода дэс Дариана, вот только я забыла расспросить об этом главу. Они родственники?

– Оборотни также предлагают свою кандидатуру…

Следом дроу, орки, светлые эльфы в лице Риннаэдана и демоны с их однорогим королем-регентом сделали то же самое. Было решено принять по два представителя от каждой расы, включая людей. Последних собирались выбрать из семей, которые не запятнали себя в связях с химерами. Это было то, чего я так долго добивалась в свое время, но не успела довести до конца. Мечта о международной академии воплощалась в жизнь на моих глазах. Вот только…

Совет подходил к концу, и мне, по-хорошему, стоило просто отсидеться в тени. И так хватало поводов для разборок, мое возвращение в общество могло подождать, если бы ни одно обстоятельство, которое смущало меня все больше.

Я резко отодвинула тяжелую ткань гобелена и вышла к самому большому совету на моей памяти. Кто-то охнул, другие произносили мое имя, остальные же просто замолчали. Я прошла вдоль большого стола, который собрали специально для сегодняшнего разбирательства, и громко выкрикнула:

– Виверна или решка?

– Виверна, – последовал ответ от Лисиила, который хорошо знал мою любовь к странным играм на удачу. Точнее, так с ним играла Титуниали. Я даже не удивилась, что он так легко повелся.

Я была на верном пути, подкинула монету и поймала ее на тыльную сторону ладони, прикрывая сверху другой рукой. Когда приподняла и посмотрела на расклад, то расплылась в широкой улыбке, вводя весь совет в еще большее замешательство.

– Ты проиграл, – радостно оповестила лив Цуне я.

– Хотел бы вам представить Фортуну лив Лайлак, главу академии Светлых и Темных искусств. Воскресшую. – Глава поднялся из-за стола и отодвинул мне стул, приглашая присоединиться. В его глазах искрилось предвкушение чего-то веселого.

– Как воскресла? – не выдержала Эрха, с которой мои отношения в качестве самой себя не задались с первого взгляда.

– Неправильный вопрос, дэс Махавен, – поучительно начала я. Теперь мне это было позволено. – Кто меня воскресил и зачем? Вот правильный.

Я окинула присутствующих хитрым взглядом и никак не могла поверить в то, что провернули за спиной у людей эти лицемеры. Это ж надо было дожить до момента, когда не меньше трех рас объединились для такой продуманной операции.

– Я в восхищении! – не выдержала я, останавливая свой цепкий взгляд на Лисииле лив Цуне. Он был лицом всего этого заговора, и никогда в этом не признается. Никто не признается, и доказательств мы не найдем. Хвосты эти хитрецы отлично подчищают. Остается только строить догадки.

***

Не успела я насладиться вытянутыми лицами членов совета, в основном людской и эльфийской части, ибо остальные знали обо мне, в этом больше не было сомнений, как меня оторвали от стула сильные руки и стиснули так крепко, что затрещали ребра!

– Моя фея проруби! – выдохнул горячо мне на ухо Риннаэдан. Это прозвище он умыкнул у Филимона. А вот следующее было его творчества. – Снежная лилия…

– Я тоже рада тебя… Видеть, – просипела, пытаясь вдохнуть, но получалась это из рук вон плохо. – Пусти… Задушишь.

Эльфу было все равно. Я была его погибшей лучшей подругой, единственной, если брать во внимание его положение, и он только что встретил меня вновь. Дан всегда был учтив и доброжелателен, но мало кто знал владыку светлых так же хорошо, как я и Родерик. С последним эльф был дружен, но даже близко не так крепко, как мы. Цветочная фея и светлый правитель – мы отлично поладили, когда я занималась установкой охранного периметра вокруг эльфийской столицы. Лив Хазалия тогда только взошел на престол и искал кого-то, кто видел бы в нем озорного эльфа, а не владыку. Я видела и с удовольствием поощряла его ребячество. Он был самым первым спонсором нашей академии и помогал возвести здание.

– Боги, ты все-таки выкарабкалась! Везучая Фортуна лив Лайлак! – Он отстранился, но выпускать меня из рук не собирался.

– Кхм, ваше величество, совет продолжается. Может, вернетесь на свое место? – осторожно предложила эльфийка, что тоже состояла в совете. Лив Сори, наша дорогая преподавательница истории магии.

– Брат, это просто недопустимо! – взвизгнула Риннаэль. Долго она приходила в себя после наших объятий. – Это же Фортуна лив Лайлак, самая страшная кара мира!

– И