Защитник для Хранителя (СИ) - Малышева Алёна

— Никшани!!! — ворвался в сознание знакомый голос. — Друзья в беде! Защити их! Используй силу!

Ника сжала кулаки и открыла глаза. Чудовища нападали на людей, да и оборотни с вампирами атаковали. Часть из них уже была на стене. Алшан, Светояр отбивались от нескольких врагов сразу. Уголёк не отставал от них. И все трое не подпускали врагов к Нике.

Убийцы Черри! Чудовища, вампиры, оборотни — убийцы её брата! Она не даст им больше навредить родным!

Ника резко выпрямилась и с яростью махнула в направлении врагов:

— Да горите вы в синем пламени!

Вместе с криком во все стороны из неё выплеснулась чёрно-серебристой волной сила. Чудовища над головой вспыхнули, остались только бестелесные контуры. Да и те постепенно растаяли в тёмном небе. Ближайшие оборотни и вампиры также загорались и пеплом осыпались. Воздух тошнотворно запах горелой плотью и шерстью.

Вместе с силой, казалось, вытекла жизнь, оставив пустую оболочку. Ника покачнулась от слабости, в глазах потемнело. Не дали упасть крепкие руки, подхватившие её.

— Они уходят! Бегут! — неподалёку раздался чей-то удивлённый голос: — Ура?

— Ура!!! — грохнуло со всех сторон.

У самого уха Светояр тихо произнёс:

— Мы справились!

— Но Черри…

Не договорила. Темнота взяла над ней верх.

Ника открыла глаза и бездумно некоторое время вглядывалась в деревянные перекрестья потолка. Голова пуста, как никогда. Ни мысли, ни воспоминания, ни предположения, где она, что с ней…  Но, к сожалению, это продлилось недолго.

Обрушились разом и чувства, и воспоминания.

— Черри! — Ника резко села, голова закружилась, но больше никаких последствий после слабости.

Она находилась в сторожке. Лежала на деревянной кровати, предназначенной для сменщика караульного. Тени таились по углам, но серо-голубоватый свет рассвета через окно уже разгонял темноту. В доме никого. Снаружи разговаривают несколько человек.

Нужно узнать, что с Черри. Может, она всё придумала. Может, он жив и здоров, или хотя бы просто ранен.

Встала, но сделать даже шага не успела. Открылась дверь, и в избу вошёл Алшан. На его лице мелькнуло облегчение.

— Что я пропустила? — опередила она вопрос друга.

Алшан нахмурился, но всё же соизволил ответить:

— Элишан забрал оставшихся в живых вампиров и оборотней и отступил. Среди жителей крепости пострадало немного, всех раненных лекари уже поставили на ноги. Наши разведчики вместе с отрядом, который направили им на помощь, вернулись в крепость. Сейчас твои друзья в таверне, где мы остановились…

— Черри?

Алшан не отвёл взгляда. Ничего не ответил. Но стало и так ясно: надеяться не на что. Вот только надежда умирает последней. И пока Ника не увидит друга бездыханным…  мёртвым, капля веры в то, что бывают же чудеса, не исчезнет.

— Я хочу встретиться с друзьями! — бросила Ника.

Алшан согласно склонил голову и пропустил её вперёд, сам последовал следом. С каждым шагом Ника двигалась всё быстрее и быстрее. К концу дороги уже чуть ли не бежала. Распахнула дверь в таверну и застыла на пороге, словно врезавшись в стену.

В полумраке общего зала на скамье укрытый простынёй лежал Черняк. Холодно-бледное лицо на фоне чёрных волос чуть ли не светилось. У изголовья, поникнув, сидела Беляна, вид которой был не лучше Черняка. Михаил приобнял её за плечи, выражая поддержку. Владнэль сидел тут же. Когда открылась дверь, Мишка и Владнэль лишь мельком глянули на Нику и снова опустили головы. Беляна не шевельнулась.

Ника было хотела шагнуть к ним, но невыразительным голосом заговорила Беляна:

— Черри до последнего надеялся…  ждал…  придёт помощь…  Ника…  хозяйка…  не бросит…  спасёт…  Помощь опоздала…  — подняла пустой взгляд на Нику, — опоздала…

Опоздала…  Ника опоздала. Именно это хочет сказать Белла?

Ни Владнэль, ни Мишка не возразили Беляне.

Они правы…

Ника развернулась на месте и бросилась к выходу, едва не сбив входящего Алшана.

Шаршанин, нахмурившись, проводил Нику взглядом и цепко обвёл безучастных друзей Ники.

— Идиоты! — зло бросил в тишине зала и также быстро, как Ника, покинул таверну.

Светояр, спускавшийся со второго этажа, впервые был согласен с ним. Ника сейчас как никто нуждалась в поддержке, но самые дорогие для неё люди сами пытались пережить потерю, им было не до неё. Он отлично понимал, что Черняк был братом Беляны, что его смерть стала сильным ударом для неё. А парни, видимо, винили себя, что позволили Черняку пожертвовать собой для их защиты. Но кто-нибудь из них подумал о Нике?

В синих глазах Беляны пелена немного рассеялась.

— О чём он? — слабым голосом спросила целительница.

— А ты не поняла? — холодно откликнулся Светояр, останавливаясь на полпути между лестницей и выходом на улицу. — Ты только что обвинила Нику в смерти Черняка!

Перед тем, как за ним захлопнулась дверь, до него донеслось растерянное:

— Я не это имела ввиду…

Это или не это. Но слова целительницы упали на благодатную почву. Насколько он успел изучить Нику, она и так винит себя в смерти друга, а подруга лишь сильнее уверила её в этом.

Теперь нужно будет потрудиться, чтобы Защитница выкинула эти глупые мысли из головы.

Желание защитить, оградить от боли и потерь, закрыть в безопасном месте, где бы были только они вдвоём, усилием воли Светояр привычно подавил. Ни к чему это сейчас…  да и потом тоже. Новым источником боли для Ники он не желает стать.

Ноги сами по себе привели к крепостной стене. Ника, поникнув и обхватив себя руками за плечи, стояла на самом верху. Ветер трепал и так лохматую косу. Одинокая маленькая фигурка. Одна во всём мире. Лишь огромный пёс у ног поднял морду и жалобно воет в небо, словно выражает всю тоску и боль хозяйки.

Жалость пронзила сердце. Злость на обстоятельства, на беспомощность, заставили заскрежетать зубами. Он не в силах оградить эту девушку от всех потерь, он не в силах вернуть ей друга. Он даже не может предложить свою поддержку. Сам постарался отдалиться от неё. Он ей никто!

Проклятие! Не может он оставаться в стороне! Не сейчас! И будь, что будет!

— Стой! — угрожающей тихий приказ за спиной, заставил замереть. — Не лезь! Не порть свою игру!

Светояр неприязненно проводил шаршанина взглядом. Слишком тот много знает и понимает для простого наёмника, изгнанника! Но с доверием Ники к этому шаршанину ничего не поделать. Хорошо тот заморочил ей голову. Да и клятва эта проклятая. Светояр слышал о ней. Ни один из горных эльфов нарушить её не может из-за угрозы гибели не только себя, но и всего рода.

Алшан поднялся на стену. Пёс встретил его предупреждающим рыком, но пропустил к хозяйке. И настороженно застыл, готовый при необходимости броситься на защиту.

Светояр отступил в тень, но уходить не собирался. Хотя бы своим незримым присутствием поддержит её.

Ника, кажется, не услышала подошедшего и окликнувшего её шаршанина. Продолжала неподвижной статуей смотреть вдаль. Алшан схватил её за плечи и повернул к себе. От вида пустоты в больших шоколадных глазах, Светояр вздрогнул. И только сжав кулаки, заставил себя остаться на месте. Шаршанин прав — Злата! Он второй раз за день соглашается с этим родзарским горным эльфом! — Светояру нельзя сближаться с Никой, слишком он дорожит ею, чтобы причинить боль.

— Ника! Прекрати винить себя! — властно потребовал Алшан.

— Если бы я отправилась на помощь…  — донёсся невыразительный, тихий голос. Ника продолжала смотреть в пустоту, кажется, даже не видя перед собой шаршанина.

— Дура! Да приди в себя! — Алшан встряхнул Нику за плечи так, что мотнулась её голова. Но Ника хотя бы сфокусировала на его лице непонимающе-вопросительный взгляд. Шаршанин прекратил её трясти. Не отрывая своих тёмных, почти чёрных глаз от её, чеканя каждое слово, видимо, чтобы до её помутневшего сознания дошёл их смысл, заговорил: — Ты не могла ничего сделать! Никто не мог! Это был выбор Черняка…