Даггер: Инициация - Денис Александрович Агеев

быстрее принимать решения в сложных ситуациях, а также при ее развитии сокращалось время изучения других нейроактиваций и способностей. «Улучшення регенерация тканей» способствовала ускоренному заживлению ран, а на последних уровнях ее развития появлялась даже возможность частично восстанавливать утраченные конечности, что вообще звучало фантастически. Были и такие нейроактивации, которые повышали защиту организма от определенных типов воздействий. По принципу нейроактиваций, основанных на улучшении ФИП-коэффициентов, эти тоже делились на парные, тройные, четверные и так далее, вплоть до комплексных. И все эти радости жизни, разумеется, имели свои условия активации и требовали определенных затрат энергопотенциала. И так уж сложилось, что моих 2886 единиц ресурса не хватало ни для чего.

Развитие способностей тоже подразумевало под собой наличие некоторых нейроактиваций и определенных значений ФИП-коэффициентов, а главное — затрат еще куда большего объема энергопотенциала. К примеру, «Берсерк» первого уровня, дающий при активации мгновенное тройное увеличение текущих показателей силы, выносливости и защиты от некоторых типов урона, но уменьшающий на то же значение умственную пластичность, требовал для изучения пятьдесят тысяч единиц ресурса. Также для его активации необходимо было повысить такие ФИП-коэффициенты, как физическая сила и выносливость до трех пунктов. Особенно полезной мне показалась способность «Чистильщик», которая при применении снимала до половины негативных эффектов, влияющих на организм. С ее помощью, наверное, можно нивелировать похмелье или болевой синдром, когда того требует ситуация. Не менее полезной выглядела и способность «Регенератор», которая за короткое время восстанавливала до четверти процентов потерянного здоровья. К сожалению, использование способностей подразумевало и расход в моменте энергопотенциала, причем каждая предъявляла свой объем. «Берсерк» требовал пятьсот единиц ресурса, а регенератор — уже тысячу. К тому же после применения они еще должны были восстанавливаться какое-то время. Так что злоупотреблять ими не стоило. К слову, нейроактивация «Укрепленная нервная система» на более поздних уровнях способствовала уменьшению требований к применению тех или иных способностей. Не зря профессор считает ее одной из самых полезных.

Отдельно для себя я выделил способность «Должник». Ее уникальность состояла в том, что она как бы извлекала из собственного организма определенный объем энергопотенциала, но использовать его можно было только для активации других способностей. Уже на первом уровне объем высвобождаемой энергии равнялся трем тысячам единиц. Правда, спустя время остатки неиспользованного энергопотенциала всасывались обратно, и чем больше его было потрачено, тем явственнее после этого становился откат — снижение некоторых ФИП-коэффициентов, усталость и апатия. К тому же условия для ее изучения тоже были достаточно высокими.

Едва я добрался до раздела «Протоколы», как в комнате раздался громкий звонок. Исходил он от голоприемника на столе. Я так отвык от этого звука, что не сразу сообразил, что происходит. И это очень странно, потому что обычно все инфовызовы поступают сразу на инфолинк. Но в нейроинтерфейс никаких сообщений не выскакивало. Весь местный персонал и остальные участники проекта всегда связывались со мной посредством новых нейроимплантов. Выходит, что этот звонок исходил откуда-то извне?..

Я дал голосовую команду голоприемнику, чтобы он принял звонок. Посередине комнаты появилось полупрозрачное изображение человека, который, как я думал, уже давно забыл о моем существовании.

— Господин Картер?.. — мои глаза, наверное, стали в два раза больше обычного, хотя, казалось бы, после последнего инцидента меня уже ничего удивить не могло. Я поднялся с койки и выпрямился.

Начальник тюрьмы, в которой я провел долгие восемь лет, смотрел на меня дикими глазами разъяренного быка. Руки он держал у живота чуть согнутыми в локтях. Весь вид его говорил о том, что он готов кинуться на меня в любую секунду.

— Заключенный номер одиннадцать-сто четырнадцать, — раздался его голос из динамиков. Говорил он медленно, чуть ли ни цедя каждое слова. Таким я его еще не видел. — Как ты посмел… так поступить?..

— Что? — Я на миг растерялся, но быстро взял себя в руки. — Я уже не заключенный. Причем благодаря вам. Да и как вы нашли меня?

— Мне это стоило некоторых усилий и финансовых затрат, но я справился. За меня не волнуйся. Беспокойся лучше за себя. Потому что такого плевка в лицо я не прощу. Никогда! Слышишь меня, Хоксвелл?

— Да что случилось, черт возьми?! — повысил голос я.

— Не понимаешь, да? Притворяешься…

— Нет! Я действительно не понимаю, черт бы вас побрал!

— И это после всего того, что я для тебя сделал?.. Столько лет ты жил, не зная бед. Тебя никто не бил, не унижал, не трахал в задницу. Ты отсидел всего лишь половину от положенного срока… И после всего этого ты решили поступить со мной так?.. — Джозеф Картер повысил голос, сделав акцент на последнем слове.

— Как так, черт возьми? — развел руками я.

Его лицо скривилось в зловещей ухмылке. Реагировал на мои ответы он быстро, значит, сигнал связи был отличным, что говорило о том, что он действительно неплохо заплатил за головызов. Слабые и средние сигналы стоили дешевле, но и задержка могла составлять по двадцать-тридцать секунд. К тому же он вообще мог отправить голописьмо или даже аудиосообщение, что вышло бы еще дешевле. Но нет, он хотел выйти со мной на прямую связь.

— Где Беннер? Где мой брат, чертов ты ублюдок? Ответь мне! — еще громче произнес он. Но еще не кричал, хотя и был на грани.

И я все понял.

— Он… пропал.

— Пропал?.. Что у вас там произошло? Он не вышел со мной на связь. Мне пришлось задействовать все свои связи и заплатить немалые деньги, чтобы мне только и сообщили, что он пропал без вести… Вы что, совсем рехнулись там? У вас сверхохраняемый секретный проект! Как он мог пропасть? Куда? Ответь мне!

— Я… не могу, господин Картер. Вы сами знаете, что здесь все засекречено. Я не знаю, как вы смогли добраться до меня, но я не могу говорить на эту тему.

— Не можешь… — протянул он, не сводя с меня пристального пронизывающего взгляда. — Ты должен был защищать его, Хоксвелл. Защищать ценой своей жизни! Я вытащил твою задницу из тюрьмы только для того, чтобы ты присматривал за ним! А что сделал ты? Ты упустил его! Мой брат пропал без вести! И все это из-за тебя!

Он резко указал пальцем на меня. И я почувствовал, что начинаю злиться. В няньки я тут никому не нанимался.

— Бен — славный парень, хоть и до сих пор наивен как школьник. Но он — не ребенок. Он был на войне. И прекрасно отдавал себе отчет, во что ввязался. Не знаю, на что вы там рассчитывали, господин Картер, но я за него