Игры крови - Андрей Сергеевич Абабков

кальмар и вурдалак выглядит правдоподобнее, чем червяк и вурдалак.

— Но не исключено?

— Не исключено. Если червяк был вкусным, а вурдалак голодным, то все возможно.

* * *

— Императрица не похожа на себя прежнюю. Я помню милую веселую девочку, а сейчас по коридорам дворца ходит хмурая и серьезная девушка, что огрызается на всех, кто смеет ей советовать. Не может ли это быть результатом некоего магического воздействия на разум или, того хуже, повреждения разума?

— Ее величество всего лишь раз не послушала ваш совет и вы уже планируете объявить ее безумной?

— Где один совет, там и второй. Когда это войдет в привычку будет поздно. Лучше предпринять некоторые шаги заранее.

— Спешу вас разочаровать, но никакое магическое воздействие невозможно. Не в императорском дворце. Да и симптомы там другие.

— Тогда что насчет Церкви?

— Вам стоит просто найти к ее величеству подход. Юная особа не устоит против вашего опыта.

— И все же?

— Священники могут оказывать воздействие на разум, но опять же, симптомы будут другими. Изменение характера государыни лежит в иной плоскости.

— И вы ее знаете?

— Если бы знал, то я бы был на вашем месте.

— А раз вы не на моем месте…

— То простого ответа у меня нет.

* * *

— Мерзавка совершенно не слушает меня!

— Вам стоит проявить твердость.

— Я пытаюсь, но ее как будто подменили! Это уже другой человек.

— Опасные мысли.

— Но это так! Я не вижу иных причин почему девчонка перестала слушаться меня.

— Подменить человека в императорском дворце…

— Проклятый маг Роз мог сделать это и до того. Я же сообщала, что он навещал дочь незадолго до ее переезда в императорский дворец.

— Но при ней были ваши фрейлины.

— Тупые ленивые коровы!

— И все же они были рядом. Плюс гвардейцы и слуги. Нет. Не получается. Это не сработает. В такое никто не поверит. Нас поднимут на смех.

— Тогда надо объявить ее сумасшедшей и дать мне регентство.

— Это крайне опасный путь.

— Но это единственный путь.

— Пока еще нет.

* * *

— Тройные караулы. Давно такого не было в императорском дворце.

— Говорят, что после устроенного магами сражения в городе, ее величество плохо спит по ночам.

— Ты в это веришь?

— Скорее я верю в решимость некоторых придворных. За последние дни государыня многих обидела.

— Только вот тройные караулы здесь не помогут. К тому же яд или кинжал далеко не единственное средство убрать неугодного императора.

— И кто из нас доложит об этом ее величеству?

— У меня семья. Я точно не рискну.

— А присяга?

— А кормить меня кто будет? И если такой умный, чего сам не идешь на доклад?

— Издеваешься? Любого кто пойдет на доклад к ее величеству сожрут. Просто на всякий случай. Тут надо действовать тоньше. Записка или намек.

— Все равно страшно. Канцлер не простит. Лучше служить как служим.

* * *

— С утра мне только ленивый не намекнул на безумие нашей императрицы. Мур знает что! Все как с цепи сорвались.

— А что если это правда?

— Издеваешься?

— Никак нет. Мы не в той весовой категории, чтобы принимать подобные решения. Но готовыми быть должны.

— И все равно это путь в никуда. Ладно там если сообщить о временном помутнении рассудка, но безумие… А что потом? Меняем императоров как перчатки?

— Это ведь не самый плохой для нас вариант.

— Я этого не слышал!

— Я ничего и не говорил.

* * *

— Девка на троне это всегда к беде. Все они прислужницы Мур. Хитрые и изворотливые.

— Пока что наша славная Вики никак не похожа ни на хитрую, ни на изворотливую.

— Твоя правда. Отдавить столько любимых мозолей у большей части придворных… Здесь особый талант нужен. Ладно хоть за кошелек их не трогала. Хватило ума.

— Как я слышал, именно безумной ее и хотят объявить.

— Глупость. Я против девки на троне, но подобного не допущу. Пусть родит и передаст трон сыну. Так будет лучше для всех.

— Но ведь это когда еще будет?

— Если не работать в этом направлении, то нескоро. Но мы ведь для того и существуем, чтобы осуществлять планы в жизнь.

— Тогда с меня подходящая партия. Думаю я найду нужные слова, чтобы убедить ее величество выбрать предложенного мной кандидата в мужья.

— А я поговорю с Розом. Пусть придержит придворных. Их нынешние инициативы не к месту.

— У него получится?

— Я очень удивлюсь, если нет.

* * *

— Никак не могу понять, чего тебе не нравится? В деньгах мы выиграли. Должности сохранили. Наградами нас не обошли. Разговаривают с нами милостиво. Туч на горизонте нет. Зачем нам встревать во все эти интриги высших чинов?

— Но ведь это так увлекательно!

— И опасно. Или про это ты забыл? Голову потерять не боишься?

— Когда на кону стоят такие ставки, это всегда опасно. Иначе быть не может. Но ведь и выигрыш хорош. А еще возможность войти в историю. Ведь прямо на наших глазах все творится.

— Здесь это обычное дело. Только вот выигрывают единицы, а на страницах истории оказывается и того меньше людей.

— И как оказаться в их числе?

— Прежде всего надо сохранить голову холодной. Бросаться во все авантюры это верный путь к гибели. Фаворит пока неизвестен. Ее величество вполне способна всех удивить. Зачем рисковать в таких условиях?

— Значит опять сидим и не рыпаемся?

— Верно мыслишь. Сидим и не рыпаемся. Наше время еще придет.

* * *

— Это не големы крови и не марионетки. Тебя атаковали вполне себе настоящие и живые люди.

— А взрыв головы?

— Этот вопрос мы еще изучаем.

— А отсутствие памяти крови?

— И этот вопрос мы тоже изучаем. Жандармы нашли еще несколько человек со схожей на вампиров реакцией.

— Агрессия и взрыв головы?

— И отсутствие памяти крови.

— Куда ведут ниточки?

— Я ученая, а не жандарм.

— Не прибедняйся.

— Все объекты посещали один и тот же храм.

— Что за храм?

— Какой-то мелкий божок. Я о нем раньше даже не слышала. Что-то местечковое.

— Звучит не очень. Предварительные