Оккультные корни нацизма. Тайные арийские культы и их влияние на нацистскую идеологию. - Николас Гудрик-Кларк

Призывы нацизма опирались на мощные образы, призванные облегчить чувства беспокойства, поражения и деморализации. Самому существованию немецкой нации угрожал заговор евреев и их сообщников. Социалисты, «Ноябрьские преступники» (те, кто подписал позорный мир 1918), большевики, франкмасоны и даже современные художники, несомненно были агентами этого заговора, направленного на разрушение Германии. Только тотальное уничтожение евреев могло спасти немцев, могло позволить им войти в обетованную землю. Хилиастические надежды Третьего Рейха напоминают о средневековом пророчестве Иоахита и оставались сильной метафорой для воображения многих немцев, переживших проигранную войну, тяжёлые условия мира, нищету и хаос ранней Веймарской Республики. Идеи заговора и золотого века вновь ожили после экономического краха и депрессии в 1930-33.

Почти религиозная вера в расу арийцев, мысли о необходимом уничтожении низших рас и великолепном будущем Германии мучили Гитлера, Гиммлера и других высших нацистских лидеров. Когда в 1930-х бесконечные колонны легионеров в стальных шлемах прошли под свастикой, демонстрируя свой воинственный дух, Германия встречала императора нового тысячелетнего Рейха. Но весь этот оптимизм, здоровье и вспыхнувшие надежды имели и другую сторону. Новый порядок означал и вторжение в славянские города, где еврейские демоны корчились в огне как священные жертвы. Нацистские крестоносцы действительно были почти религиозны и в своих фантазиях о Новом Иерусалиме (см. план Гитлера о строительстве новой столицы в Берлине), и в уничтожении сатанических толп. Аушвиц, Собибор и Треблинка – ужасные музеи нацистского апокалипсиса XX века.

Мечты нацистов не стали действительностью. Главное «Здание Берлина» с его огромным куполом не было завершено к 1950; к 1960-м не перестроили Вевельсбург как гигантский Ватикан СС; автомобильные шоссе и железнодорожные пути на Кавказ и Урал никогда не были проложены; Западная Россия не превратилась в колонию для немецких солдат-фермеров; племенные заводы Lebensborn SS не произвели 150 миллионов чистокровных немцев для Нового Ордена. Славный тысячелетний Рейх продержался ровно двенадцать лет с момента своего провозглашения; военное поражение нацистской Германии в 1945 положило ему конец. Но даже если эти грандиозные планы и мегаломаниакальные образы не вышли за пределы карт, меморандумов и миниатюрных моделей, всё же Третьему Рейху удалось в достаточной мере разрушить старый порядок в Европе; его преступления ещё долго будут жить в литературе, фильмах и памяти современников. Теперь ариософия и нацистские фантазии служат важным материалом для изучения апокалиптической истерии у руководителей современных государств. Поскольку в условиях роста религиозного национализма в конце XX века понимание предпосылок такой апокалиптики остаётся решающим фактором сохранения мировой безопасности.

История ариософии

Между январём 1929 и июнем 1930 в Zeitschrift fьr Geistes– und Vissenschaftsreform, сериями, вышла большая работа Ланца «Die Geschichte der Ariosophie», которая ставила перед собой задачу проследить историю арисофской расовой религии и её противников с древнейших времён до настоящих дней. Это изложение, по сути, было красочным представлением неоманихейской концепции Ланца, поскольку все исторические агенты соотносились им с одним из двух эсхатологических лагерей, отвечающих соответственно за добро или зло, свет или тьму, порядок или хаос.

В соответствии с Ланцем, наиболее древними предками современной «арио-героической» расы были атланты, жившие на континенте, расположенном в северной части атлантического океана. Предположительно, они происходили от божественных Theoroa и потому были наделены электромагнетическими органами чувств и сверхчеловеческими способностями. Катастрофические наводнения затопили их континент около 8000 до н. э. и атланты направились на восток в двух направлениях. Северные атланты перебрались на Британские острова, в Скандинавию и северную Европу, южные – через западную Африку попали в Египет и Вавилонию, где основали древние цивилизации Ближнего Востока. Ариософский культ, таким образом, проник в Азию, где процветало идолопоклонство и смешанное скрещивание.

Ланц утверждал, что расовая религия проповедовалась и активно практиковалась в древнем мире. По его мнению, Моисей, Орфей, Пифагор, Платон и Александр Великий были её ревностными приверженцами. Законы Моисея, платоновское превознесение аристократии и введение им касты правителей в «Государстве» указывает на то, что они также являлись ариософами. Творчество этих древних мыслителей Ланц включил в единую ариософскую традицию, сосредоточившуюся в знаменитой библиотеке Александрии, предположительно, содержавшую в себе великолепную коллекцию ариософских текстов. Учёные и служители культа со всего мира собирались здесь, чтобы почитать старые папирусы южных атлантов; здесь Ветхий Завет (фундаментальный ариософский текст) собрали из разрозненных хроник, найденных в Палестине; школа королей-священников при библиотеке распространяла расистское знание через миссионеров, отправляющихся в Китай. Предполагалось, что весь эллинистический мир хорошо знал ариософию ещё до прихода Christ-Frauja. Пришествие и создание им Церкви послужило началом – так говорится в книге – новой волны ариософской миссионерской деятельности по всему миру.

Немцы познакомились с ариософской традицией в результате миссионерских подвигов Вульфилы (311 – 383 в.) Вульфила перевёл Библию на язык готов и обратился с проповедью к германским племенам, жившим на Балканском полуострове и за Дунаем. Он также был провозвестником арианской ереси (названной так по имени теолога Ария из Александрии). Ланц утверждал, что Вульфила действительно проповедовал расовую религию германским племенам. Подавление арианской ереси связывается им с победой сторонников животных культов. Ланц рассерженно обвиняет язычников в забвении известных законов готской Библии. Многие из его расистских пассажей весьма взволнованны: немцам не следовало пренебрегать соблюдением строгих евгенических правил, это могло бы гарантировать им превращение в божественные существа. Пять номеров «Luzemer Briefe» Ланц написал о предположительно уничтоженных текстах Вульфилы, здесь же он обсуждал словарь, дававший ключ к скрытому смыслу его сохранившихся текстов.

Несмотря на подавление ереси Ария и неудачу готов в попытке расовой революции внутри их огромной империи шестого века, ариософия нашла себе новых исторических носителей. Возрождение ариософии Ланц связал с монастырской традицией средневековой Европы. Бенедиктинский орден он рассматривал как восстановление старых арийских школ королей-священников, посвященных проповеди расового знания и организованных по иерархическому принципу. Он написал пять работ об ариософских мотивах у бенедиктинцев. Установив связь этого монастырского ордена с ариософией, Ланц передал это духовное наследство в руки цистерцианского ордена. Этот орден и его знаменитого руководителя Св. Бернарда из Клерво (1090-1153) Ланц считал основной силой, стоящей за ариософией в Средние Века.

Поскольку военный орден Тамплиеров был тесно связан с цистерцианским орденом, Ланц оценил его как вооружённую гвардию ариософии. Его законы были составлены самим Св. Бернардом, который также посвятил им «Похвальное Слово», «De Lande novae militae» (с. 1132) и проповедовал Второй Крестовый поход в 1146. В соответствии с Ланцем, тамплиеры постоянно боролись с низшими расами на Ближнем Востоке и тем обеспечили расовую чистоту восточного фланга арийского христианства. Параллельно их усилиям на Западе трудились военные ордена Калатрава, Алкантара и Авис, боровшиеся в середине XII века с маврами в Испании.

Ланц понимал борьбу средневековых военных орденов против варваров как оправдание собственного выступления против популизма, демократии и большевизма в двадцатом веке. Живое воображение Ланца соединяло идеологическую карту мира VIII века и XVII: внутри плотного кольца, состоящего из исламских сил Северной Африки, Среднего Востока и Балкан, аморфных монгольских орд, находился обороняющийся «ариохристианский» мир. Постоянная угроза европейскому расовому превосходству порождала необходимость отпора со стороны военных орденов. Таким образом, средневековое христианство рассматривалось им как воинственный аристократический монастырь, из которого рыцари-монахи уходили прорывать окружение тёмных агрессивных сил. Эти образы питали надежды Ланца на современный крестовый поход против политической эмансипации масс, парламентской демократии и социалистических революций.

Средние века казались Ланцу золотым веком ариософии. Мир отважных рыцарей, благочестивых монахов, великолепных замков, богатых монастырей поддерживался расово-рыцарским культом религиозного и военного ордена. Религия этого периода «не была так безвкусно человечна». Это был крайне аристократичный и ариократичный религиозный культ, строгая научная, экономическая и политическая организация, рассчитанная на всех арио-героичёских людей. Эта религия безжалостно искореняла человеческие подвиды или же гуманно содержала их в еврейских гетто!» Культура этого периода была описана им как «последний величественный и поистине прекрасный расцвет арио-героической религии, искусства и культуры».