Кир Великий - Жерар Израэль

В конце концов жрецы добились, чтобы нарушитель всеобщей радости был изгнан. В отчаянии Заратуштра спрашивал себя: «Куда мне податься? Где смогу воздать молитву? Родственники и друзья меня покинули. Не желают мне добра ни соседи, ни злые тираны моей страны. Как могу угодить тебе, о Ахурамазда? Я беспомощен, беден и одинок. Слезы мои обращаю к тебе. Взгляни на меня, о Ахура!»

И отправился он на восток, к «арийскому пространству», которое «Авеста», священная книга иранских религий, считает почвой, удобренной для рождения истины. Он укрылся на восточной окраине царства Хорезм, на одном из плоскогорий Памира. В течение ряда лет он проповедовал свою веру, пас стада, стал союзником природы. При этом он знал, что существует другой союз, тот, что должен был соединить его с богом, к которому он обращался, моля о поддержке: «Помоги мне, я хочу прославить тебя, как никто еще не прославлял… Говори мне, как друг говорит другу. Поддержи меня, как друг поддержал бы друга». На самом деле Заратуштра искал поддержку у власти, которая позволила бы ему распространять свое учение в племенах. И он обратился к Виштаспе, царю Хорезма, чья дочь недавно стала его женой. И царь, проникшийся уважением к добродетели и мудрости пророка, а может быть, узнав о некоторых чудодейственных делах Заратуштры, оказал ему покровительство.

Общество, окружавшее отныне пророка, ни в чем особенно не отличалось от населения Памира. В Хорезмийском царстве не было ни одного города, подобного далекой Экбатане. Ни один город не привлекал к себе избранное общество или власть имущих. Только царский двор был подходящим местом для проповеднической деятельности. Но хотя пророк и сознавал влияние, которое мог иметь на своего покровителя и его окружение, он сперва обратился к скотоводам, а они и составляли большинство подданных Виштаспы, и стал учить их, как надо удобрять пастбища.

По-видимому, Заратуштра, просвещая народ, хотел при этом внушить своим будущим последователям необходимость сохранять верность их повелителю. Не желая порвать связь жителей Хорезма с природой, Заратуштра предлагал способ выйти из повиновения силам природы, которые, внешне, господствуют в мире.

В учении Заратуштры главный вопрос: «Что есть первое из вещей в мире добра… что было первой наградой за добродетель и милосердие?» В мире верований силы природы приравнивались к соответствующим различным божествам, и в общем контексте явного противопоставления добра и зла, дня и ночи вопрос Заратуштры говорит о поиске монотеизма. Ностальгия по первоначальному существу, превосходящему остальные божества, явно говорит о стремлении к единому богу. Но Заратуштра идет дальше. Он учит, что не все силы, существующие в природе, должны быть обожествлены, что, наоборот, есть ложные боги, не-боги, противобоги, «дэвы». Истинный бог не может быть материальной силой природы, его сущность — мораль и духовная жизнь.

Сопоставление и соединение Ахурамаэды и Митры (бог царствования и организации) вызывают у пророка гнев и презрение. Он никогда не упоминает о Митре, хотя повсюду ему поклоняются, как великому богу. Ахурамазда устанавливает царство справедливости, а не просто порядок в мире, что в глазах Заратуштры вторично и не относится к моральной силе его бога. Эта истина настолько явна для пророка и вместе с тем, в его понимании, настолько соответствует религиозному вдохновению первых ариев, что «Авеста» не провозглашает никакого морального кодекса, вроде законов Хаммурапи или закона Моисея. Существование бога мудрости, а следовательно, и справедливости, достаточно, чтобы установился моральный порядок. Нет нужды говорить хорошее или плохое, ссылка на Ахурамазду подсказывает, как должны вести себя люди.

Что касается «дэвов», если такие действительно существуют, пророк не может назвать их богами; это — антагонистические силы вселенной, они стремятся отвлечь человека от его истинного призвания: поиска единого бога, в котором собрано все, что нравственно. Ахурамазда превыше всего, что сталкивается в душах людей, на земле и в небесах, он творец всего на свете:

Кто был с момента рождения первым творцом справедливости?

Кто указал путь Солнцу и звездам?

Кто, если не ты, делает прирост и ущерб Луны?

Кто утвердил Землю внизу и удерживает от падения небо с тяжелыми

тучами?

Кто расположил по местам воды и растения?

Кто запряг коней, несущих ветер и облака?

Кто, о Мудрейший, создал Благую Мысль?

Какой художник создал свет и тьму?

Какой художник создал сон и вчерашний день?

Кто создал утро, полдень и вечер,

Чтобы указать разумному его задачу?

Тем не менее Заратуштра не отвергает полностью дуализм, свойственный мышлению ариев. Как можно отрицать противопоставление между жизнью и не-жизнью (не только смерть, но и то, что еще не стало существовать); как не признать противоположность между светом и тьмой, когда день сменяется ночью, истина изгоняет ошибку, а ошибка прикрывает истину; как не заменить стоящих далеко за Ахура-маздой ложных богов, чья материальная сила отлично видна; как не согласиться, наконец, что у добра есть естественная «пара» — зло? Есть ли у этого основополагающего противопоставления двух миров онтологическое выражение? Действительно ли мы присутствуем, как полагали иранцы той эпохи, при борьбе между двумя началами: Ормуэдом (Ахура-маздой) — добром и Ахриманом — злом?

С точки зрения чисто космической, существует принцип примирения между Ормуэдом и Ахриманом, это бог времени, Зерван. Это божество, которое будет благосклонно признано сторонниками зороастризма лишь много лет после пророчеств Заратуштры, существовало в первоначальном мышлении ариев как сила, породившая доброго бога и злого демона. Но главное предназначение Зервана было руководить движением светил, определяющим совокупность Вселенной. Его примиряющая добродетель очевидна, но она относится только к космосу, что не связано с моральным или духовным миром.

Если превосходство Духа — действительно последнее слово зороастризма, возникает последний вопрос: есть ли что-нибудь, ограничивающее величие Ахурамазды? Является ли Мудрость всего лишь одним из моральных богов, которому постоянно противостоят подземные силы? Как объяснить исключительно моральный и духовный характер Ахурамазды? Заратуштра не заходит так далеко, чтобы считать бога, создавшего добро и зло, достаточно сильным для создания зла в прошлом. Но он идет дальше критических концепций арийских религий, устанавливавших параллелизм между двумя силами вселенной. Заратуштра преклоняется перед богом, который выступает третейским судьей между антагонизмами. Он не сомневается, что они существуют. Не сомневается он и в том, что «дэвы» могут мешать воле Ахурамазды. Однако Мудрость берет верх над своей противоположностью, и в этом — единственная истина.

Самым трудным, разумеется, будет — понять отношения, какие Ахурамазда может иметь с силами, бой которых он судит. Ключ зороастризма, возможно, заключается в незавершенном аспекте божественного совершенства, по образу человеческому. «Я узнал тебя по благожелательности, господин Мудрость!» — восклицает пророк… Учение Заратуштры может быть лишь теоретическим и умозрительным; надо, чтобы мифы и обряды отразили принятие учения его последователями.

Пророк был против кровавых жертвоприношений, против коллективных опьянений священным напитком «хаома», он придерживался одного обряда предков: культа огня. Обновляющее разведение огня во время зимнего солнцестояния, когда дни катастрофически убывают, требует повторения. Кроме того, огонь — сродни сиянию светил, теплу, что скрывается под землей, и блеску молний; он не признает обмана и сравним со справедливостью: «Возлагая на твой огонь почтительнейшее подношение, я буду неотступно думать, Владыка, о справедливости». Огонь символизирует духовную связь между человеком и Ахурамаздой. «Тот, кто первым мысленно заполнил светом благословенные пространства… Мыслью своею, о Мудрейший, я признал тебя первым и последним».

Но, добавляет пророк, человечество претерпит испытание огнем. Добрые возродятся, а злые погибнут навеки. Люди преобразятся после ужасной битвы между силами света и силами тьмы. В конце концов Ахурамазда явится как великий бог, защитник добрых людей и всех животных. Свободные в своем выборе, люди смогут спастись вопреки силам тьмы.

Согласно Заратуштре, мировоззрение подразумевает также видение такого политического порядка, который может обеспечить всем счастье и спокойствие, а главное — безопасность праведникам. То есть важно, чтобы наступило «царствование добра». «Надо выбрать доброе царствование; оно обеспечит самую счастливую судьбу тому, кто упорно трудится; благодаря справедливости этот человек своими действиями, о Мудрейший, достигнет высшего блага».