Семья волшебников. Том 4 - Александр Валентинович Рудазов

– с малым, одни дули с огромной скоростью, другие – довольно медленно… в самый мощный и быстрый залезали только совсем уж бесстрашные, но и их частенько тошнило.

Лурия сразу запросилась в самый экстремальный. И Астрид была готова составить ей компанию, но Лахджа ее одернула.

– Мам! – топнула ногой старшая дочь. – Я гражданин Мистерии! Ты не можешь мне запретить!

– Не могу, но сестру с собой не тащи, – потребовала Лахджа.

– Ню-ю-ю-ю!.. – потянулась к огромному торнадо Лурия.

Он был очень кудесный. Подсвеченный разноцветными огнями, с целой системой дополнительных вихрей и настоящей воздушной рекой. Как аквапарк, только с ветром вместо воды. Ощути себя Дороти, летящей в Страну Оз.

Конечно, дети и даже взрослые рвались туда наперегонки. В Мистерии есть место, где такое работает круглый год (кроме Злого Дня), его держат аэроманты из Элементурия. Но только по Воздушным Дням они организуют выездную сессию прямо рядом с Валестрой.

– Интересно, – задумчиво молвила Лахджа. – Как много в этом вихре рвоты?

Лурия тоже задумалась. Потом решила, что не так уж много, и снова потянулась к аттракциону.

– Нет-нет, – оттащила коляску Лахджа. – Ты можешь выбрать… один из этих.

Лурия с презрением посмотрела на маленькие детские смерчики. В них кутырялась малышня. На совсем небольшой высоте, да еще и с волшебной пеной внизу. Все смерчи-аттракционы гарантируют безопасность, но для совсем малышей добавляют лишнюю подстраховку.

– Неть!.. – вопила Лурия. – Хатю!.. Или… буду мучить!..

И она прицелилась камнем в птицу, что доверчиво сидела на ветке.

– Знаешь, возможно, промыть мозги ребенку – не самое плохое решение, – произнес Майно, забирая у дочери камень. – Нет, Лурия, ты не будешь мучить. И аттракционов тоже не будет. Сейчас мы продолжим веселиться, а тебя коляска отвезет домой. Тифон, проводи.

Големическая коляска закрылась, стиснула ручки и ножки девочки обручами и поехала на улицу Тюльпанов, 22. Рядом бежал верный пес, а из коляски доносился истошный рев Лурии.

Тем временем Астрид уже покаталась на трех смерчах, один другого мощнее, и присоединилась к воздушным танцорам. В небе отгородили огромное пространство, где можно было просто летать вволю, и там порхало множество волшебников, а также гарпии, апиниды, кукки, эгбертины и другие крылатые существа.

Среди них носилась и взбудораженная Астрид. А Вероника завистливо смотрела снизу, думая о том, что вот, у Астрид крылья есть, а нее почему-то нет, и это ужасно несправедливо, потому что крылья – это кудесно.

– Хочешь на пегасе покататься? – тихо предложил ей папа. – Или на грифоне. Или виверне…

– Это не то же самое, что самой, – вздохнула Вероника.

– А то вон ковер-самолет есть, – еще тише сказал папа. – Или летательное зелье. Недорого.

– Летательное зелье? – заинтересовалась Вероника, подходя к лотку.

Кроме воздушных шаров, змеев и парящих игрушек повсюду продавались и простенькие эликсиры. Опорожняешь бутылочку – и пару часов летаешь сам, без крыльев и магии.

– Хочешь? – с надеждой спросил папа.

Вероника не очень хотела, но папа стал каким-то грустным, изгнав домой Лурию, и она согласилась. Торговка протянула ей сиреневый бутылек, Вероника залпом его опорожнила, и аж зажмурилась от удовольствия. На вкус зелье было как сливочный лимонад и приятно щипало язык.

Тело стало легким-прелегким. Вероника взмахнула руками – и поплыла вверх, точно воздух сменился водой. Шляпу она торопливо сняла и кинула папе, а вместо нее надела астридный аэродемонический шлем, который очень удачно оказался в руках.

– Тяжелеть будешь постепенно! – крикнула вслед торговка. – Когда действие кончится, мягко приземлишься!

Это оказалось весело! Вероника даже удивилась, что папа раньше не предлагал ей такое зелье… а потом посмотрела вниз и ужасно перепугалась. Земля оказалась так далеко!.. а она летит не на Сервелате или маме в виде дракона, а сама по себе, ни на чем не сидя!..

– Что, ежевичина, не дают покоя привилегии богов?! – крикнула Астрид, летя навстречу. – Ты где мой шлем взяла?!

– Ты не бог! – отпарировала Вероника, хватая сестру за руку, потому что ее чего-то несло все выше и выше.

– Ладно, ладно, – смилостивилась Астрид. – Тогда просто мои привилегии… мам, а где Лурия?!

– Устала, домой захотела! – донеслось снизу.

Астрид удивилась. Вот Лурия странная. Тут сейчас самый огонь, они еще и половину развлечений не попробовали, а она домой захотела.

Сама Астрид домой не собиралась… возможно, никогда. Она кружилась в воздухе, тяня на буксире неуклюжую Веронику, и пускала во все стороны разноцветные пузыри. Подумаешь, шарики!.. пусть себе оставят эти детские игрушки! Астрид сейчас в одиночку заполонит все шариками, чествуя Вентуария!.. он все-таки коллега-бог, надо его уважить. Вроде как деньрожденный тост произнести.

Интересно, как там ее астридианцы? Столько лет уж прошло… Астрид надеялась, что у них все в порядке, и они понастроили за это время миллион храмов во славу своей богини. Иногда даже пыталась услышать, ощутить – не ёкнет ли где-нибудь, не молятся ли ей прямо сейчас миллиарды верных последователей?

Было бы кудесно.

Порой Астрид даже подмывало попросить Веронику призвать астридианцев. Но она себя одергивала. Штука ежевичины слишком непредсказуемая, ее лучше не эксплуатировать, пока сестрин мозг не дорастет хотя бы до размеров сливы. А то призовет она их, и они явятся аж сразу все, и что хорошего будет?

Астрид, как добрая богиня, такого не допустит. Это может разрушить их цивилизацию… ну, типа, если она у них есть.

Сестры Дегатти еще долго летали среди домов, фонарей, шариков, других летунов, веселились и счастливо визжали. Вероника продолжала бояться смотреть вниз и крепко цеплялась за руку Астрид, но ей все равно ужасно нравилось. Раньше они отмечали Воздушный День в Радужницах или вообще дома, а там, конечно, не такой размах.

Вниз Вероника не смотрела, зато то и дело поглядывала на огромные башенные часы. Действия зелья хватит на пару часов, но «пара часов» – очень приблизительный срок. Почему торговка не сказала точнее?

Конечно, точный срок сходу не назвать, потому что он зависит от массы выпившего. Мэтр Эйхгорн вчера это рассказывал, когда Грыбтуз спросил, зачем волшебникам исчисление.

Мэтр и другие примеры привел. А еще сказал, что волшебники не должны быть невежественными, неотесанными, неграмотными мракобесами. Исчисление помогает им становиться людьми культуры и не налажать в некоторых элементарных вещах, вроде призывных сеток. Для Апеллиума это особенно важно.

Вероника задумалась, какая у нее масса. Не очень большая, наверное. Но все равно, прошло уже ровно два часа, действие скоро должно закончиться. Надо снижаться… или хотя бы покрепче держаться за Астрид. На площади, конечно, дежурят страхующие волшебники из Ингредиора, они следят, чтобы ни с кем ничего не случилось, одну девочку уже поймали