Черный бушлат - Александр Конторович

Дошли ли немцы до этой ловушки или нет, я так и не узнал.

Место стоянки бронетранспортера было видно хорошо, там горел костерок. Правда, горел он в ямке, но искрыто вверх вылетали? Пришлось повторить вчерашний маршрут, уже в обратном направлении. По пути я проведал оставленного у дерева полицая. Его уже не было нашли? Прячась в окопах, я пересек поле и по вчерашней, натоптанной мною тропинке, двинулся к дороге. По ней сегодня уже прошлось с десяток человек, так что шансов на то, что мои следы будут обнаружены утром, было немного. Зато идти было гораздо легче, чем вчера. Так что, и к дороге я вышел раньше и даже успел пройти по ней пару километров. Но недвусмысленно гудящие ноги настоятельно требовали отдыха. Да и голова уже наливалась чугуном, даже и шнапс не помогал. Поэтому, когда в стороне от дороги я увидел развалины какихто сооружений, ноги сами собою понесли меня к ним. Памятуя о прежних ляпах, я, на этот раз, выбрал себе гнездо на чердаке разбитого снарядом дома. Обзор оттуда был неплох, да и лес был поблизости. Успею уйти в лес, в крайнем случае. Оборудовав себе лежку, я разложил рядышком гранаты и пистолеты и провалился в сон…

***

Из интервью с полковником Альбертом Кесселем 19.01.1974 г.

 Господин полковник, как всем известно вы являетесь известным специалистом и консультантом по вооруженным силам СССР.

 Ну, я бы не высказывался столь прямолинейно. Скажем так я хорошо знаком с предметом обсуждения.

 Хорошо, пусть будет так. Но, ведь вы прошли практически всю кампанию в России, сражаясь в передовых частях германских войск?

 Да. У меня были отдельные операции на Западном фронте. Но, в основном я воевал против русских.

 То есть, вы хорошо знакомы как, с тактикой действия обычных войсковых подразделений, так и аналогичными приемами их войск специального назначения?

 Одним из основных направлений деятельности нашего подразделения как раз и было противодействие их спецподразделениям.

 В последнее время, в прессе активно муссируется вопрос о советских спецподразделениях. Их роли в прошедшей войне и возможности их использования в современных войнах. Известно, что ваше мнение по ряду обсуждаемых вопросов, скажем так не совпадает с мнениями ваших американских коллег. Почему?

 Все дело в том, что я, в отличие от них видел этих самых русских бойцов, лицом к лицу как вот сейчас, вижу вас. И смею утверждать, что мнения американцев, по большей части необъективны и не основываются на личном опыте.

 Но они ведь так же, как и вы, опираются на документальные свидетельства очевидцев, свидетельские показания и многие другие материалы.

 Представьте себе, что я буду судить о солнечном затмении или о ядерном взрыве, по рассказам людей, которые это видели или слышали об этом от других очевидцев. Я, безусловно, пойму, что это страшное явление. Но насколько оно масштабное и страшное останется для меня за гранью восприятия. Некоторые вещи надо пережить и почувствовать лично, иначе их не понять.

 То есть все дело в недостатке их личного опыта?

 Не только. Я хорошо знаком с новейшими методиками подготовки бойцов спецподразделений всех наших союзников, и поэтому могу судить о степени нашей готовности к такой войне.

 И какова же эта степень?

 Недостаточна.

 То есть?

 Мы не готовы к ТАКОЙ войне с русскими.

 Но, ведь на учениях, их и ваши, в том числе, солдаты будучи выброшены в тыл противника, наносят ему громадный урон. В живой силе и технике. Как же понимать тогда ваши слова?

 Они воюют со своими же однополчанами. По принятым У НАС правилам. В этом случае их победа закономерна. Русские же не будут придерживаться никаких правил и их действия невозможно заранее спрогнозировать. А, значит, и предупредить. Да, и кроме того наши солдаты воюют хорошо сработанными группами, имеют современное вооружение и технику, качественную связь. Мы кормим их сбалансированными рационами питания и доставляем к месту боя вертолетами прямо из казармы. Естественно, их результаты впечатляют. А вот, попробуйте отобрать у солдата вооружение, технику, продовольствие, раздеть его и выбросить на мороз много он сумеет сделать?

 Ну, насколько мне известно, русские тоже так не поступают.

 Да, вы правы, они так не делают. Сейчас. Но они, в отличие от нас МОГУТ так сделать. И это не будет для них катастрофой. Вот, скажите мне, молодой человек когда, повашему, русские начали массированно забрасывать в наш тыл свой 'спецназ'?

 Ну, первые, достоверно подтвержденные случаи, относятся к ноябрю 1941 года.

 И где же?

 Насколько мне известно под Москвой.

 А специалистоводиночек когда они стали к нам забрасывать в тыл?

 Мне такие факты неизвестны. Русские не применяют такой тактики. Скорее уж на такое способны китайцы, у них жизнь рядового бойца вообще не имеет ценности в глазах командования.

 Увы, вы не одиноки в своем заблуждении. А что вы скажете на то, что я лично видел такого специалиста, причем достаточно далеко от Москвы?

 В вашей биографии нет упоминания о таком факте.

 Там много чего нет, молодой человек. Шла война, не все, полученные нами сведения, можно было проверить. И не обо всем можно было говорить тогда. Да и сейчас…

 Так расскажите! Наверняка это будет интересно нашим читателям!

 Вы так полагаете?

 Но ведь все ваши интервью неизменно привлекают большой круг читателей?!

 Ну, ладно слушайте. Это было еще в 1941 г. достаточно далеко от Москвы. В то время я служил в отдельном штурмовом батальоне, предназначенном для действий в ближнем тылу противника, при прорыве его оборонительных позиций. Намечалось наступление, и нас готовили к нему. Солдаты у нас подобрались умелые, с опытом действий в Норвегии и Югославии. Здоровые крепкие парни, знавшие толк в своем ремесле. Я тогда был еще лейтенантом и командовал одной из штурмовых групп. Командовал нашим батальоном Карл Рейнеке, тогда еще подполковник.

 'Снежный лис Рейнеке'?

 Он самый, молодой человек, он самый. Так вот, однажды вечером нас вызвали в штаб, и Рейнеке сообщил, что 2 роты нашего батальона должны будут выдвинуться в район расположения наших танкоремонтных подразделений, чтобы зачистить окружающие леса от остатков разбитых частей противника. По имеющимся данным, там накануне произошла стычка этих 'окруженцев' с солдатами ремонтновосстановительного батальона. Это не входило в наши обязанности, но комендант обратился лично к Рейнеке и тот согласился. Все равно других частей, способных быстро выполнить такую задачу, поблизости не было. Да, заодно и солдаты размялись бы перед предстоящим наступлением. Эта задача тогда не казалась нам чемто сложным и трудным рядовое мероприятие, не более.

Утром следующего дня мы прибыли в часть, на которую напали 'окруженцы'. Еще на инструктаже, Рейнеке ознакомил нас рапортом офицера из данного батальона. Из этого рапорта следовало, что основной целью нападения было освобождение, ранее захваченного охраной в лесу, неизвестного мужчины. В деле присутствовали запросы, касающиеся номера, изъятого у него карабина. Почемуто тогда именно этот факт привлек внимание нашего командира. К сожалению, он не сообщил об этом никому из нас, а это могло бы нам существенно помочь в дальнейшем… На месте нас сразу же распределили согласно поставленным задачам. Моей группе было поручено изучить все обстоятельства нападения, и определить количество нападавших. Так вот, уже на этом этапе, мною были выявлены некоторые несоответствия официального рапорта и фактических событий. Так, согласно рапорту, нападавшие обстреляли расположение части из миномета, но мы нигде в лесу не нашли, не только следов его установки, но и вообще какихлибо следов, указывавших на наличие там хотя бы одного человека. Далее, в рапорте говорилось о смерти одного офицера и нескольких рядовых от брошенных нападавшими гранат. Так вот, внутри дома не было ни одного осколка от, якобы разбитых при этом, окон. Все эти стекла оказались снаружи. То есть, гранат с улицы никто не бросал, все взрывы были внутренними. Одно это заставило меня сильно усомниться в официальной версии. Продолжая осмотр, я попросил показать мне тела погибших. Их еще не увезли, и все они лежали рядом в сарае на улице. Так вот, каково же было мое удивление, когда я выяснил, что, большая часть, погибших в доме солдат была убита не гранатами!

 А чем же?

 Одного убили ножом, а остальных подручными предметами.

 В смысле?

 Им проломили голову ударом твердого предмета. Это мог быть и кулак и кусок деревяшки что угодно. При этом никто из них не крикнул и не позвал на помощь, а ведь почти все они были в одном помещении охраняли, задержанного ранее, русского во время допроса. Получалось, что он один и без оружия, убил 7 здоровых и крепких мужчин. И при этом никто из них не успел оказать сопротивления или открыть огонь. А ведь они были вооружены, их оружие осталось в доме, кроме трех пистолетов, которые этот мужчина унес с собой. Далее он же непонятным образом пробрался (на глазах у часового!) в радиомашину, убил ножом радиста и вывел из строя радиостанцию. После этого он неизвестным образом подорвал дом, в котором была расквартирована охрана, дождался забежавших в штаб солдат, бросил в них две гранаты и исчез. Его вообще никто не видел. А ведь было светло, вокруг объекта передвигался патруль, на вышке было двое часовых. Да и часть была поднята по тревоге, в этих условиях даже кошка не проскочила бы незамеченной.