Сын Альбиона - Майн Рид

— Его светлость примет вас в библиотеке.

Это сообщение произвело на посетителя эффект холодного душа. Он неожиданно потерял свой оживленный вид.

Прежнее выражение не вернулось, когда он обнаружил, что библиотека представляет собой строгое помещение со стенами, уставленными книгами, и с окнами, выходящими на задний двор. Он предполагал, что прием произойдет в гостиной, окна которой выходят на улицу.

Это разочарование, наряду со спокойной тишиной комнаты, куда его ввели, предвещало неудачу просителя.

— Каково ваше дело, сэр? — спросил величественный персонаж, в присутствие которого допустили Суинтона.

Вопрос был задан не грубо и не строго. Лорд М. известен своей вежливостью, которая в глазах не знающих его людей создавала ему репутацию благожелательности.

В ответ экс-гвардеец протянул рекомендательное письмо. Больше он сделать ничего не мог и стоял в ожидании ответа.

Он думал, каким иным мог бы быть прием, если бы происходил в гостиной, а не в этом несчастном хранилище книг.

— Мне жаль, мистер Суинтон, — сказал его светлость, прочитав письмо сэра Роберта, — действительно жаль, что я ничего не могу вам предложить. Не знаю свободного места. Ко мне ежедневно обращаются просители, все считают, что я что-то могу сделать. Я был бы счастлив оказать услугу своему другу сэру Роберту Котреллу, будь это в моей власти, уверяю вас.

Ричард Суинтон был разочарован — тем более, что потратил тридцать шиллингов на наем фаэтона и поддельного грума. Это была часть пяти фунтов, данных баронетом. Просто выброшенные деньги — потраченная наживка, на которую не попалась форель.

Он стоял, не зная, что ответить. Прием как будто закончился — его светлость явно хотел, чтобы он ушел.

Но тут вмешалась неожиданная случайность.

По Парк Лейн проходил эскадрон Колдримского[120] полка. В библиотеке послышался сигнал трубы «удвоить скорость». Его светлость решил посмотреть на перемещение войск, встал с большого кожаного кресла, в котором сидел, и прошел в гостиную, оставив мистера Суинтона в коридоре.

В окно его светлость увидел проходящий эскадрон. Однако смотрел на него недолго. Прямо под собой на мостовой он увидел объект, в сотни раз привлекательней, чем мундиры гвардейцев. В открытом фаэтоне сидела молодая, прекрасная леди и держала вожжи — явно ждала вошедшего в дом.

Экипаж стоит перед его домом. Должно быть, отсутствует в нем мистер Суинтон, тот самый приятно выглядящий проситель, с которым он только что разговаривал.

Проситель, о котором его светлость почти перестал думать, снова был приглашен — на этот раз в гостиную.

— Кстати, мистер Суинтон, — сказал его светлость, — оставьте мне свой адрес. Мне хочется оказать услугу своему другу сэру Роберту, и хотя я не знаю, что смогу вам предложить, однако… Послушайте, эта леди в экипаже внизу — вы ее знаете?

— Это моя жена, ваша светлость.

— Какая жалость, что вы заставили ее ждать снаружи! Надо было привести ее с собой.

— Милорд, я не решился вам мешать.

— Вздор! Мой дорогой сэр! Леди никогда не может помешать. Ну, оставьте адрес. Если что-нибудь подвернется, я о вас не забуду. Я очень хочу услужить Котреллу.

Суинтон оставил адрес и с подобострастным поклоном вышел.

Проезжая по Пикадилли, он рассуждал о том, что экипаж все-таки был нанят не зря.

Он знал характер человека, к которому обратился с прошением.

Глава ХLIII

В СЕЛЬСКУЮ МЕСТНОСТЬ

Есть только одна страна в мире, где жизнь в сельской местности доставляет наслаждение. Это Англия!

Правда, наслаждение это доступно немногим — только английским джентри.[121] Английский фермер ничего о нем не знает, еще меньше знает работник фермера.

Но жизнь английского сельского джентльмена не оставляет желать ничего лучшего!

Утром его ждет охота или стрельба по дичи — своего рода обычные занятия, и различающиеся в зависимости от вида дичи. Вечером он садится за обед, лукуллов[122] обед, каким его могут сделать только французские повара, и наслаждается им в обществе самых утонченных мужчин и женщин.

Летом к его услугам экскурсии, пикники, «садовые приемы», а в более пожилом возрасте — игра в крокет и теннис. И все это заканчивается тем же отличным обедом, а иногда и танцами в гостиной под семейную игру на фортепьяно. В особых случаях из ближайшего гарнизона или из штаб-квартиры добровольцев, йоменов[123] и милиции[124] приглашается оркестр.

Здесь не бывает ни шума, ни суматохи — только абсолютное спокойствие и красота. Да и не может быть иначе в обществе, состоящем из цвета Англии, ее дворян и сквайров, которые проводят жизнь в совершенствовании своих достоинств.

Неудивительно, что капитан Мейнард, имевший мало влиятельных друзей, большинство из которых он растерял из-за своих республиканских воззрений, слегка волновался, получив приглашение на такой обед.

Приписка к приглашению сообщала, что его просят провести несколько дней в доме хозяина и принять участие в охоте на куропаток, которая будет проводиться позже.

Приглашение пришло от сэра Джорджа Вернона, из Вернон Холла, «Семь Дубов», Кент.

С того дня, как британский флаг, наброшенный на плечи, спас ему жизнь, Мейнард не видел английского баронета. Но по условиям освобождения ему пришлось спешно покинуть Париж и вернуться в столицу Англии, где он с тех пор и находился.

Он не бездельничал. Революция кончилась, ему пришлось отложить саблю, и он взял в руки перо. За лето он написал роман и отдал его издателю. Вскоре роман должен был выйти.

Узнав, что сэр Джордж вернулся на родину, он ему сразу написал и выразил в письме благодарность за помощь.

Однако ему хотелось лично поблагодарить баронета. Положение изменилось: за оказанную им услугу его отблагодарили с избытком; поэтому он колебался принимать старое приглашение — боялся показаться навязчивым. А новое приглашение