Шедоудейл - Ричард Авлинсон

Миднайт села рядом с Сайриком, наблюдая за ним, пока Келемвор и Адон спали.

«Ты осталась со мной», — сказал Сайрик. «Я думал ты бросишь меня».

«Почему ты решил, что я брошу тебя?» — с неподдельной заботой спросила Миднайт.

Несколько секуд прошло прежде чем Сайрик заговорил вновь, словно он пытался собрать слова воедино и произнести их в правильном порядке. «Ты первый человек, который не бросил меня», — сказал он. «Так или иначе, но был готов к этому».

«Я не могу поверить в это», — сказала Миднайт. «Твоя семья…»

«У меня никого нет», — сказал Сайрик.

«Никого в живых?» — мягко спросила Миднайт.

«Совсем никого», — горько произнес Сайрик, немало удивив Миднайт. «Я был брошен на улицах Зентил Кипа еще в грудном возрасте. Меня нашли работорговцы, и богатая семья из Сембии купила меня и воспитала как собственного сына, пока наконец мне не стукнуло десять. Однажды ночью я услышал как они спорят, как это часто делают родители. Но предметом их спора были не их личные размолвки, а я».

«Один из соседей узнал правду обо мне, и мои „родители“ испытали от этого лишь унижение. Я рассказал им о том, что слышал, угрожая бросить их, если они действительно считают меня обузой». Глаза Сайрика сузились, а на губах заиграла злая, жестокая улыбка. «Они не остановили меня. Это было долгое путешествие назад, в Зентил Кип. Несколько раз я был на краю смерти. Но я учился».

Миднйт отвела волосы с его лба. «Мне жаль. Ты не обязан продолжать».

«Но я хочу!» — разгневанно крикнул Сайрик. «Я научился тому, что человек, чтобы выжить, должен делать все, даже если ему придется забирать у других. Я прибыл в черную дыру известную как Зентил Кип, где я попытался узнать что-нибудь о своем прошлом. Но конечно же я не нашел никаких ответов. Я стал вором и вскоре мои действия привлекли внимание местной Воровской Гильдии. Ее лидер, Марек, принял меня в ее ряды и обучил всем навыкам ремесла. Я учился быстро».

«Долгое время я делал все, что велел Марек. Я страстно желал удовлетворить малейшее желание этого бандита с черным сердцем. Прошло много лет, прежде чем я осознал, что мне нужно делать все больше и больше, чтобы заслужить от него этот драгоценный, маленький кивок одобрения».

«Потом, когда мне стукнуло шестнадцать и внимание Марека переключилось на нового новобранца, которому было столько же лет как и мне, когда он забрал меня с улицы, я понял, что меня снова использовали и решил уйти. Когда о моих планах стало известно, Гильдия назначила за мою голову цену. Никто не стал помогать мне, когда я попытался бежать из Зентил Кипа. Я не должен был этому удивляться; люди, которых я считал своими друзьями, больше не нуждались во мне. Я совсем бы не смог выбраться из города, если бы не мои навыки обращения с клинком. Они были уже достаточно хорши, даже тогда. Улицы окрасились в красный цвет от крови, что я пустил той ночью».

Миднайт склонила голову. «А что случилось потом?»

«Я провел восемь лет на дороге, используя свои навыки, чтобы потакать своей страсти, которую я полюбил будучи еще мальичшкой — к путешествию. Но, куда бы я ни пошел, люди везде были одни и те же. Нищета и неравноправие были повсюду. Я надеялся найти дружбу и равенство; взамен я нашел мелочность и эксплуатацию. Я хотел сбежать от своего прошлого и найти место, где ценятся порядочность и честность, но такого места не существует. Не в этой жизни».

Миднайт склонила голову. «Мне жаль, что ты испытываешь такую боль».

Сайрик вздрогнул. «Жизнь это боль. Я принимаю это. Но не жалей меня лишь за то, что я понимаю это лучше тебя. Пожалей себя. Ты познаешь истину, очень скоро».

«Ты ошибаешься. Есть много чего, что ты просто не замечаешь, Сайрик. Тебя лишили множества радостей, которые дарит жизнь».

«Правда?» — сказал вор. «Ты имеешь в виду любовь и смех? Быть может, хорошую женщину?» — Сайрик засмеялся. «Роман это тоже обман».

Миднайт смахнула волосы со своего лица. «И почему ты говоришь это?»

«Мне было двадцать четыре, когда я понял, что моя жизнь не имеет направления, не имеет настоящего смысла. Я вернулся в Зентил Кип, и на этот раз мои попытки найти свое прошлое оказались более удачными. Я узнал, что моя мать была молода и безумно влюблена в офицера зентильской армии. Когда она забеременела, он прогнал ее, ссылаясь на то, что это был не его ребенок. Она была бедной и у нее не было жилья, поэтому она прибилась к каким-то нищим и жила с ними, пока не родился я. Затем вернулся мой отец и убив ее, продал меня. Вполне замечательный сказочный роман, что скажешь?»

Миднайт молчала, уставившись в огонь.

«Я слышал и другие версии этой истории, но истинной я считаю именно эту. Ее мне поведала одна нищенка, которая помогала моей матери, но она не смогла поведать мне имя человека, ставшего моим отцом. Очень досадно. Я бы хотел побеседовать с ним, прежде чем перерезать его глотку».

«В конечном итоге, Марек и Гильдия вновь предложили принять меня в свои ряды, но я отказался. Отказ не был принят, и я был вынужден вновь бежать из города. Однако, когда я покинул Зентил Кип, я почувствовал, словно оставил позади свое прошлое. Я попытался начать все заново и стал жить жизнью воина. Но мое прошлое всегда преследовало меня и заставляло идти все вперед и вперед. С наградой Мистры я надеялся уехать далеко, возможно пересечь пустыню. Я не знал куда я направлюсь — просто в какое-нибудь место, где я смог бы обрести покой».

Миднайт глубоко вздохнула. Сайрик рассмеялся. «Теперь мы знаем секреты друг друга и у тебя больше нет причин беспокоиться об этом».

«Я не понимаю, что ты имеешь в виду», — сказала Миднайт, пытаясь скрыть свою тревогу. «Какой из моих секретов ты знаешь?»

«Только один, Ариель», — сказал Сайрик.

«Ты слышал мое настоящее имя…»

«Я услышал его случайно», — сказал он. «Если бы я смог забыть его, то я сделал бы это, хотя это прекрасное имя». Сайрик сглотнул с трудом. «Никто из живых не знает того, что я поведал тебе. Если ты хочешь погубить меня, я не смогу остановить тебя. Сообщи Гильдии о моем местонахождении и я покойник».

Миднайт погладила его лицо. «Я даже не хочу думать об этом», — сказала она. «Секреты всегда хранятся между друзьями».

Сайрик склонил свою голову. «А мы друзья?»

Миднайт кивнула.

«Как интересно», — сказал Сайрик. «Друзья».

Сайрик и Миднайт еще долго разговаривали между собой, и когда пришла очередь Адона сменить ее, Миднайт не стала его будить.

Утром, после того как Келемвор сменил Миднайт и у Сайрика появился шанс поспать, боль в ранах вора уменьшилась настолько, что он даже смог сесть. Сайрику хватило сил даже на то, чтобы поесть с остальными, хотя все что у них было на завтрак — несколько кусков сушеного мяса.