Баллада о байкере - Олег Силин

– Коллеги, – голос Тиберия раскатился по двору, – вы понимаете, что он говорит? Он предлагает нам, байкерам, стать этакими фольклорными братанами и замочить конкурентов! По сути, он предлагает орочничать!

Райды заволновались. Слово было произнесено, и оно многим не нравилось. Однако Тиберия не поддержали те, кто видел «Дракона» вживую. Гул становился все громче, и седой повысил голос:

– Неужели кто-то решит примерить шкуру орка? Неужели нам нужен такой мир? Барка страдает манией величия и боится потерять власть – потому и придумывает всякие страшилки вроде мегагрузовика!

– Не говори ерунды, Тиберий! – крикнул Гордон. – Золотопогонники вчера чуть штаны не обделали от радости при виде «Дракона». Этот трэк опасен!

– Кто-то желает присоединиться к Барке? – издевательски спросил седой.

В горле пересохло, я прокашлялся и вышел вперед:

– Я. И мои товарищи.

Седой прищурился:

– А, тот самый Змей. Слышал я о тебе, паренек. С чьей подачи ты придумал страшилку о засаде под Вологдой? Кажется, знаю, с чьей. Тут только одному человеку выгодна твоя историйка. Именно он хочет окончательно загнать байкеров в клетку и следить за всем. Ну же, Змей, не стесняйся, сколько ты получил от Ганнибала?

Меня затрясло. В голове пронеслись варианты ответа от «сам дурак» до «кулаком в морду». Неожиданно я ощутил присутствие за спиной. Боковым зрением углядел Ингвара и Юстиниана. Лицо Сашки пошло красными пятнами, латыш нависал страшной яростной силой, пока сдерживаемой, но готовой обрушиться в любой момент.

– О, как же, помню, – хмыкнул Тиберий, – вот этого малого я лично из байк-клуба выгонял. А верзилу не знаю, да и знать не хочу. Ганнибал всегда умел подобрать окружение.

– Слушай, Тиберий, не хочешь ли высказаться по существу? – прорычал Гискон.

Аристархов безучастно наблюдал с ящика за скандалом.

– По существу? Я уже все сказал. Призываю всех не поддаваться на провокации и свалить отсюда. Что и собираюсь сделать. Пошли, ребята.

Седой, чеканя шаг, удалился, за ним потянулся его байк-клуб и половина остальных райдов. Ганнибал спрыгнул с ящика, хлопнул меня по плечу.

– Спасибо. Всем, кто остался, – спасибо. У нас впереди много опасной работы, не будем размениваться на споры. Пожалуйста, подойдите к Магону и оставьте контакты – понадобится быстрая координация наших действий.

– Ганнибал, значит, не только я задавал вам неудобные вопросы? – тихо спросил я.

– Не только. Но ты, по крайней мере, готов слушать ответы. Отдыхайте пока, у нас есть не меньше трех-четырех дней, прежде чем начнется заварушка.

Я вздохнул. Дразнящее море вновь отступило на второй план.

Этим же вечером мы убедились в правоте Ганнибала. В новостях показали большой сюжет о «Драконе», интервью с каким-то скользким представителем «Даймлера» и о планах компании «МосВнешТранс Авто» освоить новейшие технологии перевозки на невероятных грузовиках. Они так и сказали – «невероятных». Новостной канал финансировался из княжеской казны, сомнений не оставалось – Юриковичи имеют определенный интерес в продвижении «Драконов».

В утреннем автомобильном шоу «Мега-Джир» показывали кадры с выступления на ВВЦ. Судя по ракурсу, камера стояла где-то за крытой трибуной. Юстиниан, покачивая ногой, вполглаза наблюдал за экраном.

– Слушайте, а может, мы зря переволновались? Ну, будет еще одна машинка, очень дорогая и требовательная в обслуживании. Ну, будет штук сто таких по дорогам кататься. И что? На нашу долю хватит и обычных трэков.

– Дело не в «просто машинке», – рассеянно ответил я, затачивая нож, – дело в психологическом эффекте. К байкерам уже привыкли обращаться.

– То есть поддерживаешь идею Ганнибала о транспортной корпорации?

Я поднял глаза. Команда уставилась на меня, как будто сейчас решался вопрос жизни и смерти.

– Ребят, вы чего? Я просто не хочу терять свободу из-за этих «Драконов».

– Свободу, говоришь? – Дэйзи поднялась. – Помнишь, Змей, что заставило тебя бросить вызов байк-клубу? Тебе не нравилась четкая иерархия. Такой безумно-анархистский ход, но мне пришелся по душе. И он принес успех. Сейчас же, поддерживая Ганнибала, мы, быть может, убиваем шанс на рождение чего-то нового. Передатчики, слежение, списки перемещений… Вновь загоняют в рамки. А что, если, отдав перевозки «Драконам», мы получим больше свободы? Подумай над этим. Юс, не хочешь пойти прогуляться?

– Я всегда! – подскочил Сашка.

– Ингвар?

– Нэт, – латыш махнул рукой. – Я со Змейем останнус.

Лера подхватила сумочку.

– Придумаешь ответ – звони, – и вышла.

Юстиниан метнулся за ней.

– Блин. Что это с Дэйзи? – ошарашенно спросил я у Ингвара.

– Не знайу. Но ты придум-май прафильный ответ. Кажется, это ей важно.

– Еще бы, – пробормотал я, – после такой-то сцены.

…Мысли бродили пугаными стайками и бросались врассыпную прежде, чем я осознавал, о чем вообще думаю. Я походил по комнате, помаялся на диване. Ингвар лежал, внимательно разглядывая старый номер «Мотодайджеста», и на суету не реагировал. Наконец, я не выдержал:

– Сам-то что думаешь?

– Я нэ думаю. Тебе надо ответ искать.

– Знаю, знаю! И все же?

– Змей. Этот вопрос ты должен решить сам. Мне тоже интэрэсен твой ответ.

– Даже так, – пробормотал я под нос.

Как будто в прорубь бросили, и барахтайся теперь, как знаешь. В голову упорно лезло: «Команда меня подставила». Хотя это как раз не стыковалось с характером ни Дэйзи, ни Ингвара. Юс мог – но по глупости или недомыслию. Значит, дело в другом. Они ждут от меня решения как от лидера, который лучше понимает, что происходит. Я ведь ходил к Ганнибалу, я своим выступлением против Тиберия неофициально подписался под новой затеей Барки. Не слишком хорошо пахнущей затеей. И теперь от меня ждут объяснений.

Картина выходила стройная, во всяком случае, я решил считать ее таковой. Теперь, немного успокоившись, можно подумать и над вопросом Дэйзи. Вот только…

– Ингвар, прогуляться не желаешь?

В метро мы все-таки влезли. Садиться на «Алтуфьево» я мог более-менее спокойно, все-таки вторая от конечной станция. Дальше пошло хуже, и на «Менделеевской» я сдался. Напоенный ароматами пробок воздух казался не менее свежим, чем бриз на берегах Черного моря. Да что ж такое, опять я про море…

Мы брели по улице, на Ингвара оборачивались по-летнему одетые девчонки. Маечки, юбочки – вот напасть, снова думаю о чем угодно, только не о деле.

Так постепенно дошли до Манежной площади. Вход на Красную закрыт. Небольшая группа туристов фотографировала ее сквозь решетку, пытаясь хоть как-то заснять знаменитый собор, где короновался Юрий I, и мавзолей, где спустя неделю его и похоронили.

Юриковичи предпочитали делать деньги на всем. За посещение некогда главной площади брали плату, не слишком большую, но достаточную, чтобы отпугнуть праздношатающихся. В основном платили приезжие и туристы, желавшие хоть немного погулять по знаменитым камням, поглазеть на мавзолей – бесплатно, заглянуть в храм Василия Блаженного – за умеренную плату, посетить самое центральное кладбище у стены – за неумеренную, и после всего этого еще и бросить монетку на Лобное место. Последняя традиция чуть не сломала мозг, от Юса сколь-нибудь внятного объяснения я так и не дождался.

Кажется, именно решетка и навела меня на нужную мысль. Мы отошли от гомонящих людей, я вытащил телефон и набрал Дэйзи. Три гудка, затем ее голос:

– Слушаю, – Лера говорила вполне спокойно, без утреннего надрыва.

– Ты хотела узнать, получим ли мы больше свободы, отдав перевозки «Драконам»? Я этого не могу знать точно, но ситуацию надо рассмотреть под другим углом. Что мы получим, не вмешавшись? Образуется мощная транспортная компания, которая вышвырнет байкеров на обочину. Наш удел будет просто сжигать бензин, катаясь по стране, быть может, райдить на мелких направлениях. «Драконы» нас выжмут, и мы будем вынуждены уйти.

– Хорошо, – сказала Дэйзи, – и что из этого следует? Что стоит прибить одних конкурентов, чтобы лечь под Ганнибала.

Вот теперь надо не ошибиться.

– Не совсем так. В ситуации с трэками у нас не остается свободы выбора, только данность – уходить. С Ганнибалом у нас есть выбор – работать по его правилам или же по своим. Или же уйти, но – по своей воле. Хотя бы ради такой свободы надо его поддержать.

Я затаил дыхание. Дэйзи молчала.

– Вы где сейчас?

Уф. Кажется, убедил.

– Чего вздыхаешь?

– Да так, горло пересохло, – хихикнул я. – Мы на Манежной, ищем, где пиво можно купить по российским ценам, а не по московским.

– О, а мы неподалеку, на Болотной, на фонтаны медитируем. А у «Кропоткинской» есть ларек с пивом. Так что давайте к нам. Юс, тебе пива надо?