Эхо Квикторн и Великое Запределье - Алекс Инглиш

– Держись! – крикнула Абена, и в тот же миг механические крылья дракона ритмично захлопали, девочки взмыли в воздух, и слова короля унёс ветер. Эхо прижалась к Абене и засмеялась от восторга, когда её волосы взлетели назад. Люди внизу поворачивали головы, чтобы посмотреть на них. Вздохи толпы переросли в радостные возгласы, когда девочки взмыли ещё выше и здания Локфорта уменьшились, теперь напоминая крошечные серые кукольные домики.

– Сделаем круг? – крикнула Абена.

Эхо ухмыльнулась и кивнула в кожаную куртку Абены. Она почувствовала, как металлические чешуйки дракона скользнули одна по другой, когда Дымка накренилась и по большой дуге свернула влево над городом. Мир пролетал мимо размытым пятном, и Эхо посмотрела вниз, чтобы увидеть, как серые улочки проносятся под ними. Вся её прошлая жизнь прошла в Локфорте, – подумала она с внезапной болью. Отсюда весь он казался таким маленьким.

Абена отклонилась назад, подняла дракона выше, почти к облакам, и Эхо оглядела городские стены, Пустошь и горизонт. Затем улыбнулась. Локфорт действительно был маленькой, крохотной частью огромного, необъятного мира. И теперь пророчество исполнялось. Они собирались открыть врата и позволить каждому исследовать мир самостоятельно. Сердце Эхо было переполнено счастьем, и она не могла удержаться от улыбки, пока они пикировали, делали петли и парили над кольцевыми улицами Локфорта.

Когда Абена наконец направила дракона вниз и тот приземлился у ворот, щёки Эхо уже заболели от улыбки. Девочка отлепилась от спины Абены и села. Жители Локфорта зааплодировали, когда она соскользнула по боку дракона и встала дрожащими ногами на каменные плиты. Ей потребовалось мгновение, чтобы перевести дух, прежде чем она смогла броситься к королю Альфонсу, который при её приближении быстро отступил назад.

– Вы сказали, что пророчество никогда не сбудется, – сказала она, тыча в него пальцем. – Но вторник явился в воскресенье, и волчья дочь взлетела на драконе. – Она повернулась к Королевскому чтецу. – Пожалуйста, напомните нам последнюю часть пророчества.

Королевский чтец прокашлялся.

– Когда белою станет королевская кровь, ворота Локфорта откроются вновь.

На лице короля был написан страх, но он взял себя в руки и обратился к толпе.

– И как ты собираешься сделать мою кровь белой? Даже ты должна признать, что эта часть пророчества невыполнима.

Эхо быстро подумала и повернулась к Горацию, который сжимал в руке три украшенных драгоценными камнями ключа.

– Гораций – ваш сын, не так ли?

– Конечно, – ответил король.

– Тогда в нём течёт королевская кровь, – сказала Эхо, занимая место между Лил и профессором Даггервингом. – Давай, Гораций. Ты знаешь, что делать. Поверни ключи с красного до белого.

Гораций кивнул и подошёл к воротам, прежде чем взять сверкающий красный ключ и повернуть его в замке.

Эхо затаила дыхание. Это было лишь её воображение, или раздался тихий щелчок?

Гораций обернулся на неё и кивнул. Он вставил следующий ключ, розовый с турмалином. Когда принц повернул его, Эхо отчётливо услышала, как сработал механизм.

Гилберт прижался к её плечу, а Эхо сжала руку матери, когда Гораций взял последний ключ, инкрустированный сверкающими белыми бриллиантами, и повернул его в замке. Толпа замолчала. Раздалась симфония щелчков и жужжаний, когда замки открылись.

И, словно в замедленной съёмке, ворота Локфорта распахнулись.

Глава тридцать шестая

Мгновение никто не понимал, что делать, и над толпой висела тревожная тишина. Но затем тишина превратилась в шёпот, а шёпот превратился в бормотание, а бормотание превратилось в громкий гвалт людей: любопытных людей, взволнованных людей, болтающих, задающих вопросы, удивляющихся и вытягивающих шеи, чтобы посмотреть на мир, который открылся за воротами.

Вдруг один маленький светловолосый мальчик, выскользнув из объятий растерянных родителей, пошатываясь, двинулся вперёд и шагнул сквозь ворота. Мать бросилась за ним и подхватила на руки, а затем застыла, глядя вдаль, потрясённая собой и местом, где она стояла.

– Нет! – крикнул король. – Вы не можете выйти туда!

Ещё один ребёнок прошёл через арку.

– Это неправильно! – Лицо короля раскраснелось, а корона съехала набок. – Там небезопасно! Вы не можете… Пожалуйста!

В ворота пробежал ещё один ребёнок, и ещё.

– Нет! – закричал король. – Нет! НЕТ! НЕТ!

Но люди не слушали. Поднялся шум, когда толпа хлынула к воротам, и все высыпали на Пустошь, смеясь, улюлюкая и подбадривая друг друга, пока король Альфонс кричал, рыдал и бесновался позади, но этого никто не слышал.

– Спасибо! – пробегая мимо Эхо, сказала женщина, которую тащили трое её маленьких детей.

– Спасибо тебе!

– Спасибо!

– Спасибо!

Сотни голосов слились в громкий гул, когда жители Локфорта начали хлопать по спинам Эхо, Горация и Абену, а затем подняли их в воздух и понесли вместе с людским потоком.

– Слава Эхо! Слава принцу Горацию! Слава Пустоши! – кричали они.

И так начались торжества. Люди вынесли на площадь музыкальные инструменты, еду и кувшины с медовухой. Одна семья сразу уложила свои пожитки в тележку, запряжённую пони, и дети в ней взволнованно махали на прощание, уезжая на север. Другой маленький мальчик кончиками пальцев рисовал карты в серой пыли Пустоши. Ещё один кружился со своей сестрой, слишком взволнованный, чтобы заниматься чем-то ещё. Все были увлечены разговорами. Головы и сердца людей были полны планов – планов приключений, путешествий и новых открытий за городскими стенами. Планов сбежать, чтобы увидеть и исследовать огромный удивительный мир за пределами Пустоши.

Следующим утром Эхо стояла на крепостной стене замка. Гилберт висел на её плечах, как шарф, и ветер хлестал по лицу. Девочка смотрела на город и на Пустошь за его стенами. Сколько времени прошло с тех пор, как она стояла здесь в прошлый раз, играя с Гилбертом? Всего несколько коротких недель, и всё же многое изменилось. Внешний мир открылся, и не только для неё, но и для всех.

Вдали она уже могла разглядеть вереницу людей, маленьких, словно муравьи, проходящих через открытые ворота и пересекающих Пустошь. Уходящих из Локфорта за его пределы, чтобы исследовать окрестности и, возможно, вернуться богаче. И, без сомнения, мудрее. И хотя Эхо не могла видеть дальше Пустоши, она знала, что скоро другие люди отправятся в путешествия сюда, чтобы исследовать неизвестность Локфорта. Она вздохнула и рассеянно погладила Гилберта по хвосту.

– Почему мне кажется, что наше приключение подошло к концу? – сказала она.

– Всё совсем наоборот, моя дорогая Эхо. – Профессор Даггервинг появился рядом с ней. – Я думаю, скоро ты обнаружишь, что приключение только начинается!

– Но мы все уходим. – Эхо повернулась и стала наблюдать, как небесные пираты загружают «Алую Маргарет». У восточной башни Абена в последний раз полировала чешую своего дракона. Гилберт подпрыгнул на плече Эхо и приветственно запищал, когда Гораций появился на лестнице с сачком для ловли бабочек и банкой.

– Ты пойдёшь с нами? – спросила его Эхо, когда принц подошёл к ним.

Гораций покраснел и покачал головой.

– Может быть, в другой