С вечера до полудня - Клэр Бреттонс

— Есть можно.

— Есть можно? — Она возмущенно посмотрела на него. — Это лучший гамбургер во всем мире, а ты — «есть можно».

— Можно — это значит хорошо. — Он поймал ее руку и начал медленно гладить кончиками пальцев вдоль ладони. — Особенно если речь идет о мясе.

Габриеле стало щекотно. Она попыталась высвободить руку, но Гордон не отпускал.

— Выкуп.

Глаза его потеплели. В их глубине плясало пламя свечей. Сердце Габриелы забилось медленно и глухо, и затаенное желание стало подниматься из самой глубины ее существа. Она никогда раньше не ощущала ничего подобного, и это новое чувство мистически завораживало ее, как мотылька пламя.

— Твои требования? — Голос ее внезапно охрип.

— Место в твоей постели на ближайшие несколько часов. Этот диванчик, боюсь, коротковат для меня.

Интересно, что он имеет в виду? Только длину дивана или…

— Не смотри на меня так, Габи.

— Как? — Поднявшись, она начала собирать мусор со стола и бросать его в ящик под раковиной.

— Как будто ты боишься, что я тебя съем.

Еще бы, так оно и было. Но еще больше она боялась, что он этого не сделает.

— Мы просто поспим несколько часов, пока не придет время начать поиски Лейси. Ладно?

— Ладно. — Испытывая одновременно облегчение и разочарование, она кивнула и пошла в спальню.

Гордон дал ей время умыться и переодеться. Она забралась в постель и до самых пяток укуталась в плотную фланелевую ночную рубашку, предварительно самым тщательным образом застегнутую на все пуговицы.

Он тоже умылся и вошел в спальню, уже без рубашки. Габриела никогда еще не видела такой широкой мускулистой груди. Покрывавшие ее жесткие черные волоски переходили на животе в узкую полоску. Она с трудом перевела дыхание.

Гордон выключил лампу, расстегнул молнию на джинсах и стянул их на пол. Интересно, что-нибудь на нем осталось? — подумала Габриела. В темноте ничего не было видно. Он улегся на кровать и вытянулся во весь рост. Матрас с его стороны прогнулся, и она почувствовала, что вот-вот скатится прямо на Гордона. Она вцепилась в край кровати, борясь с искушением коснуться его тела и выяснить, обнажен ли он полностью. Но тут же она рассудила, что лучше ей этого не знать.

— Спокойной ночи, Габи.

— Спокойной ночи. — Ее сердце билось с частотой миллион ударов в минуту. Она просто не сможет уснуть с ним рядом! Они и раньше спали в одной постели, но тогда он был в одежде. Ох, нет, он не может быть совсем голым!

— Габи? — Его голос звучал как обычно.

Ну что еще? Неужели этот глупец не понимает, что она практически не в состоянии говорить?

— Да?

— Я воспользовался твоей зубной щеткой. Надеюсь, ты не возражаешь?

Вот так. Ее зубная щетка интересует его больше, чем она сама. Да что это с ней — ревнует к зубной щетке? Габриела тяжело вздохнула.

— Все чудесно, Гор.

Он повернулся к ней спиной.

— Ты включила сигнализацию?

— Да. — Она вдыхала запах мыла, свежести и какой-то особый, едва уловимый и возбуждающий, типично мужской запах. Тепла его тела хватило бы, чтобы растопить все льды на полюсе. На обоих полюсах. Она никогда не сможет заснуть. Даже не сомкнет глаз. Это были ее последние связные мысли.

Зазвонил телефон.

С трудом разлепив веки, Гордон взглянул на часы. Четыре утра. Комната выглядела… как-то странно. Где же он, черт возьми?

Память медленно возвращалась. Габриела! Он у нее.

Второй звонок прорезал тишину.

Гордон потянулся, разминая руки и ноги, схватил телефонную трубку и стал трясти Габриелу за плечо.

Она протестующе заворчала и прижалась к нему. Даже во сне она стремилась оказаться поближе. Улыбаясь, Гордон снова потряс ее и прижал трубку к ее уху.

— Алло, — пробормотала она сонно.

Раздался щелчок. На другом конце провода трубку бросили.

— Тебе часто звонят посреди ночи?

— Нет. — Она открыла глаза. — Нет, никогда.

Габриела повернулась к нему. В ее расширенных, уже ничуть не сонных глазах вспыхнула тревога.

— Гор, я чую опасность.

Он вскочил с постели и, бросив Габриеле ее джинсы, стал быстро одеваться.

— Вставай!

— Куда мы пойдем?

— Подальше отсюда. — Он уже влез в джинсы и застегивал молнию. — Мы здесь легкая добыча, Габи.

Заглянув в стенной шкаф, он схватил первую попавшуюся блузку и тоже кинул ей.

— Ты собираешься подниматься?

Она вылезла из постели и стала натягивать джинсы.

— Что за спешка, Гор? Я сказала, что чую опасность, но не говорила, что дом уже горит.

Со свитером в руках он приблизился к ней и, отведя ее руки, быстро застегнул пуговицы на блузке.

— Имей в виду, я на печальном опыте научился доверять твоим предчувствиям. И если ты предчувствуешь опасность, я реагирую. Понятно?

Она засмеялась.

— Вполне.

Он дружески шлепнул ее.

— Вот и славно. Поторапливайся.

— Мне кажется, ты уже хватил через край, Гор. — Габриела перебежала через газон к ряду припаркованных машин. «Порше» стоял на своем месте. Черный и блестящий, с отражающимися на его глянцевой поверхности желтыми бликами уличных фонарей, он заметно выделялся из общего ряда машин. — Это мог быть просто ошибочный звонок, не имеющий никакого отношения к нашему расследованию.

— Возможно, так, а возможно, и нет. — Гордон остановился перед машиной. — Тот, кто оставил надпись на твоей двери, чертовски хорошо знал твой адрес.

Пока они были в ее квартире, он ни разу не напомнил ей об этой надписи. Габриела была ему за это благодарна. Она взялась за ручку дверцы.

Заскрипели шины. Она обернулась. Прямо на них на огромной скорости мчался черный автомобиль.

Гордон резким движением буквально перебросил ее через крышу «порше» за стоящие в ряд машины, к старому ржавому пикапу.

Громкий выстрел прорезал воздух. Зазвенели разбитые стекла ее «шевроле», стоявшего неподалеку. И тут же град выстрелов обрушился на ее дом. У Габриелы застучали зубы. Металлические щелчки слились в один оглушительный звук, эхом отозвавшийся в ночной тишине.

В соседних домах стал зажигаться свет. Закричали люди, заплакал ребенок. Из лавки напротив вышел ночной покупатель с полной сумкой продуктов. Увидев происходящее, он выронил сумку и метнулся обратно в лавку. Вокруг продолжали свистеть пули.

Почувствовав запах дыма, Габриела выглянула из-за плеча Гордона и увидела пламя. Горела ее машина.

Выстрелы оборвались так же внезапно, как и начались. Завизжали шины, машина рванулась прочь и скрылась за углом.

Габриела перевела взгляд на Гордона.