Отбор для дракона (СИ) - Наталья Шнейдер

«Она, сама не понимая, что делает, ускользнула туда, когда некромант попытался ее подчинить. Я не смогу провести ее обратно. Ты – возможно. Если осмелишься шагнуть в Морок и если она согласится вернуться».

– Как? – выдохнул Робин, веря и не веря одновременно.

«Я могу проводить тебя к ней. Но вывести ее в мир людей может только человек. Не получится – останетесь там оба».

«Плевать. Все мы там будем, а топать к Всевышним вдвоем куда веселее».

«Тогда иди за мной».

«Как?» – хотел было спросить Робин, но в следующий миг ощутил словно легкий толчок в спину. На миг он потерял ориентацию, а потом под ногами развернулась тропа. Робин оглянулся на два тела в кресле и шагнул вперед.

Чтобы через три шага тропа исчезла, а Робин обнаружил себя посреди нигде. Чернота, в которой то и дело попадалось что-то вроде фонариков, которые поджигают, запуская в воздух, и они плывут, излучая в темноте ночи нежный жемчужный свет. Его потянуло к одному из этих фонариков, и он не стал сопротивляться. Вот сфера света уже совсем близко, заслонила все, он моргнул, а в следующий миг узнал место: охотничий домик императора Кефраса, его дальнего родственника. Десять тысяч ступеней в гору.

Над головой пролетел золотой дракон. Робин впервые видел его со стороны, и от восхищения перехватило дыхание.

«Вверх, человек! Она там».

Десять тысяч ступеней. Тренировка смирения.

Или надежды?

Глава 32

Мелани

Не знаю, сколько я простояла там, в беседке, сжимая в кулаке браслет и пытаясь магией дотянуться до Робина. Даже зная, что на самом деле нет ни браслета, ни беседки, я не решалась раскрыть ладонь и попробовать перевесить цепь на руку. Нет уж. Не выпущу. И никуда не уйду. Эрвин обещал вернуться, и я его дождусь, в конце концов, к Всевышним еще никто не опаздывал.

Впрочем, меня и не тянуло никуда уходить. Наверное, это было хорошо. Жаль только, никак не проверить, смогла ли я помочь Робину. Как он там? Жив ли? Придет ли за мной?

В небе мелькнула золотая искра, а через несколько мгновений передо мной оказался Эрвин.

– Как там? – спросила я о том единственном, что сейчас меня волновало.

– Мой человек идет за тобой. Он там, внизу.

Вскрикнув от радости, я чмокнула дракона между ноздрей и понеслась по бесконечной лестнице. Вниз, вниз, еще ниже… Вон среди деревьев мелькнула белая рубашка, и я полетела еще быстрее, не чуя ног, а навстречу мне, перескакивая через ступеньку, мчался Робин.

Он подхватил меня на руки, закружил, смеясь, – не знаю, каким чудом он не оступился и мы не покатились кубарем по этим ступенькам.

– Ты меня нашел! – Я шмыгнула носом. – Я знала, что ты меня найдешь!

– Не плачь. – Он коснулся губами моих ресниц. – Теперь уже не о чем плакать.

До меня вдруг дошло.

– Погоди, но если ты здесь… Ты умер?!

Почему я не спросила Эрвина сразу, каким образом он приведет сюда Робина? Да, я хотела жить – но не такой же ценой! Не обменять свою жизнь на его!

Робин пожал плечами.

– Не знаю. Теоретически, наверное, да, раз мы в Мороке. Я пришел за тобой.

– Немедленно возвращайся, ненормальный! – Я уперлась кулаками ему в грудь, отталкивая. – Я-то вовсе умирать не планировала! И незачем исправлять мою глупость собственной жизнью!

– Я пришел за тобой. И уйду отсюда с тобой. Неважно, в какую сторону. – Он привлек меня к себе, словно бы и не заметив мои попытки оттолкнуть, и я сама потянулась навстречу его губам.

Может, здесь и в самом деле все нереальное, но Робин был живым, настоящим. Настоящими были его губы, что ласкали мои, его руки, что обнимали меня, и стук его сердца, когда я прильнула щекой к его груди, тоже был настоящий.

– Пойдем. – Он взял меня за руку. На миг лицо его стало отсутствующим. – Эрвин говорит, мы должны вернуться тем же путем, каким я пришел.

– И выйдем вместе? Одна я не пойду!

– Вместе.

– Тогда веди.

– Сейчас. – Он снова прильнул к моим губам, и снова мы нескоро оторвались друг от друга.

Наконец мы двинулись вниз по ступенькам, взявшись за руки.

– Странно, – задумчиво произнес Робин. – Если это Морок, то мы бесплотны, а желания меня одолевают вполне плотские.

Да, я себе тоже не казалась бесплотной, и тяжесть внизу живота от поцелуев Робина была вполне ощутимой.

– Если… когда мы выберемся… – Я залилась краской. – Словом, я тоже сейчас думаю не о душе, и когда мы вернемся…

Я хочу большего, чем поцелуи, и неважно, что порядочная девушка и знать о подобных вещах не должна.

Он негромко рассмеялся, сжав мою руку.

– Тогда нам стоит поторопиться, и когда мы вернемся… – Робин хищно улыбнулся, и от этой улыбки меня обдало жаром. – Тогда берегись.

– Определенно стоит поторопиться, – согласилась я.

– Когда мы вернемся в столицу, ты выйдешь за меня?

Больше всего на свете мне хотелось воскликнуть «Да!». И все же я ответила не сразу:

– Это спрашивает Робин или его величество?

Он вздохнул.

– Так и знал, что мне это аукнется.

– Я не собираюсь устраивать скандал, если ты об этом. – Странно, вроде бы мы начали выяснять отношения, но мне все равно не хотелось выпускать руку Робина. Как будто это прикосновение помогало нам обоим подбирать слова, чтобы не обидеть друг друга. – Просто интересно… когда ты собирался мне сказать?

– Я же обещал, что мы увидимся утром после бала. Тогда бы и поговорили, но, – он пожал плечами, – все полетело кувырком. Прости меня. Слишком велик был соблазн побыть просто человеком. – Он явно колебался, подбирая слова. – И не думать, кто тебе нравится – мужчина или император.

– Император мне тоже очень понравился, – призналась я. – Но не титулом. – Теперь пришел мой черед подбирать слова. – Я примерно представляю, что такое быть женой обычного человека.

Вести хозяйство, растить общих детей, делиться заботами и радостями. Жить, как живут все люди.

Я легонько сжала его пальцы.

– И я очень хочу принять предложение Робина. Но что значит быть женой императора-дракона?

«И истинной парой», – прогудел в моей голове Эрвин, и, кажется, не только в моей, потому что Робин добавил:

– И истинной парой?

– Да, если мне можно об этом знать до… до того, как я соглашусь. Родить наследника – это понятно. Я люблю детей и хочу их, хотя насчет наследника стараться придется тебе.

Робин снова улыбнулся так, что