Блуд труда - Дмитрий Быков

Остальные перед вами.

Бахыт Килибаев, продюсер киностудии им. М.Горького, постановщик фильмов «Клещ», «Женщина дня» (с А.Барановым), «Гонгофер», рекламной серии АО «МММ»:

– Я ведь думал это продолжить. Серьезно. До сих пор надеюсь, что найду деньги, и… почему нет? Только уже без рекламы. Это должен быть народный комикс, пятиминутные или даже минутные ролики. У меня готова пара сценариев про них. Например: сидит Леня Голубков вместе с братом за столом. Долго сидит, мрачно. Полминуты. Потом встает и а-а-ах молотком по экрану! Экран в трещинах. Типа – а-а, вы думали, что мне плохо, а мне совсем неплохо и я даже вот как шучу! Или другая придура: тоже Леня, тоже с братом, сидят и думают: за что сейчас больше всего платят? Самые богатые сейчас люди – охранники. Давай, брат, в охрану к кому-нибудь подадимся! Берут старые свои «Жигули», прилепляют на них мигалку, пристраиваются к машине крутых и начинают за ними везде ездить, якобы охраняя. И ездят, пока им не вламывают как следует.

Не знаю, как их, а меня действительно поклевывали и до сих пор упрекают: как же вы, разрекламировали такое сомнительное дело… А я и тогда, и сейчас был уверен, что Мавроди вовсе жуликом не был. Если бы тогда, в августе девяносто четвертого, не случился наезд, его вкладчики и теперь бы процветали. Это и был бы тот народный капитализм, о котором сейчас столько разговору. Если ты помнишь, у приватизации было два этапа – ваучерный и денежный. Ваучеры очень быстро обесценились, Мавроди собрал их много. Потом начался насос, с дикой силой качавший деньги по всей стране,- поначалу «МММ» действительно было пирамидой, этого никто не скрывал. Мавроди ждал, когда начнется реальная денежная приватизация. И если бы она тогда, три года назад, началась, «Связьинвест» купил бы не Потанин. Деньги, вложенные вкладчиками, начали бы работать, приносить действительно огромные дивиденды, и все эти нефтяные и прочие концерны оказались бы в руках народа, а не у банкиров. Потому что в августе девяносто четвертого Мавроди был стратегическим инвестором, а в этом качестве он никого не устраивал.

Где он сейчас, я не знаю. Мы очень давно не виделись. А что делают ребята из сериала… «Николай Фомич» умер, и я не знаю, что он сейчас делает. А остальные живы, и я по ним скучаю.

Игорь и Юля

Лена Михайловская, 22 года:

– Вообще-то я уже и не обижаюсь на «Юлю». Она, конечно, не совсем я. Я не такая идиотка. Но вообще я к ней хорошо отношусь. Мне в ней что нравится – вот эта способность прыгать без денег. Денег нет, а она прыгает. «У молодых все ветер в голове».

Попала я туда по чистой случайности, как и все мы. У меня младшая сестра есть, Катька. Дома вообще женский коллектив: девять баб в семье. Бабушка на пенсии, мама, в «Интуристе» работает, с отцом давно в разводе; мы с тринадцатилетней Катькой, четыре кошки и собака-эрдель. Кошек очень любим, бездомных подбираем. Жалко же. А мать у нас собачница.

Ну и вот, я привезла Катьку на «Мосфильм» – в эпизоде сняться. Она у нас звезда – в «Волшебнике изумрудного города» главная роль, в «Улице Сезам»… И пока ее там мурыжили, я ради шутки снялась для картотеки «Мосфильма». Они сказали, что мой типаж может пригодиться. Я уж забыла про это, вдруг рано утром звонок: приезжайте сниматься в рекламе. Я долго ехала – с Ленинского на Варшавку, у нас первый ролик в офисе «МММ» снимался,- и все думала: а надо ли? Вышло так, что они меня забыли. То есть все уже вошли, а я внизу стою. И вдруг спускается за мной какой-то молодой человек модельной внешности: вы Лена? Лена… Я же не знала, что он мой будущий муж! Хи-хи.

Мы вообще тогда не представляли, что это все как-то продлится. Бахыт так классно все делал – было чувство, что идет сплошная импровизация. Вот вы, ребята, что скажете, если получите прибыль? Мы и говорим: «Это лучше, чем стипендия». А потом вдруг вызвали снимать продолжение. Работали мы на «Центрнаучфильме», так все время и ездили туда.

«Просто Мария»… да, мы немного прибалдели, конечно, когда ее увидели. Но сериалы у меня в основном бабушка смотрит, я ее и не знала толком, Викторию эту Руффо. Меня что поразило – что она ростом меньше меня. Попыталась я с ней по-английски поговорить – она все «си, си»… сикает, а ни слова по-английски не знает. Но переводчик при ней был, я точно помню. Так что это все разговоры, будто она не знала, где снимается.

…Нет, меня упрекали очень мало. В основном дальние родственники. А верила ли я Мавроди – сказать не берусь. Меня это как-то не волновало. Платили нам по сто тысяч за съемку, это было тогда гораздо лучше, чем стипендия (я действительно студентка была, училась в педагогическом на инязе, три мальчика на весь курс, не разгуляешься), потом стали давать акциями. Акции мы все благополучно успели обменять, нам Килибаев помог. Слава была – ого-го! И я не скажу, чтобы на нас злились, когда Мавроди арестовали. Наоборот, мы тогда ездили с предвыборной кампанией на выборах его в Думу – помните, он туда баллотировался?- и округ у него был Мытищинский. Так мы весь этот район с концертами объездили, на сцену выходили, однажды под Алену Свиридову плясали по собственной инициативе, под «Розового фламинго» – был та-а-акой кордебалет! И расписывались на всем, на всем – я давала автографы на деньгах!

Нет, с Пашей ничего не было. Ну то есть как… а, про Парк культуры он вам рассказал? Ну да, ездили, ходили… но не склалось. Ну а что я сделаю, если он (шепотом) тормоз? Он классный, да, он даже моделью работал… Но, во-первых, на второй съемке он был сразу после венчания. Из-за этого опоздал. Ну куда мне женатый? А потом, когда развелся, я бы и не прочь, но он как-то инициативы не проявил. Какой залет, что вы! Мне самой было ужасно интересно, как Бахыт будет выходить из моего интересного положения. Помните, ролик был: Юля, как полная дура, то задумается, то расхохочется… а вечером что-то такое на ухо Игорю говорит. Она могла ему, конечно, что угодно сказать: например, что «МММ» скоро лопнет, или что раковина засорилась… Но на самом деле все додумались: беременна она. И у Марины Сергеевны, кстати, к тому шло. Так что я уж гадала: подушки нам подложат или как?

Нет, для меня внешность не главное. И крутых я не люблю, ой, что вы! Плечи, будто ватой набитые, и бритый, и на пальцах вот это… нет. Мне главное, чтобы умный. Богатство – дело десятое. Да, привередливая. И не замужем до сих пор. Планы? Планы есть. Старше меня на четыре года. Но до конца этого года я замуж точно не выйду. Хи.

А работаю я все это время, параллельно с учебой, в «Шереметьево-2». В магазине там. Консультантом от парфюмерных фирм, французских, американских… Рассказываю покупателям про духи, советую… Да мне самой эта работа не нравится, но что делать-то? Я, конечно, лучше бы экскурсии водила. Школа? Какая школа, я же их перестреляю всех! Я три дня учительницей работала, во время практики,- еле удерживалась, чтобы не начать лупить! Так и езжу в Шереметьево. Три часа туда, три часа обратно. Через день.

А диплом у меня был – «Топонимика Калифорнии». Вот!

Павел Кучеров, 24 года:

– Вообще это было классно. Я даже всю компанию однажды на день рождения к себе позвал. С Ритой мы особенно сошлись, с Калининой, более известной как Марина Сергеевна. До сих пор перезваниваемся. Наша компания была – Лена-Юля, Рита вот, я, брат Иван (он же Слава Воробьев) и подводник Володя, его и в жизни так зовут. Леня Голубков к нам редко присоединялся. Хотя на дне рождения у меня был однажды. Только не пил совсем. Он же вообще не пьет, по жизни, кроме шампанского. Мы над ним однажды хорошо позабавились – водки в шампанское подлили. Он о-фо-на-рел!

Я в массовку «Мосфильма» попал из-за подруги. Мы вместе учились в Москве в бизнес-колледже (я сам из Железнодорожного, в Москву ездил учиться, теперь рекламный менеджер по специальности) – она туда ходила и меня привела. Нет, там только дружба профессиональная, ничего такого. Мы с ней успели в массовке посниматься, даже в «Петербургских тайнах». Еще в паре клипов я был, у Овсиенко и у Наташи Королевой.

Эта реклама – АО «МММ» – всю мою жизнь повернула. В лучшую сторону, конечно. Столько деловых знакомств, предложений отличных! Была даже идея американский фильм про нас снять. Будто Юля – экскурсовод, а я – турист и ничего по-английски не понимаю. Она со мной мечется по Нью-Орлеану, по Чикаго, всякие там ситуации – режиссер умер, не то б отличное было кино!

Мы же еще много роликов сняли. Был ролик в защиту Мавроди, где Юля говорит что-то типа «Собака лает, ветер носит, а караван идет». И еще был клип, который только один раз показали, в день рождения Мавроди. Он как раз сидел. И мы там все – вместе с Марией – стоим и говорим: счастья вам и здоровья, дорогой Сергей Пантелеевич! У меня друг был, он сказал: если б меня Просто Мария поздравила, я бы тоже согласился посидеть!

А последний ролик был – купили мы компьютер. Включили. И сразу попали на курс акций АО «МММ»! Это снималось уже летом девяносто пятого, когда «МММ» накрывалось окончательно. Нет, ну какая моральная ответственность… Ведь когда на рекламу работать идешь, всегда надо иметь в виду профессиональный риск. Это я вам как менеджер говорю. И люди все отлично понимали. Мы с Юлей, когда за Мавроди ездили агитировать по Подмосковью, частушки пели в его поддержку – нам вся толпа подпевала! Одна девушка попросила, чтобы я у нее на руке расписался. Конечно, как Игорь,- зачем ей Паша Кучеров…