Папа волшебницы - Александр Данковсеий

   -- А от хищников такую штуку сделать можно?

   -- А зачем? Видел, во сколько раз она больше комара? Представляешь, какой тяжелой она должна получиться, чтобы от волков спасать? А от медведей?

   -- То есть размер имеет значение? - увы, цитаты Сайни опознать не мог.

   -- Конечно. Волк же должен услышать "я самый большой волчище в округе". А для этого нужно быть большим.

   -- Врать не получится?

   -- Нет. Магия - вещь достаточно честная. Кстати, ты возьми второй амулет - и поехали. Не все же нам рядом ходить.

   Поехали, причем сперва именно рядом, благо дорога позволяла. Странная, между прочим, была дорога. Не прямая, как стрела, и не настолько извилистая, чтобы испортить жизнь путешественнику, она неторопливо вилась между двух зеленых стен. Да-да, именно стен: кустарник и прочий подлесок подступали к ее границам вплотную, словно толпа, ожидающая проезда какой-нибудь поп-звезды в аэропорт. И как та же толпа, не переступали некую черту, проведенную бдительными стражами закона и порядка. Над дорогой переплетались ветки деревьев, густо сдобренные лианами или еще какими-то зелеными ползучками - никогда не был особо силен в прикладной ботанике. Но готов поспорить на что угодно, что сверху тропку разглядеть было затруднительно. Я сперва удивлялся, зачем такая предосторожность под небом, не знающим авиации. А потом вспомнил, как у Конан Дойла составляли карту Затерянного мира, забравшись на гигантское дерево с труднопроизносимым названием гингко.

   Но любопытнее всего была сама дорога, то есть покрытие. Мы ехали по плотной травке, весьма густой, но невысокой. И к тому же весьма упругой. Я долго не мог понять, почему велик ведет себя так странно. Сперва списывал на непривычные шины местной выделки. Но вскоре понял, что не в них дело, слез с седла и потрогал (Вот она, сила любопытства! Останавливать, а потом разгонять велосипед, на который навьючено около 40 кило груза - то еще удовольствие.) Так вот, потрогал я эту травку. На ощупь - ну просто резина. Твердая, как автопокрышка от "МАЗа". И в то же время - явно живая, с листиками и даже крохотными цветочками, как у спорыша. Только цвет, как на мой землянский вкус, несколько пластмассовый.

   Сайни, заметив, что я интересуюсь дорожным покрытием, тоже притормозил и недовольно на меня глянул. Не дожидаясь выволочки (справедливой, между прочим - нечего задерживать движение), я вскочил в седло и поднажал. Так что додумывать пришлось уже на ходу. Травка была явно волшебной выделки, значит, ее творцы решили, что для дороги она удобнее будет, чем, например, камень. Подумав немного (а кручение педалей очень способствует мыслительной деятельности), я признал их правоту. Наверное, сие растение достаточно сильно, чтобы не пускать на свою территорию конкурентов. Нечастое воздействие колес, копыт и иных движителей оно явно способно перенести без всякого вреда для себя. И никаких работ по профилактическому ремонту мостовой - в отличие от камня, асфальта или бетона, которые "съедаются" агрессивной окружающей средой. Потом я задал сам себе - чтобы не отвлекать Сайни -- вопрос, почему местные не используют такую же травку в городе или его окрестностях. Тут ответа могло быть минимум два. Первый: травка годилась только для редко используемых дорог, а при частом попирании ее таки вытопчут. Второй, традиционный для всех подобных случаев: секрет утерян. Потом мне пришла в голову и третья версия: нашли более дешевый способ поддержания мостовых в состоянии проходимости.

   Тут от мысленных экспериментов на тему дорожного строительства меня отвлекло одно милое обстоятельство. То ли я, задумавшись, стал крутить педали поленивее, то ли Сайни решил преподать мне урок и поднажал, но расстояние между нами увеличилось. И, кажется, по этой причине брошь-репеллент стала работать хуже. Отдельные представители крылатой сволочи стали прорываться сквозь защиту с явным намерением мной закусить. Вы когда-нибудь пробовали прихлопнуть комара, который уселся вам на спину, во время езды на велосипеде? Если нет - лучше и не пытайтесь. Кровопийцу все равно не достанете, а падение со своего двухколесного друга вам практически гарантировано.

   В общем, я поднажал, летуны отстали, а Лелек был совершенно огорошен моим заявлением:

   -- Халтура этот твой отпугиватель.

   Кажется, он даже обиделся и решил постоять за честь местной антикомариной промышленности. Ради этого даже сделал привал. Эксперименты все как один показали мою правоту. Когда Сайни удалялся метров на двести, жужжащая мерзость прорывалась сквозь мою защиту. Не полностью, к счастью - до десятка летунов в минуту. Но мне хватало. Причем, когда мы поменялись брошками, эффект был ровно тот же - Сайни не трогают совсем, а меня пытаются грызть. Лелек пробовал даже то ли колдовать или просто лазил в настройках этих аппаратиков, меняя интенсивность сигнала. Границы жужжащей тучи то приближалась, то отдалялась. Полностью спасти меня от ее пищевых притязаний так и не вышло. Что доставляло нам определенные неудобства. На марше я старался держаться поближе к спасительному напарнику, даже когда дорога суживалась до состояния чуть приметной стежки. А вот вынужденные походы в кустики... Когда температура позволяла, дополнительно укутывался в куртку и накомарник - благо, были захвачены еще из дому. Но она, дрянь такая, не всегда позволяла - днем пекло будь здоров, а вечера стояли душные. Но это потом, потом.

   А пока...

   А пока дорога кончилась, уткнувшись в здоровенный овраг с длинными и крутыми склонами, радость горнолыжника - если бы здесь был снег. Кстати, так и не узнал, бывает ли. Пришлось сползать по скользкой глине. Перемазались, как черти..

   Из дневника Юли

   Когда попыталась пошевелиться, тут же получила по голове чем-то мягким. Даже не больно. Но сразу же отрубилась.

   Опять очнулась не знаю, через сколько времени. Чувствую, уже никуда не едем. Потом чувствую - хватают меня и несут куда-то. Аккуратно так несут, бережно. Ноги развязали, поставили. А только не держат меня ноженьки - то ли затекли от долгого пребывания связанными, то ли еще чего. Валюсь.

   Меня подхватывают, аккуратно сажают - кажется, прямо на землю, потому что в попу впились какие-то бугры вроде корней. А под спиной оказалось что-то, подозрительно напоминающее древесный ствол. Лопатками чувствую и глубокие морщины коры, и выпуклости заросших сучков.

   Чьи-то пальцы снимают с меня повязку. Сижу еще некоторое время, зажмурившись, потом медленно открываю глаза. Так и есть - лес вокруг. И незнакомые дядьки в черном. Те, на чердаке, насколько я запомнила, были в черных комбинезонах. Эти - просто в штанах и куртках, но цвет тот же самый - черный, но слегка матовый, словно застиранный.