Незваная гостья - Синди Холбрук

– Ну да, конечно. Твои дети с пеленок будут разбираться в модных фасонах, – проворковал Джеффри, – и научатся кокетничать раньше, чем ходить.

– Конечно, – согласилась Capa и поднесла ко рту Джеффри очередную ложку бульона. Он тяжело вздохнул, но не сопротивлялся. Capa взяла салфетку и вытерла губы Джеффри. – А твои сыновья будут рваться в поле, на сенокос. И будут просить, чтобы на ночь им рассказывали сказки про плуги и овец.

– Зато твоя дочь начнет сразу строить глазки акушеру, и он забудет дать ей шлепка по попке, чтобы заставить кричать, – парировал Джеффри.

– Может быть… – улыбнулась Capa. Она сложила салфетку, опустила ее на колени и снова потянулась за ложкой. – Что я знаю наверняка, так это то, что наши дети будут обязательно крупными младенцами. Тебя бог ростом не обидел, меня тоже… Это будут настоящие гиганты.

– Много гигантов, – подхватил Джеффри.

– Как много? Я думаю их будет двое, а то и один, – сказала Capa, поднося ложку ко рту Джеффри.

– Нет! – быстро возразил Джеффри и сверкнул глазами. – Их будет пятеро.

– Пятеро! – Capa выронила ложку, и та упала на грудь Джеффри. Серое мокрое пятно расплылось на рубашке.

Capa взялась за салфетку:

– Ой, прости. Какая же я неуклюжая!

– Все в порядке, Capa, не волнуйся. Дай, я сам. – Он взял из рук Сары салфетку.

От его прикосновения по телу пробежал электрический разряд. Capa завороженно посмотрела на Джеффри, и тот улыбнулся в ответ.

– Пятеро. Иначе не получится, – продолжил он начатую тему. – Сама посуди, двое парней будут фермерами, две дочери – светскими красавицами, а последний, пятый… Пусть в нем будет всего понемногу.

Capa какое-то время сидела неподвижно. Затем резко тряхнула головой, отдернула руки и встала. Только теперь она вспомнила про Мелани, которая все это время сидела в углу со странным выражением лица. «Как же я забыла о ней?» – подумала Capa и смутилась.

– Мелани, – сказала Capa вслух, – может быть, ты теперь докормишь Джеффри? Боюсь, у меня это не слишком хорошо получается.

– Отчего же? – возразила Мелани. – По-моему, очень даже хорошо получается.

Capa нервно засмеялась. В спальне повисла тишина. Беспомощно оглянувшись по сторонам, Capa увидела серебряный поднос с карточками. Про них-то она совсем забыла. Желая прервать затянувшееся двусмысленное молчание, она обернулась к Джеффри.

– Между прочим, это все – тебе.

– А что это? – поднял бровь Джеффри.

– Приглашения. Как видишь, их целая куча. Так что давай-ка выполняй все предписания врача, если хочешь благополучно унести ноги из Лондона.

– Унести ноги? – озадаченно переспросил Джеффри.

– Да, именно так – унести ноги, – Capa энергично кивнула головой. – Еще раз повторяю: это – пригласительные карточки. Все аристократические семьи Лондона жаждут увидеть тебя на своих балах, вечерах и приемах.

– Что? – поразился Джеффри.

– Да, – усмехнулась Capa. – Ты сделал себе имя. Весь Лондон с замиранием сердца ждет встречи с тобой.

У Джеффри был такой растерянный вид, что Capa не выдержала и расхохоталась.

– Ешь бульон, Джеффри, – сказала она. – Набирайся сил. Они тебе пригодятся, чтобы добраться домой целым и невредимым.

Взгляд Джеффри стал вдруг лукавым.

– А если мне не захочется спасаться бегством? – спросил он.

Пришла пора удивиться Саре.

– Но, Джеффри, – покачала она головой, – как ты не понимаешь? Ведь приглашают тебя те самые леди, манерные, глупые светские леди, которых ты так ненавидишь.

– Ненавижу? – переспросил Джеффри.

– Конечно, – убежденно ответила Capa. – Разве не так? По-твоему, все они распущенные, безмозглые и пустые. И ты их интересуешь только потому, что твое имя сейчас на устах у всех в городе. Быть знакомым с тобой престижно. Вот они и бросаются на тебя, как рыбы на приманку.

Джеффри рассмеялся.

– Д-да, это все забавно, – нерешительно сказала Capa. – Любопытно было бы увидеть тебя среди этих леди. В их гостиных тебе пришлось бы целовать им ручки, выслушивать всякую чепуху, да еще и отвечать им. А они станут указывать на тебя веерами, смотреть, как на диковинного зверька в зоологическом саду. Впрочем, это будет продолжаться недолго – до той минуты, пока они не познакомятся с твоими «изысканными» манерами. Тут-то их интерес и угаснет.

– Ах, вот как? – В глазах Джеффри промелькнул вызов.

– Вот так, – подтвердила Capa, с удивлением ощутив укол ревности. – Могу представить выражение их лиц, когда они услышат от тебя, что ты не танцуешь. А уж когда ты примешься со своей обычной прямотой раздавать им комплименты…

Мелани, сидевшая за спиной Сары, громко вздохнула. Capa внимательно присматривалась к лицу Джеффри.

Наконец он улыбнулся и прервал молчание:

– А может быть, все будет иначе.

– Как же? – нахмурилась Capa. – Не забывай, ведь они все – самые утонченные светские дамы. Если уж я тебе не нравлюсь, то что тогда говорить о них?

– Увидим, – широко улыбнулся Джеффри.

– Ничего мы не увидим, – возмутилась Сара. – Ты для лондонского света подходишь не больше, чем я для сельской жизни.

– Я уже сказал, – твердо повторил Джеффри, – поживем – увидим.

Capa растерялась.

– А мне кажется, милорд, что вам нужно поскорее возвращаться домой.

– Это не к спеху, – с улыбкой успокоил Сару Джеффри. – Я передумал. Сначала отвечу на все приглашения, а там видно будет.

Capa прижала к груди серебряный поднос.

– Ты шутишь, – потерянно сказала она.

– Нисколько, – возразил Джеффри. – Согласись, было бы жестоко уехать из Лондона, не навестив никого из этих дам, не попрощавшись даже. Ведь ты сама учила меня правилам хорошего тона.

– Поступай, как знаешь, – сердито буркнула Capa и грохнула поднос с карточками на колени Джеффри так, что тот поморщился от боли.

– Спасибо, – многозначительно сказал он.

– На здоровье, – буркнула Capa и покраснела.

Прежде чем покинуть спальню, она взяла с подноса лежащие сверху карточки леди Элизабет и мисс Стэнтон.

– Обрати особое внимание на эти две, – сказала она, протягивая их Джеффри. – Эти дамы просто сгорают от желания познакомиться с тобой поближе.

– А они красивые? – поинтересовался Джеффри, беря карточки.

– Некоторые полагают, что да, – пожала плечами Capa. – Лично я так не считаю.

– Они не соответствуют стандарту Несравненной? – рассмеялся Джеффри. – Впрочем, я сам увижу. Не могу я уехать из Лондона сейчас, когда мои акции здесь котируются так высоко. Почти как акции самой Несравненной.

Capa высоко подняла голову, стараясь придать себе величественный и высокомерный вид.

– Вот именно – почти, – холодно сказала она и вышла из спальни, оставив Джеффри наедине с его мыслями.