Материки - Эстэр Марон

Лунный нимф молча поднялся на ноги, отряхнул штаны и все также молча отправился в сторону гостиницы. Я бы с удовольствием последовала его примеру, но к сожалению меня сейчас будет кое-кто воспитывать… ну нет…

Рильен уже собрался, было, что-то сказать, но я его перебила:

— Ни слова! Ты нанял эту сволочь, не я! Если тебе так нравится его общество — прекрасно, хоть женись на нем! Меня же выворачивает в ближайшие кусты при мысли о его наглой роже и склочном характере!

— Ой, кто бы говорил! — Огрызнулся Рильен. — Сама, блин, божий одуванчик!

— Да, не одуванчик! Но скажи пожалуйста — почему с Саиной, например, я не просто дружила, но и уживалась в одной комнате несколько лет подряд и прекрасно себя при этом чувствовала, а с этой мразью не могу находиться рядом и минуты, чтобы не подраться? Это по-твоему логично?

Рысь зло сплюнул.

— Рена, я не идеализирую ваши с ним отношения, но пойми — он лучший наемник на всем Лунном материке и мне несказанно повезло встретить его и, более того, нанять. Я не слепой и вижу, что вы прибить друг друга готовы, но сделай мне одолжение — прикинься немой на время нашего путешествия к «Омуту Слез»! Или мы передохнем, нафиг, как мухи от покушений твоих сородичей! За тебя ведь волнуюсь, дура!

Я глубоко вздохнула и медленно выдохнула, стараясь успокоиться. Жутко хотелось сейчас заехать кулаком в чью-нибудь морду. Аж руки чесались.

— Знаешь что? — Наконец спросила я. — Я буду немой, как невинная овечка, НО только в том случае если и этот придурок прикусит свой змеиный язык!

Рысь неожиданно устало потер руками лицо.

— На большее я и не надеялся. — Выдохнул он. — Ладно, пойдем в трактир и на боковую. Дорога предстоит трудная.

Я с ним согласилась.

Глава 12

Он меня Задолбал. Именно так, с большой буквы. И ведь молчит же, зараза! Но его взглядов и ухмылок, и так вполне достаточно для моей бедной нервной системы.

Уже неделю как мы продвигаемся в сторону «Омута Слез». Уже неделю я скрипу зубами в благородных порывах кое-кого придушить. Уже неделю я обдумываю свой план сладкой во всех отношениях мести…

— Айрена. — Вырвал меня из кровожадных дум голос Рильена.

— Что? — Я состроила самое невинное личико из моего арсенала.

Кажется, личико вышло не ахти, так как Риля испуганно вздрогнул, но все-же продолжил:

— Оставь Дэмиана в покое.

— О-о-о! Я ему такой покой обеспечу… посмертный покой…

— Рена!

— А?.. Что?.. — Я глупо захлопала ресницами.

Рысь тяжело вздохнул.

— Ты слишком предвзято к нему относишься. Знаешь, за всю твою почти бессмертную жизнь демона, ты наверняка столкнешься с тысячами людей, или нелюдей, неприятных тебе во всех отношениях, но ты все-равно будешь обязана иметь с ними дело. Нравится тебе это, или же нет. Пора выходить из образа эгоистичной девчонки. — Фыркнула эта сволочь.

— А мне пофиг. — Меланхолично заметила я. — Я такая, какая я есть, и если имеет смысл подстраиваться под окружающую меня среду, я хочу, чтобы на то были убедительные причины. — Подумав, добавила: — Убедительные для меня.

Рильен захлопнул открывшийся, было, рот. Было видно по его стремительно багровеющей физиономии, что еще пару секунд лицезрения меня, ненаглядной, и он попросту взорвется, словно фаэрбол на парике у нашего водника (эх, профессор, никогда не отличалась на ваших уроках… вода — не моя стихия).

Положение спас… Не может быть! Дэмиан?

— Рильен, оставь ребенка в покое, — на удивление красивым голосом, лишенным обычной пренебрежительной интонации, с которой он разговаривал со мной, сказал лунный нимф, — она еще наиграется в свои куклы.

— Что-о-о-о!!!? — Задохнулась я от возмущения. — Это я-то ребенок? Ах ты… ты… ты…

Не выдержав очередного тонкого и изысканного издевательства над собой, я выдала долгую и прочувственную фразу на орочьем матерном…

— Мда… Озабоченный тролль с анатомией муравья, мозгами дикого страуса и слюновыделением водного дракона… это сильно. — Уважительно присвистнул нимф.

Я залилась алой краской и зашипев, похлеще нашей алхимички (ооо, она была неподражаема…), пришпорила своего Сычика и поскакала вперед, оставляя позади самодовольно осклабившегося Дэмиана и уже открыто смеющегося Рильена.

Ничего… я им еще покажу! Хотела отомстить лишь этому харсу-переростку, а теперь и тебе, милый мой Страж, достанется. Благо, это подействует на вас обоих.

Я гаденько захихикала, поражая саму себя в области мстительности. Мда, не уличала себя еще в таком… богатом воображении!

Сыч скосил на меня глаз, но мудро промолчал, даже не осмелившись по своей традиции, подленько фыркнуть. Умнеет животное.

Мы передвигались по небольшому полеску. Вообще, местный пейзаж мне уже изрядно надоел. Посудите сами: лес-поле-деревня, лес-поле-деревня, лес-поле… ну, вы поняли. Но недавно, рысь соизволил меня просветить насчет того, что скоро мы приблизимся к цепочке гор, именуемых «Зеркальными». Я, не будучи в состоянии подавить в себе любознательность, естественно, поинтересовалась о происхождении названия. И была очень удивлена тем, что название дали не за какое-то магическое свойство, и даже не за определенный проживающий в горах вид нечисти, а… за красоту. Дело в том, что горы были покрыты бриллиантовой шубой снега и его отблеск под солнечными лучами, пропущенными через ближайшую магическую жилу, был настолько ослепительно прекрасен, будто само солнце выглядывало из каждой снежинки, как из зеркала. Потому горы и «Зеркальные».

Холодало.

Не удивительно. Осень медленно, но верно подходила к концу и те немногочисленные яркие солнечные деньки, что порой все-же радовали окружающих, скоро эволюционируют в хмурые проливные дожди. Уже сейчас было видно несколько унылых сереньких тучек, надвигающихся на нас с севера.

Поежившись, я чуть приостановила Сыча и тот, с легкого аллюра перешел на медленный размеренный шаг. А я, тем временем, нагнулась и принялась перерывать содержимое одной из седельных сумок в поисках своей любимой куртки. Мне ее мать подарила на восемнадцатый день рождения и с тех пор, ни поздней осенью, ни зимой и ни ранней весной, я не расставалась с этим произведением портного искусства. Курточка была кожаной, черного цвета, изнутри подбитая теплым мехом, с множеством потаенных, однако удобных карманов, в которых было целесообразно прятать не только мелкие женские безделушки, но и оружие. Куртка была снабжена капюшоном и особым заклятием, обеспечивающим непромокаемость в течении пяти лет. Потом, заклятие следовало обновить.