Гиперборейские тайны Руси - Валерий Никитич Демин

речь в древнерусском сказании? Догадаться особого труда не составляет: речь идет о встрече рыцарей одной и той же национальности, но, по-видимому, представляющих различные ответвления одного и того же братства (ордена). Кроме того, имеется некоторая общая идеология и система запретов, которая не позволяет богатырям трогать друг друга. Стоит ли после этого удивляться, что обе группы рыцарей-богатырей договорились очень быстро, обменялись одеждой и каждая отправилась куда и собиралась.

Разведгруппа Ильи добирается до Царьграда, проникает во дворец и подслушивает под окном, о чем же совещается император Константин со своими военачальниками. Тех, похоже, волнует один вопрос: какова численность киевской дружины, то есть сколько братьев-сподвижников у Ильи Муромца. Тот сам подсказывает – тридцать два (на десять меньше, чем у императора Константина). Тем не менее в битве на Смугре-реке (где она находится – не ясно) русские одерживают победу и захватывают в плен Тугарина Змиевича, везут его в Киев на допрос к князю Владимиру и тут же просят, чтобы тот отпустил пленника восвояси. Тем все и завершается.

Вот такая интересная история. Трудно избавиться от впечатления, что в сказании действуют не смертельные враги, а, напротив, давние друзья – представители одной «команды» (то бишь рыцарского ордена), временно оказавшиеся на разных территориях, но всегда и по любому вопросу могущие договориться. Остается добавить, что отчество князя Владимира, согласно сказанию, – Всеславич, а шестерых ближайших сподвижников Ильи Муромца зовут Добрыня Никитичин (так по тексту!), Дворянин Залешанин, Олеша Попович, Щата Елизынич, Сухан Доментьянович и Белая Палица. Вот какие, оказывается, герои-богатыри на Руси были, а мы теперь про них ничего и не знаем. Остались только скупые намеки полубеллетристического памятника. Но и на том спасибо – по крайней мере, теперь известно, что и на Руси практиковались настоящие рыцарские прозвания, ибо, например, полное имя последнего из перечисленных богатырей звучит так – «Белая Палица, красным золотом украшена, четьим [отборным] жемчюгом унизана, посреде тоей палицы камень, самоцветной пламень». Хотя всех богатырей семеро, это, так сказать, – узкий круг. Имеется еще и более широкий: всего русское богатырское братство насчитывает 32 рыцаря. Но семеро – традиционная мистическая цифра, характерная для многих тайных обществ. Спроста это или неспроста?

На первый взгляд рыцарское (или, что то же самое, богатырское) братство представляется чисто военной организацией. Но хорошо известно, что в такой воинской структуре духовная и ритуальная стороны всегда имели далеко не второстепенное значение. Я бы сформулировал данный тезис еще более определенней, четче и жестче: рыцарство без конкретной идеологии (и соответственно – отдельный рыцарь без идеи) – вообще ничто. Более того, идея здесь – даже первична! Вначале была идея, цель, идеал, а затем уже под них подбиралась подходящая воинская структура, призванная наилучшим и возможно кратчайшим путем способствовать оптимальному решению любой проблемы и достижению цели. Поскольку за идею приходится бороться, а идеал – защищать, постольку для этого и требовалась мощная военная организация, с железной дисциплиной и исполнителями без страха и упрека.

Какой же идее служили ее приверженцы? Из истории Средних веков прекрасно известно, что во времена крестовых походов главной идеологией рыцарства являлось христианское учение, а конкретной целью – освобождение от неверных Гроба Господня в Иерусалиме и всей Святой земли. Существовал также и неписаный кодекс чести, выработанный, впрочем, задолго до крестовых походов: верность долгу и королю, культ прекрасной дамы и т. п. Это, однако, не все. Рыцарские ордена вдохновлялись также некоей тайной мистической идеей, которая лишь частично совпадала с господствующим христианским учением. Эта тайная мистическая идея, а по существу – эзотерическая доктрина, вселяла в членов рыцарского братства уверенность в своих необыкновенных силах и способностях в преодолении любых, даже самых невероятных, препятствий.

Откуда же взялась такая идея? Принято считать, что возникла она, так сказать, сама по себе – в соответствии с духом и требованием времени. Такое представление ошибочно. В основе идеологии средневекового рыцарства лежало не одно только христианское учение, но кое-что и другое. Причем такое, что сами рыцари вынуждены были тщательно скрывать и от церкви, дабы не быть обвиненными в язычестве или ереси, и от непосвященных профанов – по причинам, понятным и без объяснений. Эта тайная доктрина базировалась в основном на древнем мировоззрении, доставшемся от посвященных разных эпох и народов – египетских и вавилонских жрецов, персидских магов, индийских брахманов, иудейских первосвященников, кельтских друидов, славянских волхвов, эллинских прорицателей и т. п.

Тайная эзотерическая традиция существовала испокон веков. Передаваясь от народа к народу, от поколения к поколению, она лишь видоизменяла форму, нередко приспосабливаясь к суровым требованиям действительности. Так, древнейшее учение о бессмертии и абсолютном знании, сосредоточенных в Камне Грааля, в Средние века неоднократно пытались приспособить к христианскому учению. В результате этих усилий родилось представление уже не о Камне, а о чаше Грааля, в нее якобы Иосиф Аримафейский собрал кровь Иисуса Христа, распятого на кресте. Именно эта чаша Грааля считалась чудодейственной и являлась объектом неустанных поисков. При этом с точки зрения официальной церкви сама идея все равно была апокрифической, а ее популяризация – полуеретической.

Однако в соответствии с исконными и первичными представлениями Грааль по-прежнему продолжали считать и именовать тем, чем он был на самом деле – камнем. То, что Грааль – не чаша и не кубок, а именно «вожделеннейший камень», дарующий сокровенное знание и бессмертие, знал еще великий средневековый поэт Вольфрам фон Эшенбах (ок. 1170–1220), который подробно описал известные ему факты в обширной поэме «Парсифаль»:

Грааль – это камень особой породы:

Lapsit exillis – перевода

На наш язык пока что нет.

Он излучает волшебный свет…

(Перевод Льва Гинзбурга)

Русский былинный эпос и фольклор в целом также сохранил память о сакральном камне – средоточии бессмертия и абсолютного знания. В русских былинах, сказках, а также в самом архаичном жанре устного знания – тайных народных заговорах – камень Грааля выступает под именем Алатырь-камня. Древнерусская Голубиная книга уточняет: Алатырь-камень – «всем камням отец». Как и в западноевропейском средневековом эпосе, у этой святыни есть свой рыцарь. По русским преданиям, это сын Ильи Муромца, которого звали Сокольником (Сокольничком). Данный образ исследован мало, хотя и открывает глубинный пласт русского былинного эпоса. Матерью Сокольника, как уже отмечалось, является загадочная Златогорка (Латыгорка) – русская (гиперборейская поляница). Чудесное рождение Сокольника произошло в краю таинственного Алатырь-камня, на острове (тогда это – Буян) или побережье Студеного моря, то есть Ледовитого океана. Сын Ильи Муромца сам так говорит о своей отчине и родословной:

От моря я от Студеного,

От камени я от Латыря,

От той от бабы от Латыгорки…

Таким образом, в отличие от германского хранителя Грааля – рыцаря Лоэнгрина из