Очарованный красотой - Патриция Пелликейн

Джаред улыбнулся снова:

– И он был прав. Ты вышла замуж за настоящего мудреца, Фелисити.

– Может, он и мудрец, только немножечко лгунишка.

Джаред рассмеялся:

– Думаю, он просто использовал все средства, которые были в его арсенале. Ведь ты поистине роскошная женщина. Разве можно тебя не желать? Так что я бы не стал обвинять его в лживости.

– Ну уж в этом-то я уверена, – ответила Фелисити слегка дрогнувшим голосом, поскольку как раз в это мгновение руки мужа уступили место губам, а сами погрузились под воду. – Джаред, – мягко простонала она, когда его длинные пальцы нащупали бутон ее страсти, с готовностью распустившийся навстречу его прикосновениям, – я же совсем не это собиралась сделать.

– Что, мне остановиться?

– Только на минуту, – ответила она и, устроившись понадежнее и поудобнее, с восторгом уступила желанию, которое оказалось сильнее ее.

Она буквально расцветала в его руках. Влечение взяло верх над разумом, и, жаждая впитать все возможное удовольствие, Фелисити с готовностью подалась навстречу ласкам. Живот напрягся, и это напряжение Джаред, казалось, крепко держал в своей ладони, заставляя жену забыть обо всем ради своих желаний, ради их обоюдных желаний…

Уже не в силах держать равновесие, Фелисити откинулась на спину. Вся она раскрылась навстречу его колдовским чарам, и Джаред с радостью доставлял ей это безумное наслаждение.

Руки его трудились неустанно, прикасались, ласкали, любили ее, как если бы на кончиках его пальцев сосредоточилась вся любовь, что была в его сердце. Проникая внутрь раскрытого цветка, он ощущал тот ответ, которого ожидал: мышцы ритмично сжимались и разжимались, чтобы снова сдавить его пальцы в почти болезненных приступах наслаждения.

Далеко не сразу она сумела прийти в себя после этих ласк. Когда же все-таки понемногу успокоилась, то взглянула на мужа с наигранной досадой, слегка выгнув бровь:

– Надеюсь, ты удовлетворен?

– Не вполне, – честно и с явным вожделением во взоре ответил Джаред. – И ожидаю продолжения.

Фелисити рассмеялась:

– А я думала, что мы будем предаваться удовольствиям несколько позже.

Джаред облокотился спиной на скат ванны.

– Хорошо. С этого момента я в твоих руках. Не стану делать ничего, пока ты мне не прикажешь.

– Вот и отлично. Раз уж мы так договорились, дай мне всего одну минуту.

Джаред улыбнулся и, к своему удовольствию, увидел, что она вылезла из воды, вытерлась и, не одеваясь, склонилась над ним, чтобы его выкупать. Намылив мочалку, Фелисити стала тереть его плечи, шею и уши. При этом грудь ее то и дело прикасалась к телу Джареда, и ему это очень нравилось.

Особенно приятно стало, когда мочалка спустилась вниз по животу. Вскоре, совсем отбросив ее, Фелисити намылила руки и погрузила их в воду. Теперь она делала с ним то, о чем мечтает, наверное, любой мужчина.

Джаред от всей души наслаждался каждым прикосновением этих чутких пальцев и совершенно расслабился. Когда же низкое рычание вырвалось из глубины его груди, Фелисити подумала, что слишком заигралась. На уме у нее было кое-что другое, намного более увлекательное, и потому ей не хотелось завершать это пиршество прямо сейчас.

– Ну вот и все. Вставай.

Джаред послушно вышел из ванны. Жена уже ждала его с развернутым полотенцем. Он протянул за ним руку, но вдруг услышал:

– Нет-нет, я сама.

Его не пришлось уговаривать. Он с готовностью отдался сладчайшим соблазнительным ласкам и лишь поминутно вздрагивал от острого удовольствия. Но все же ему удалось удержаться на ногах, пока Фелисити старательно вытирала каждый уголок его тела, сразу же пробуя на вкус гладкую, пахнущую свежестью кожу.

Встав на колени, Фелисити вытерла его ноги, и вдруг губы ее прильнули к тому месту, которое уже давно и более всех других частей тела жаждало ее поцелуев. Джаред застонал и тут же поклялся, что впредь сделает все, чтобы не допустить подобных отчаянных стонов. Ведь они снова привели к тому, что Фелисити прервала свои ласки, а вместе с ними и те сладостные мгновения, которым он мог бы радоваться еще некоторое время.

Укутав мужа в красный шелковый халат, она не стала завязывать его поясом, а оставила нараспашку. После этого накинула свое прозрачное одеяние и подвязала его лентой под грудью.

Теперь их нельзя было назвать ни одетыми, ни совсем нагими. Такой вид лишь с новой силой разогревал в Джареде и без того едва сдерживаемое желание. А ему уже вовсе ни к чему было распаляться сильнее. Он и так готов был потерять самообладание с той самой минуты, как шагнул в эту комнату.

Фелисити улыбалась. Муж ее с трудом переводил дыхание. Он боялся сказать что-либо, чтобы как-нибудь не нарушить ее восхитительные планы.

– Теперь садись на кровать.

Джаред снова повиновался, а Фелисити принесла покрытые салфеткой блюда. Налив вино, они поставили бокалы на прикроватный столик. Жена кормила его сама, время от времени давая запить еду глотком вина.

Откинувшись на локти, Джаред вкушал обед и удовольствие из ее рук, хотя поза была не самая удобная для еды. Делая глоток вина, он неловко пролил каплю, и она потекла по груди вниз. Ни минуты не колеблясь, Фелисити слизнула ее.

Он ахнул, а в следующую минуту взял бокал из ее рук и пролил еще немного вина туда, где ему более всего необходима была прохлада. Жена с пониманием посмотрела ему в глаза, а потом с тихим грудным смешком склонила голову и стала любить его так, как может лишь мечтать мужчина.

– Боже, – промолвил он, истаивая от прикосновения ее волос к своему животу, от того, как влажные губы и язычок двигались по поверхности горячей, воспаленной желанием плоти, – сделай так, чтобы ее отцу снова стало плохо.

Фелисити усмехнулась, посмотрела ему в лицо и сказала:

– Не будь таким жестоким.

– Мне хотелось бы спасти его еще раз.

– Я поняла, – отозвалась жена, продолжая свои восхитительные ласки, – но ты уже дважды сделал это.

– Дважды? – с трудом подавляя стон, переспросил Джаред. Ему так и не удалось справиться с голосом, но на сей раз этот звук, слава Богу, лишь подвиг Фелисити на дальнейшие, еще более смелые опыты. – А я и забыл. – Превозмогая стучащий где-то в горле пульс, он спросил: – И какая награда мне за это причитается?

– Какую ты пожелаешь. Это лишь немногое из того, что тебе предназначено.

– То есть ты могла бы сделать это еще раз?

– Наверное, могла бы, – ответила она и, озорно улыбнувшись, обхватила возбужденную плоть губами, постепенно всасывая ее глубже и глубже.

Закрыв глаза, Джаред сосредоточился на удовольствии.

– Боже мой, Фелисити, я и рассказать тебе не могу, как это чудесно!