Посланники магии - Джулия Смит

Сегодня Атайя почувствовала, что не вытерпит ни жалоб Кордри, ни заботливых уговоров Меган. Их близость расстраивала ее. Глядя на них, она постоянно вспоминала о том, что с ней рядом никого нет. Что некому поплакаться, не от кого ждать утешений. Самым неприятным являлось сознание того, что винить ей в этом можно было только саму себя. Не то чтобы она завидовала счастью Кордри и Меган, просто чувствовала бы себя лучше, не проявляй они свои чувства так открыто.

Выйдя на улицу из затемненной овчарни, Атайя зажмурилась, на мгновение ослепленная ярким солнечным светом. Опьянев от аромата свежей травы и диких фиалок, она спустилась с пригорка и направилась к расположенному неподалеку пруду.

Кордри, естественно, ничего не помнил о своем походе в мрачное заведение, о локе и о том, что произошло, когда его доставили домой. И не поверил бы рассказам отца, если бы появившаяся на следующий день Атайя не подтвердила его слова. Сначала юноша, конечно, был ошарашен необходимостью принять магию, ведь с самого детства слышал о ней только ужасающие истории, а также тем, что его отец, сам того не очень-то желая, стал союзником принцессы «вне закона». Но, поняв, что должен выбрать один из двух выходов — либо обучиться магии, жениться на Меган и продолжать жить, либо сойти с ума и принять обряд отпущения грехов, — Кордри, недолго думая, предпочел первое.

Он не отказался от предлагаемой ими помощи, но и не принял ее с распростертыми объятиями. Точнее, смирился с перспективой обучаться магии, как с неизбежной помехой на пути. И не потому, что находил колдовство опасным или страшным, просто был слишком увлечен делами фабрики. Он отметил, что светящиеся шары и визуальная сфера действительно могут оказаться полезными, но больше думал о том, по какой цене стоит продавать сукно высшего качества в Селваллене.

Атайя сбросила туфли и опустила ногу в воду. Гладкая поверхность заколыхалась и через несколько секунд снова выровнялась. Собственная магия явилась для Атайи смыслом жизни, указала путь, дала уверенность, которой раньше ей так не хватало. Только сейчас она поняла, что на свете бывают люди, у которых в девятнадцать лет уже есть устремления и определенные цели, для которых магия является лишь побочным, не важным явлением.

Это ненадолго, — утешала себя Атайя, стараясь принять ситуацию как есть. — Когда он обучится основным заклинаниям, может никогда ими больше не пользоваться. Зато останется в живых…

Она пожала плечами и прилегла на мягкую траву, оглядывая с улыбкой овчарню — «школу колдунов». Ранальф и Кейл быстро перестелили крышу и залатали дыры в стенах. Но на настоящий момент в школе обучался всего один ученик. Выполнением преподавательских обязанностей занялись Атайя и Тоня, а Ранальф, Мэйзон и Кейл целыми днями бродили по городу, распространяя слухи о том, что где-то на окраине группка колдунов дает уроки колдовства всем желающим. Таким образом они надеялись привлечь нуждающихся в помощи.

Наиболее удачными оказывались походы в местные пивные: там всегда бывало полно народу, новости и сплетни распространялись среди посетителей подобных заведений молниеносно. Камерон захотел навестить родных и ненадолго уехал в свою деревню. Ему поручили заодно разузнать, нет ли в их поселении молодых лорнгельдов. В случае необходимости он мог привезти кого-нибудь с собой.

Вообще-то для начала дела идут не так уж и плохо, — мысленно успокоила себя Атайя, прекрасно сознавая, что не все из запланированного ею ранее получается. После первой встречи с Джарвисом она поняла также, что обращаться к бывшим друзьям и единомышленникам Кельвина еще слишком рано. Если Джарвис так недружелюбно воспринял ее, то они и слушать ничего не захотят. Позже, когда удастся добиться успеха, когда можно будет привести реальные доказательства того, что ее устремления благородны и чисты, только тогда она обратится к ним за поддержкой.

А пока придется рассчитывать только на собственные силы и помощь своих соратников.

Неожиданно Атайя заметила вдалеке какое-то движение. Повернув голову и прищурив глаза, она увидела темное пятно на горизонте. Сначала было невозможно разглядеть, что это, но пятно приближалось и через несколько минут превратилось в толпу неприглядного вида людей. Человек двадцать мужчин в ветхих одеждах приблизились к подножию холма и вот уже начали взбираться вверх. Некоторые из них держали в руках горящие факелы, другие — луки со стрелами, третьи воинственно размахивали пиками и огромными ножами. Один человек, хоть и находился еще на достаточно большом расстоянии, показался девушке очень знакомым и напомнил о чем-то неприятном.

Атайя рванула к овчарне.

— К нам пожаловали гости, — задыхаясь от волнения, выпалила она, вбежав внутрь. — По-моему, они замыслили недоброе. Тоня, нам стоит выйти им навстречу вдвоем.

Меган подошла к стене и выглянула в узенькую щель.

— Джилберт Аймс! Наверное, он проследил за мной. Я видела его сегодня в центре города.

— И почему этот тип причиняет нам столько неприятностей? — гневно пробормотала Атайя. — Я-то думала, он друг сэра Джарвиса…

— Джилберт — злобный и подлый человек! — отчаянно воскликнула Меган. — Тридцать лет назад его жену отдали в руки священников для «спасения души». С тех пор он страдает болезненной страстью — ходит на все обряды отпущения грехов, независимо от того, знал он человека или нет. Создается впечатление, что наблюдение за чужими страданиями приносит ему облегчение и удовлетворение.

Атайя повернулась к Кордри:

— Вы с Меган оставайтесь здесь. Джилберт не должен вас видеть.

Они с Тоней вышли на улицу и немного спустились с холма. Теперь толпа была уже совсем рядом: небритые, неряшливо одетые люди воинственно приближались к женщинам, переговариваясь между собой и смачно ругаясь.

— Вот об этом я тебе рассказывала, — шепнула Тоне Атайя, кивком указывая на предводителя. — Только бы ни у кого из них не оказалось корбала! Без Кейла и Кама нам с ним не справиться. Есть Меган, и она довольно стойкая, но не настолько, чтобы вступать в бой с двадцатью мужиками!

— Да кто из священников даст им такую драгоценность? Любой из этих оборванцев не задумываясь обменял бы кристалл на пиво на первом же углу, — подбоченившись, ответила Тоня.

Атайе хотелось этому верить, но страх до последней минуты не покидал ее. Вскоре толпа остановилась в нескольких шагах от них. Пытаясь выглядеть устрашающими, некоторые из людей все-таки с опаской оглядывались, вероятно, боялись, что колдуньи выкинут какой-нибудь фокус.